Контртеррор (СИ)
«Лепота! Как же здорово вот так посидеть перед водоёмом и ни о чём не думать. Последний раз так наслаждался два года назад. Время-то как летит», – мысли лениво текли в голове.
– Красота-то какая, – вторя моим мыслям, умиротворённо произнёс тесть. – Хорошо у тебя здесь, Тимофей. Завтра на зорьке с удочками хочу посидеть. Рыба-то в пруду есть?
С Беневским и Ниной Викторовной мы перешли на ты ещё неделю назад, а вчера они попросили называть их папой и мамой. Пару раз у меня уже вырывалось, но к этому надо было привыкнуть.
– Есть. Карась, карп, сазан. Прохор у мостков и ещё в двух местах прикармливает. Снасти есть. Наживку Митяй подготовит. Он в рыбалке на этом пруду главный мастер. Два года назад карпа на полпуда вытащил. А я тогда сковородников штук десять поймал. Степанида их в сметане в печи готовит так, что пальчики оближешь.
– А я уже и не помню, когда с удочкой на берегу сидел. А карасей в сметане только в детстве ел. Забыл уже их вкус, – генерал пыхнул трубкой, выпуская клуб дыма.
– Завтра поймаем, а Степанида приготовит, – с улыбкой произнёс я, глядя на мечтательно прищурившегося Беневского.
– Хотелось бы сравнить с царскими разносолами. Кто бы мог подумать, как я тебе говорил во Владивостоке, что молодой казак, которому я вслед за цесаревичем написал рекомендательное письмо в Иркутское училище, станет моим зятем. Свадьба будет играться во дворце Императора Всероссийского, который будет посаженным отцом, а императрица матерью у мужа моей дочери. Я до сих пор в себя прийти не могу. За всю свою жизнь императорскую семью издалека видел. А тут, можно сказать, сватьями стали, – Беневский с каким-то потерянным видом помотал головой. – Страшно от такой высоты!
Да уж на высоту я забрался, о какой и думать, даже не смел. Моя свадьба превратилась в супервеликосветскую тусовку. Куда не плюнь одни величества, высочества, либо высокопревосходительства. Самыми младшими по званию были я и Кошко. Хотя нет, был ещё ротмистр граф Белёвский, но двоюродному брату императора было позволительно в таком звании присутствовать на этом торжестве.
С моей стороны, можно сказать, на праздновании во дворце были семейства Беневских и Иващенко, Аркадий Францевич Кошко, да две близких подружки-однокурсницы Марии, которых Дворцовая полиция проверила от и до. Для братов, включая Ромку и Дана, а также для Струве, Куликова, Бурова, Зарянского и Горелова в лучшем ресторане Гатчины мною были накрыты столы. В ресторан они отправились сразу после нашего венчания в соборе. И, честно говоря, лучше бы я там свадьбу отметил.
Если бы не Давыдов и Долина с моим песнями, особенно новой «Эхо любви», то была бы не свадьба, а какой-то прием у императора. К тому же, режущее глаза сияние украшений на женщинах и иконостас из наград на мундирах и сюртуках мужчин, «моих гостей» приводил в состояние… Даже не знаю как его описать. Ущербности что ли.
Только на свадьбе до меня дошло насколько же богато семейство Романовых и лично Николай Второй. Все их дворцы в Российской империи и за рубежом, удельные и кабинетные земли, сотни усадьб, театры, музеи. Какова стоимость, к примеру, Зимнего или Большого Екатерининского дворца?
Кроме этого, лично царской семье принадлежали Нерчинские, Алтайские, Ленские предприятия по добыче золота, серебра, меди, свинца, Кузнецкий железо-угольным бассейн. Множество фабрик, заводов, чайные, свеклосахарные и виноградные плантации, сотни торговых заведений.
Про музейные экспонаты того же Эрмитажа и семейные драгоценности я, вообще, молчу. Мне случайно попал в руки список коронных бриллиантов из драгоценностей Бриллиантовой комнаты Зимнего дворца, которые в количестве восьмидесяти шести штук были переданы Елене Филипповне для ношения.
