Вспомнить Нельзя Забыть (СИ)

Было ощущение, что меня держат в этом диалоге за дурака, и все волки Салана вдруг стали разменной монетой.
— Единственная возможность спасти Стаю — это отменить запущенное решением Силы возвращение к истокам.
— Как? — Вик подскакивает.
Меня этот вопрос тоже волнует, там Славка… и Кира с девчонками, которые уже родились и не виноваты, что древним маразматикам что-то там показалось… и Леон…
— Я знаю лишь шаги, сам их я не делал — не пришлось, — Древний разводит руками. Врёт же, гад! Цену себе набивает или доводит наши нервы до крайнего предела. У меня зубы заскрипели. — Сделать это сможешь только ты, Виктор, когда вернёшь себе память.
— Но тогда он останется до конца века привязанным к Салану и к своим обязательствам?! Скинуть на пацана всю многовековую ответственность — это свинство, а не волчьи законы!
— Всегда приносится немалая жертва, — теперь от Древнего исходит такая энергетика, что дымится скатерть на столе, но меня уже несёт.
— Да ебал я такой расклад!!!
— Дан, заткнись! — рявкает Вик, и на минуту мне кажется, он ничего и не забывал. Следовал туда, куда должен, готовя меня к такому последнему разговору.
Если зацеплю деда ещё парой наездов, то весь этот домик с травами вспыхнет как факел. А перевести дух надо. Внутри вибрирует и бьётся в замкнутом кругу сила. И не дай Всевышние, я её не удержу! С психу делаю, как обычно, полновесную и прекрасную дурь. Оттягиваю голову Бойко назад, в губы его целую, как жалю, матерюсь в них же, отскакиваю, пока парень в себя не приходит, и сажусь в дальнем углу. Волка глажу. Тот рычит, но терпит, видит — меня неотвратимо накрывает, а как это потом проблемно для всех вокруг, ему хорошо знакомо. Зато из угла мне отлично видно происходящее за столом. Вик ме-е-е-едленно возвращает голову в естественное положение и как-то виновато смотрит на «прадеда». Хотел бы я сейчас слышать его мысли. А свои заткнуть. Ещё хочу, чтобы стены избушки шататься перестали. Славка всегда говорил, что демон — не я, а я — это тот, кем сам хочу быть. Сейчас я хочу быть демоном и убивать. Сильно. До хруста в мозгах хочу! Но сижу на жопе, потому что больше не один. Знал бы Вик, насколько я развил самоконтроль на фоне всех наших пиздецов — испытал бы гордость.
Вик
Итак, главным действующим лицом в этом экшене, как не прискорбно, оказался я. Теперь понимаю, как это ощущать, что тебе по раскладу невидимых карт судьбы навалили гору ответственности. Так я — не герой. Если таковым был, то сейчас всё забыл. Обхватываю голову, не от отчаяния, нет! В поисках кнопки перезапуска. Если кто-то в моей башке копался, значит, было что искать. Помогали мне или прятали поглубже — этого не знаю. Сейчас нужно самому продираться через заслон амнезии. Волки, стая, Салан, оборотни. Если я был частью всего этого, а потом Дан встроился в мою жизнь и до сих пор рядом, значит, не блажь и не нужда, а… необходимость. Провидение. Поворот судьбы, тот который притянул в своё время оборотня к отчаянной человеческой девчонке. Шла Красная шапочка по лесу, а сзади тупой пьяный дровосек с топором и похабными желаниями. Если бы не выпрыгнул Серый волк из кустов… неизвестно, дошла бы внучка до бабушки. Посмотрела девчонка на волка по-иному и поняла, что эти глаза всякий раз следили за ней из кустов. Охраняли, берегли, в нужный момент спасая от беды. В левом виске щёлкнуло, будто ключ в замке провернулся. Внутри всё выхолодило, точно влетел в грудь порывистый ледяной ветер.
Древний внезапно встаёт, подходит к двери. Распахивает её настежь, не спросив, кто там. С рычанием мне под ноги метнулся грязный меховой комок. Волк из угла, скинув Дана, подбегает к нежданному гостю. Отупело смотрю на злого, ощерившегося волчонка, на шерсти которого ещё не растаяла изморозь. Бежал через Сумеречную! Один! Почему?! Настолько силён?!
— Таисия?! — Дан приседает и пытается взять волчонка на руки, она немилосердно тяпает за пальцы. — Что-то со Славкой? Или с Кирой? Рычишь… и как я пойму?! Переведи! — это он волчаре кричит сгоряча, как понимаю, от бессилия. Но и волк, и я недоумённо смаргиваем. Салан, Таисия, Славка, Кира — имена, как дробинки прошивают голову навылет, но это не помогает.
