Теряя Контроль (ЛП)

— Подожди секунду, ты ничего не хочешь мне сказать? — он поднимает бровь.
Я напеваю несколько строк из песни 1970-х годов, ставшей популярной благодаря Дэвиду Кэссиди, моя мама любила ее петь: «Я думаю, что люблю тебя». Йен смотрит на меня, а потом, когда слова доходят до него, он запрокидывает голову и начинает смеяться.
— В один из будущих дней ты будешь чувствовать себя комфортно, чтобы сказать это вслух, но я обязательно завтра сменю рингтон звонка.
На этих словах Йен падает на кровать и приступает к работе надо мной… тщательно. Его рот горячий и требовательный.
— Ложись, — приказываю я на этот раз. Я хочу быть главной.
Йен побуждает меня и кладет руки за голову как ленивый бог. Его обнаженное тело прекрасно. И не только его твердый живот или очевидные мышцы на груди и руках. Именно эти контрасты выделяют его.
Этот мужчина обладает физической силой, но его прикосновения нежные. Темно-коричневый цвет его волос оттеняется загорелой кожей. Его шея сильная и изящная. Бедра выглядят мощными, но они действуют на меня успокаивающе. И его член? Его член является самым большим контрастом из всего.
Настолько мягкий и гладкий, но в то же время твердый, его форма с выступами и венами. Наклонившись, я облизываю его языком от основания до кончика.
Йен выпускает сдавленный смех.
— Я не очень утомил тебя?
— Я только начала, — ухмыляюсь я. Повторяю движение, глотаю его большую головку, работая языком. Прямо под головкой — это нежное местечко, очень чувствительное, и я дразню его, пока член не вздрагивает.
Есть что-то удивительное в том, как ощущается член Йена, как он пахнет и как набухает у меня во рту. Йен не так легко держится, о чем свидетельствует то, как он пальцами сжимает простыни, а его бедра дрожат.
Йен хочет оторвать меня от себя и погрузиться в меня, но ждет… пока. Присев на колени возле его ног, я беру его яйца одной рукой, а другой хватаю основание члена. Своим ртом быстро заглатываю и сосу, сжимая его длину.
— Бл*дь, — пыхтит Йен. — Бл*дь, да.
Он громко дышит. Подо мной его тело напрягается, и я готова принять его. Я хочу попробовать его вкус и почувствовать его освобождение, когда Йен кончит.
Но прежде, чем Йен достигает кульминации, он быстро хватает меня за плечи и отбрасывает на живот. Я приземляюсь рядом с ним, а он ложится на меня. Своей рукой он находит мой клитор и начинает перекатывать между пальцами мою чувствительную плоть. Дыхание обжигает мою шею, и Йен произносит:
— Я буду кончать в твою горячую киску. Всю ночь.
Я содрогаюсь от его грубых слов. Йен поднимает мои бедра и присасывается ртом. Его щетина трет мою нежную кожу, когда он использует свое лицо, чтобы заняться любовью со мной. Я вдавливаюсь в него, желая большего. Он заставляет меня метаться.
Йен вставляет свои пальцы и дразнит сильнее. Я толкаюсь на него, но мужчина останавливает меня, сжимая бедра. Теперь я в его руках. Он сильнее работает своим языком, вверх и вниз по моему клитору.
— Возьми меня там, — задыхаюсь я. — Прямо сейчас. Трахни меня жестко.
Йен рычит, и я чувствую покалывание в клиторе, это заставляет меня содрогнуться. Я на волоске. Шелест упаковки от презерватива наполняет комнату, в которой слышно только наше дыхание.
Одним плавным движением Йен входит в меня. Обе его руки расположены на моих бедрах, когда он входит и выходит из меня. Я закидываю руки за изголовье кровати, но сила ударов толкает меня вперед.
— Я достаточно глубоко? — бормочет мужчина мне в ухо. — Ты чувствуешь меня в своем теле?
Я киваю головой, слишком возбужденная, чтобы ответить. Чувствительная плоть набухла и покалывает от прошлых оргазмов. С каждым движением его члена чувства усиливаются.
— Ты сейчас такая тугая, — шепчет Йен, опуская голову, чтобы начать покусывать мою шею и плечо. Дрожь охватывает меня, и я чувствую, что близка.
Ощущая скорую развязку, Йен тянет меня так, что мы стоим на коленях. Он обхватывает рукой на мою шею, а другую кладет на грудь.
Теряя равновесие, я тянусь к нему и обхватываю его шею.
 