На нашем с Машенькой торжестве на императрице были надеты диадема и колье стоимостью больше двухсот тридцати тысяч рублей, плюс кольцо-солитер с бриллиантом по оценке шестьдесят пятого года стоимостью в двести тысяч. Общая стоимость взятых Еленой украшений составляла почти два с половиной миллиона рублей. Насколько слышал, опись коронных бриллиантов включает в себя около четырехсот инвентарных единиц. Это, какие же деньги только за коронные украшения с брюликами?!
А взять сами короны царствующего дома Романовых. Особенно Большую Императорскую корону, в которой короновался Николай. Слышал от одного ювелира, что её украшает больше пяти тысяч драгоценных камней общей массой почти три тысячи каратов. Самый большой камень – красная шпинель – весит почти четыреста карат. Цену её, конечно, определить трудно с учётом исторической ценности. Но, по словам старика ювелира, в короне одних камней на почти восемьдесят миллионов рублей.
В общем, я теперь знаю, кого буду раскручивать на финансирование различных проектов. Как говориться, если народ не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую. В нашем же случае можно сказать, хочешь остаться на троне – развивай экономику, армию и флот. Даже за свой счёт.
Эти мысли мигом пронеслись в голове, вслух же я произнёс:
– Ничего, Аркадий Семёнович, прорвёмся! В смысле не упадём! Государь и государыня ко мне благосклонны. Главное их расположение не потерять, а для этого надо добросовестно и с отдачей всех сил служить.
– О том, как ты служишь, мне дочь рассказывала. За четыре месяца три встречи. Она уж думала, что старой девой останется, а мы до внуков не доживём, – тесть затянулся и с улыбкой выпустил клуб дыма. – Кстати, внука или внучку когда ждать? А то Маша сказала, что не собирается заводить детей пока не закончит учёбу.
– Ну, это её мнение, а я буду стараться, чтобы это событие наступило, как можно раньше. Не хочу, чтобы на мне род Алениных пресёкся. А институт и экстерном закончить сможет. Химическую лабораторию я ей и здесь в имении организую. Хочет создать новое лекарство, как Бутягины – без проблем. Теперь с подарками императора нам и такие траты по плечу, – несколько резко произнёс я, так как со мной на тему откладывания на несколько лет рождения ребёнка Маша не говорила.
– Это правильно, Тимофей. Я тебя, сынок, полностью поддерживаю. Главное в нашей жизни семья, дети. Жалко, что это начинаешь понимать только с возрастом. Как только внук или внучка родится сразу же в отставку подам. Хватит, наслужился, намотался по всей России-матушке. Только на Дальнем Востоке больше десяти лет провёл. Хочу внучат нянчить! А как об этом Ниночка мечтает, – лицо генерала расплылось в умилительной улыбке, которую не смогли скрыть его борода с усами. – И подарок от государя и государыни вам на свадьбу, действительно, императорский.
«Это уж точно!» – подумал я про себя. Такого подарка я не ожидал и был даже несколько напуган такой щедростью императорской четы. Подарил Николай Второй мне с Машей как свадебный подарок огромный доходный четырёхэтажный дом на углу Невского проспекта и Садовой улицы. Баронесса Анна Павловна Кусова, которая была хозяйкой этого дома, будучи вдовой первого барона из рода Кусовых, искала покупателя на него, чтобы поделить наследство между двумя сыновьями. И этим покупателем стал император.
В этом доме на втором этаже для нашего проживания были свободны две квартиры по четырнадцать комнат. Остальные квартиры сдавались, кроме того в этом доме находилось издательство «Просвещение», которое выпускало серии «Всемирная библиотека», «Библиотека „Просвещения“» и другие. Его соседями были контора Общества взаимного кредита лесопромышленников, Невское отделение редакции журнала «Огонек», редакция журнала «Нувелист», газета «Биржевые ведомости», музыкальный магазин Иогансена, юридический книжный магазин Мартынова, магазин оптических и физических приборов Урлауба, фотография Штейнбоха, курсы бухгалтерии Янсона, аптека Брезинского, медико-фармацевтическая фирма «Садово-Невская лечебница» и ещё что-то.
Дом мы ещё не смотрели, но по переданным документам доход от аренды он с учётом затрат на его содержание приносил от десяти до пятнадцати тысяч в год. При этом в нашем распоряжении для проживания в центре Санкт-Петербурга, можно сказать, было бесплатно двадцать восемь комнат. Охренеть и не встать!