 
Древний вырастает рядом, как по волшебству. Он вообще начал странно в пространстве перемещаться.
— Пора, Вик! Тем более она сама за вами пришла! — и потом оборачивается к Дану. — Я говорил — ты слышишь только свои желания! Ты, который запечатлён вожаком и им инициирован! Ты же тоже часть стаи! И это был твой выбор, Демон! Тебя спрашивали? Нет. Тебя приняли таким, какой есть! Слушай! Где бьётся сердце Вика?
Я кладу ладонь себе на грудь. Стены вокруг сначала сжимаются, а потом расходятся. Уши закладывает, словно выныриваю из глубины. Дан выглядит нехорошо, и хоть режьте меня, но он сейчас с Древним схлестнулся по-настоящему. Лопается оконное стекло, хлынув на пол волной осколков, стены покрываются росписью трещин. Волчонок ошалело крутится, кусая всех за ноги, не разбирая, кого призывать, кого уважать, кого бояться. У стола надламывается ножка, и всё, стоящее на нём, съезжает на пол.
— Волки уходят в горы. Салан больше не их дом, Сумеречная им не открывает путь. Гном потеряет семью навсегда, если не решит сунуть всех в клетку и начать приручение, — в глаза Дана страшно смотреть, они чёрные с алым высверком, лицо деда уже наполовину страшная волчья морда. Он становится выше, раздаётся в плечах, ломается в позвоночнике, знаком вопроса нависая сверху. Меня незаметно запихивают на главную роль в триллер. Так выглядят оборотни? Так выглядел… я?! Дан тоже меняется, в нём хрустит каждая кость, а тело покрывается чёрной дымкой и теряет чёткие очертания, сила окутывает его и человеческого тела ей мало. Избушка трещит по швам, не выдерживая противостояния. Я уверен, что и Высшие Силы сейчас тихо под себя сходили, но молчат, не палятся. Такое они вряд ли планировали. Или всё по плану?!
Бью себя в грудь — перезапускаю сердце, бью ладонью в лоб, пытаясь сотрясением заставить себя вспомнить. Внутри, как перед взрывом, раскаляется каждая живая клетка. Если бы был простым человеком, видел бы всё так? Или прибитый страхом сидел бы в углу и ждал, пока отпустят-покалечат-убьют? Ведь никто не поверит в такой бред. Демоны! Оборотни! Тысячелетние старики в древнем лесу! Что-то заставляет инстинктивно обернуться… Все происходит за доли секунды. Дан с ошалелым взглядом и криком бросается на меня… Оскалив пасть, с другой стороны прыгает волк.
Нет.
Не на меня…
В меня!
====== Часть 7 ======
Дан
Что произошло — не берусь анализировать. Все вокруг давно перестали пользоваться здравым смыслом, опираясь только на инстинкты и эмоции. Когда увидел взгляд волка, даже через призму гнева смог переступить. Он все решил для себя. Решил настолько важное, не спросив и не обсудив, и мне сделалось по-настоящему страшно. За нас. Такие решения принимаются раз в жизни, и я пока не решил. Рано делать выбор. Поэтому и кинулся наперекор зверю, закрывая моего человека. Да, защищая, да, укрывая, рискуя получить удар сам: пусть хоть разорвёт, без разницы, но лучше так, чем потерять всё в один момент.
Я не хочу их слияния.
Я не хочу этого так сильно! До крика, до стона, до исступления. Оставшееся от Вика в звере, та его часть, которая меня помнит, поняла это быстрее, чем я.
Не отдам!
Волк сменил траекторию, когда я снёс Бойко и повалился на пол. Зверь пролетел над нашими головами и канул в открывшейся Теневой мгле. Она проглотила его с особой жадностью, заставив у меня дрогнуть сердце.
В себя прихожу, лёжа на Вике. Он, ударившись головой, также собирает себя в кучу. Освещение вернулось, ветер и треск стёкол стихли. Тишина стала могильной. Хозяин дома растворился и, чтоб он, сука, никогда больше не нашёлся! Гнев и злость кипят с нечеловеческой силой, меня неслабо лихорадит. Пара капель, и рванёт. Чертовски страшно! Я абсолютно перестаю понимать происходящее, ситуация выходит из-под контроля окончательно: не плыву по течению — тону, с каждой минутой погружаясь всё глубже на дно.