Вспомнить Нельзя Забыть (СИ)

Мирослава позвала Таю, та как ни в чëм не бывало сложила бровки домиком, а губки бантиком.
— Я себя совершенно хорошо чувствую, ба, не переживай!
Леон и остальные старейшины только хмыкнули. Маленькая девчушка носила в себе многовековой груз как венок на голове. Обычно немногословная в жизни, Тая теперь легко приходила с ответами в чужие головы. А Сила слушалась меня!
— К нам пришло несколько посланий от старейшин из других регионов, — начал Леонид.
— Опять кто-то не согласен с моим выбором? Жалобы принимаю в письменном виде с аргументами!
— Они встревожены. Но агрессии не показывают.
— Я сам им отпишу. Нет повода для беспокойства. Старообрядцы получили то, что хотели — превратились в зверей насовсем. Прогресс им был невыносим. Они боялись людей и не хотели учиться. Поэтому породилась тьма злобных мыслей. Мы идём вперёд со временем, учимся, учим, растим детей для будущей полнокровной жизни. Если кто-то усмотрел в этом нарушение Кодекса оборотней, то я поспешу их расстроить. Это благородно — жертвовать собой ради всеобщего блага. Но при этом нужно не забывать, что ты — важнейшее звено в цепи, потерять которое без последствий нельзя.
Я встал.
Я очень сильно повзрослел. Прямо ощущал, как всё это село второй кожей. Отвечал теперь не только за свой Салан. Но это в случае необходимости, а пока…
— Планируем ещё одну охоту. Мяса нужно заготовить побольше. Зима будет лютая, возможно, придётся помочь северным друзьям.
Леон хлопнул меня огромной рукой по плечу. Раньше было ощущение, что меня невольно сдвигает с места этот добродушный шлепок. Старик редко соизмерял силу оборотня. А сейчас я едва почувствовал удар и улыбнулся.
— Кстати, Дану с его новой клиникой натуральные продукты тоже пригодятся.
— Ну куда уж без Дана! — Леон засмеялся. Все потихоньку налаживалось.
Дан
Мы сидели на крыльце после очередного непростого дня и смотрели, как первые снежинки падают на подмороженную землю, тают и исчезают в её грязи, но совсем скоро своей чистотой они выбелят землю, дадут понять, что время не стоит на месте, и за плохим обязательно последует хорошее. Как эта белизна и блеск серебра на недавно грязно-серой земле. Интересно, а с душой так же можно сделать? Чтобы раз — и всё забыть, смыть с себя все грехи и с приходом весны начать заново, переродившись?.. Сомневаюсь.
— Слав, — привлекаю внимание друга. Он отставляет стакан с кофе на ступеньку и весь обращается ко мне. Готовится к серьёзному разговору. Слишком хорошо я знаю его, а он меня, чтобы между нами остались недоговоренности. Выдыхает протяжно. Хмурит брови. Я боковым зрением наблюдаю, как Артём обходит территорию и снимает свои блоки, мы больше не будем прятаться, о нас узнают все.
— Рассказывай уже.
Пора ставить точки в этих бесконечных многоточиях. Я уже понял: ничего не случается само, всегда кто-то в ответе. И конкретно у меня, в девяносто процентов случаях, виноват этот низкорослый мужик! В остальных десяти я сам умудряюсь вляпаться.
— С чего начать? — не уходит от ответа, но по природе своей старается себя обезопасить.
— Ну… Например с того, что мы сейчас здесь, и всё ли прошло, как ты хотел?..
— С тобой никогда не получается, как надо. Ты как абсолютная погрешность в бытие мира. — Я посмотрел на него выжидающе, Слава сдался. — Всё через жопу.
— Тебе это никогда не давало покоя. Всё ещё пытаешься меня спасти? — Он отвернулся.
