Золушка для инквизитора (СИ)

Я нервно сглотнула.
— Понравилось, — не стала отбрыкиваться. — Но это... ничего не значит.
— Ну да, конечно, — усмехнулся Маркус.
— Я все равно тебя ненавижу.
— Разумеется, — улыбка этого самодовольного нахала стала еще шире.
— И невестой твоей все равно никогда не буду!!
— А может, договоримся? — с лукавым прищуром произнес Маркус. — Ты помогаешь мне с одним делом, а я после этого отправлю тебя обратно в твой мир. Но для этого тебе всё же придется поиграть роль моей невесты. Невеста ведь мне не забавы ради нужна.
Я резко умолкла, перестав возмущаться, и заинтересованно посмотрела на Маркуса.
Почему, спрашивается, этот интриган не мог сообщить об этом раньше?! Вместо того, чтобы лезть с поцелуями, сказал бы: «Кать, у меня есть предложение, хочешь, я тебя домой верну?»
А то бедра ощупал, грудь облапал. И тут вспомнил, блин.
— Слушаю внимательно, — я отряхнула платье, поправила вырез (тот совсем перекосило).
— Я не буду обсуждать детали плана в саду, — покачал головой Лоренсо. — Пойдем, для начала нужно успокоить всех, что ты не причастна к покушению на мою жизнь. Не причастна ведь?
— К сожалению, нет.
Он расхохотался и подал мне руку, вовлекая за собой обратно в поместье. У дверей столпилось столько народу, что я засомневалась — не использовались ли здесь какие-нибудь заклинания по расширению пространства. Вся эта орава людей просто физически не могла уместиться в доме.
Со всех сторон доносилось осуждающее:
— Да как она посмела...
— Храэн Лоренсо был к ней благосклонен, а она...
— Это поведение, недопустимое для храэны... а её внешний вид...
— Вы видели разрез? Греховница!
Нормальный разрез, чего вы пристали, в самом деле. Я ещё раз поправила декольте, стряхнула с платья невидимую пылинку и уставилась на Маркуса в надежде, что сейчас он будет меня оправдывать. Ибо людской гнев был столь силен, что ощущался в воздухе, завис надо мной практически дамокловым мечом.
— Мы обсудили произошедшее с храэной Екатериной, — Маркус говорил тихо, но в воцарившейся тишине его слова звучали оглушительно. — И она клятвенно пообещала отныне никогда не травить мою еду, даже в качестве призыва к вниманию.
Чего?!
В смысле, никогда? В смысле, пообещала? Какого такого призыва?!
Я и не травила вообще-то!
Перевела полный непонимания взгляд с возмущенной толпы на мужчину, который крепко держал меня за руку, не позволяя вырваться.
— Ты что творишь... — просипела сквозь спазм в горле. — Они же меня четвертуют после такого...
— Дело в том, что храэна Екатерина прекрасно знала: я всегда тщательно проверяю свою пищу, — грустно улыбнулся Маркус. — Правда же?
— Э-э-э. Да?..
— Она так же знала, что я никогда и ничего не буду есть, не проверив специальным составом на наличие ядов. Моя будущая супруга всего лишь хотела привлечь ваше — и моё — внимание к тому, что на кухне может хозяйничать любой желающий, что недопустимо. Теперь вы понимаете, зачем она это сделала?
Кажется, они не понимали. Как, впрочем, и я. По всему выходило, что я такая продуманная и великолепная невеста, которая травит еду жениха с мыслью: «Ну, он же её проверяет, вот смешно-то будет, когда правда вскроется». А если бы не проверил? Взял и разок забил на собственные правила? Отхлебнул бы супчика и ушел на небеса?
«Упс, к сожалению, храэн Лоренсо помер. Я думала, он более бдительный». Так, что ли?
Кроме того, ведь настоящий отравитель где-то рядом. Возможно, стоит в этой же толпе и смотрит на нас с Маркусом. Смотрит и думает, что за бред несет недоотравленный храэн.