— Вот так, — стонет он. — Чувствуй нас, Тайни.
Йен опускает свободную руку к моему клитору. Он обхватывает своей большой рукой мою и прижимает наши ладони к моему центру, но его пальцы длиннее, и я ощущаю его ритмичные движения.
— Чувствуешь, как это прекрасно. Как чертовски горячо это. Я думаю об этом постоянно. Мой член внутри тебя весь в твоих соках. Мокрый от возбуждения. Я мечтаю о твоей тугой, горячей киске, сжимающей меня до тех пор, пока я не могу дышать.
— Я хочу, чтобы ты кончил со мной. — Йен увеличивает давление на мой клитор. Повернув голову, я вижу вздутые вены на его шее. Его глаза затуманены и направлены на меня, губы приоткрыты. От его вида захватывает дух. Нужда, желание и удовольствие написаны огромными буквами на его лице.
Этот взгляд подталкивает меня. Мое тело замирает, когда оргазм накрывает меня. Я чувствую, как дрожь проходит через пальцы. Как в тумане, я слышу стон Йена. Рукой он обхватывает мою грудь и двигается во мне с такой силой, какой я не чувствовала раньше. Его бедра толкаются в меня, и Йен втягивает воздух, когда кончает.
— Боже мой, Тайни, — говорит он, наваливаясь на меня. — Я становлюсь зависимым от тебя.
— Хорошо, потому что не знаю, смогу ли я жить без тебя, — признаюсь я, дрожа от спазмов после оргазма.
— Тебе не придется.
  
Глава 23
 
Для меня утро наступает слишком быстро. Не думаю, что Йен позволил отдохнуть мне больше часа прошлой ночью, из-за этого у меня болит все тело. Но каждый приступ боли вызывает улыбку на моем лице. Я чувствую себя желанной и одержимой.
— Я надеюсь, что с твоей мамой будет все хорошо, когда она узнает, как я трахал тебя прошлой ночью словно сумасшедший.
Йен ставит тарелку с яйцом пашот, гренками и стейком. Это похоже на ужин, но я нагуляла аппетит, поэтому налетаю на мясо словно зверь. Йен на самом деле сделал все это, даже стейк, что меня удивляет. Я предполагаю, что он из тех, кто все заказывает.
— Почему это? — спрашиваю я, рассматривая его тело. Йен без рубашки, на нем только боксеры, подчеркивающие его размер. Думаю, что это мое. Все мое.
— Потому что у тебя очень самодовольный и горячий взгляд в глазах. Я думаю, кто-нибудь поймет, что это значит.
Его голос притих, и теперь я знаю, что Йен думает о грязных вещах со мной и во мне. Мое тело реагирует на него, сжимаясь и увлажняясь. Такими темпами я никогда не выберусь отсюда. Опустив взгляд в тарелку, я прочищаю горло и перевожу тему.
— Как ты познакомился с Малкольмом? — спрашиваю я.
— Ты знаешь, чем занимается твой брат?
— Он торговец наркотиками. Я имею в виду, что я не уверена, но доставляю ему много маленьких пакетов, не думаю, что это документы.
— Это не единственное, что он делает. Я пошел к нему, потому что у него есть определенная репутация. Он работает с множеством привлекательных женщин, которые делают что угодно за деньги и много не болтают.
— Ты говоришь, что он… сутенер? — мой рот распахивается.
Йен сжимает губы на мгновение.
— Можно сказать и так.
Эта новость потрясает меня, и я роняю вилку на тарелку.
— Так тебе нужна была проститутка? Ты думал, что я проститутка? — мой голос становится неестественно громким.
— Нет. Я сразу понял, что ты не проститутка, — Йен перемещает стул ближе ко мне. — Женщины в этом бизнесе имеют определенный взгляд, которого у тебя не было. К тому же ты изо всех сил старалась меня разозлить, ни одна работающая проституткой девушка не обслуживает так плохо клиентов, — он качает головой и хихикает.
— Ты думал, что я наивная, и мог бы воспользоваться мной?
Йен снова качает головой.
— Почему ты всегда думаешь только самое худшее о нас?
Хороший аргумент. Я опускаю глаза в тарелку.