Я помню тот день: мы были подростками, тогда только узнавали друг друга, доверия не было даже к самому себе, а весь мир казался угрозой. Ночью я привычно проснулся от кошмара, не помню, что снилось, как будто мне отдали только ощущения, а видел его за меня кто-то другой. Гном стоял надо мной, такой непривычно суровый, но перепуганный не меньше моего. Он сказал, что знает, как я умру. А я сказал, что видения не всегда сбываются, и если изменить события, то и итог изменится. С тех пор эта зараза поганит мне жизнь, переворачивая её с ног на голову. И нет, как именно случится моë спасение, он не сказал. Про его сны, после которых он принимает безумные решения, тоже не говорили. Но дар предвидения у гнома был. Скорее всего, и дочке передался, ведь мелкая не совсем оборотень, она — создание другое, совершенное новое в мире нечей, и пока не ясно, на чьей будет стороне. Но сейчас не об этом…
 
— Мне не всё равно, — отвечает односложно, как и всегда. — Я знал о готовящемся выступлении оборотней против Салана. Знал, что вампир умирает. Мне надо было тебя, Дан, вывести на лабораторию, и Макс мне помог, заметь, ему там и правда помогли, без аппаратуры он столько бы не протянул. Дал Дэю наводку, тот определил туда вампира, конечно, ему поставили условие: предоставить им Вика. На этом все должно было закончиться, ты должен был вожака защитить. Дальше демон действует сам. Так как конфликт оборотней созрел, сила сама на него вышла и манипулировала им в своих целях. Демон убивает тело древнего и запускается испытание, сам того не зная. Вик отключается, и Дэй берет его в плен. А дальше — как снежный шар.
— Почему не сказал вожаку сразу, как узнал про конфликт? Напасть могли в любой момент.
— А что бы он сделал? — его взгляд снова вернулся ко мне. — Устроил переговоры, попытался наладить контакт? Вик — сильный вожак, но ему бы не хватило опыта управления дикими. Сплотить вокруг себя озверевших, полуразумных — тут силы мало. Тем более эта стычка должна была случиться, нужно было показать, что наша стая разумна. Бойко должен был понять свою власть, свою ответственность, и он справился, ты не подумай, что я не доверяю ему. Доверяю. Моя семья тоже часть его. Но не всегда одного желания сделать мир лучше хватает. Приходится принимать реальность такой, какая она есть, даже если она чересчур жестока.
— Многие могли пострадать.
— Жизнь — это вообще война. Всегда будут жертвы.
— С такой философией лучше на люди не выходить. — Хочется закурить, но свежий воздух забивает лёгкие, и дым в них просто не поместится, поэтому просто кручу в пальцах зажигалку, Славка нервничает.
Справа от нас Артём, уже закончив, укрывает пледом сидящего на лавочке с книгой Макса. Вампир всем своим видом изображает недовольство, но скрывать тут нечего, с Артёмом они сразу нашли общий язык. С ним вообще невозможно не поладить. Он, как лист белой бумаги, чистый и светлый, правда, если этот лист перевернуть, там алыми росчерками на чёрном будут отмечены все ужасы его прошлой жизни, которые мне только предстоит прочитать. Я понятия не имею, что с парнем делать. Только начинаю прощупывать почву, и пока не знаю, как снять его с препаратов и запустить нормальные чувства, как сделать из хорошего пацана живого неча, а не робота. Было бы проще, не будь я по уши в одном оборотне, но у меня по-прежнему на парня не стоит, и это напрягает.
— Всё дело в нём? — указываю на парня, он, заметив мои манипуляции, смотрит выжидательно в ответ. Мотаю головой, мол, не тебе, улыбается и возвращается к вампиру.
— В нём, — Славка соглашается, я тревожусь сильнее. — Чтобы ты понимал, я осознаю ответственность перед Максимом и Дэем, да, это я направил сюда демона, и не просто так. Я знал, что ты пойдёшь по его следу. Из-за моего расчёта демона навели на то, что сейчас хранит моя дочь, и уже эта сила координировала его действия. Я все ускорил, хотя оно и так бы случилось, но позже. — Зажигалка выпала из рук, поднимать не стал, боялся спугнуть его решимость.
— Артём… я не знаю, как это возможно, но всё перепроверил несколько раз. Его ДНК и твоя, плюс кровь…
— Что кровь?!
— Вы — родственники.
— Ну да. Инкубы…
— Нет. Вы с ним по линии человека родственники. Скорее всего братья.
— Я родился, когда его прадеда ещё даже не планировали. Его биологический отец умер на днях. Это невозможно.
— Я тоже так подумал. Но данные не врут. Кира всё изучила повторно. Ты как бы сосуд, а он все то, что должно быть в сосуде. Если бы не разница в возрасте, я бы подумал, что вы — близнецы.