— Я изменю систему допусков в этот дом и отдельно — на кухню. Что касается моей будущей супруги... спасибо за то, что открыла мне глаза на столь очевидные вещи.
— Не за что, — важно кивнула я, пытаясь скрыть шоковое состояние.
Мы прошли сквозь толпу, которая молчаливо расступилась перед нами. Люди хлопали глазами, переглядывались, кто-то шептал: «Ну да, это логично», другие непонимающе чесали затылки.
Лоренсо привел меня в очередной рабочий кабинет. Выдержанный в строгих тонах, без единого светлого цвета, он казался мрачным и совершенно безжизненным. Здесь, за широким столом из черного дерева, явно вершились человеческие судьбы.
 
— Что это было? — Я изумленно глянула на Маркуса, и внезапно тот улыбнулся.
— Теперь настоящему отравителю очень захочется узнать, почему ты взяла на себя ответственность за его поступок, — объяснил он, запирая дверь на замок. — Посмотрим, как скоро он придет к тебе с вопросом, явным или скрытым.
— Но это же глупо. Я бы на месте отравителя бежала куда подальше, а не вопросы себе задавала.
— Это не глупо, Кэти. В дворцовых интригах самое главное — понимать мотивы всех сторон. Пока что ты — темная лошадка, зачем-то решившая взять на себя вину. При этом ты избегаешь совместных обедов со мной, ты нарушаешь традиции, носишь неправильную одежду. Ты определенно вызовешь интерес. И это нам на руку. Я говорил о договоре. Так вот...
Мужчина ненадолго замолчал, продумывая дальнейший разговор, а я нетерпеливо мялась, переступая с ноги на ногу. Платье и впрямь стало казаться слишком открытым, даже пошлым. Наверное, надо попросить зашить разрез.
— Меня давно собираются устранить, и я прекрасно об этом осведомлен. Я кому-то мешаю одним своим существованием, но до сих пор этот кто-то не пытался действовать открыто. Вопрос времени — когда он предпримет очередную попытку.
— А что требуется от меня?
— Стать его сообщницей.
— Ты хочешь использовать меня как приманку? — невесело усмехнулась я. — Ловить отравителя на живца?
— Ты немного утрируешь, но в целом, да, — ослепительно улыбнулся Лоренсо. — Раз уж ты такая своенравная, то есть смысл вовлечь тебя в это дело.
— Катись в бездну! — возмущенно фыркнула я, скрестив руки на груди.
— Кэти, — вздохнул Маркус. — Ну, ты домой хочешь?
— Хочу. Но играть в твои странные игры не буду. Ищи кого-нибудь другого на роль наживки для сбрендившего мага, ну или кто он там?..
От скрещенных на груди рук мое декольте стало выглядеть еще пикантнее, и Маркус немного завис, откровенно уставившись в вырез моего платья. От этого взгляда мне стало так жарко и неуютно, что я начала проклинать себя за дурацкую идею с перешивом одежды.
Не выдержала: взяла с рабочего стола какую-то папку с документами и прикрылась ей, игнорируя насмешливый взгляд Маркуса. Прочистила горло и спросила как можно более ровным голосом:
— Ладно, что ты предлагаешь? Что от меня нужно?
— Да, в общем-то, пока ничего особенного. Все то же самое, что ты и сейчас делаешь: продолжай изображать, как люто меня ненавидишь. По моим прикидкам, кто-то должен попытаться с тобой связаться и, как вариант, пообещать свободу в обмен на помощь...
— Я не просто изображаю ненависть, я действительно ненавижу!
— Да-да, именно это я и хотел сказать, — Маркус демонстративно возвел глаза к потолку. — В общем, продолжай всячески изображать несчастную невесту, только теперь играть в эту игру мы будем оба.
— А дичь всякую творить можно? — заинтересованно спросила я. — Исключительно для поддержания нашей ролевой игры!..
Маркус напрягся, но осторожно ответил:
— Можно, если в пределах разумного.
Я расплылась в мрачной улыбке, мысленно потирая руки.
— Тогда я согласна... наверное. Если ты даешь мне свободу действий и обещаешь не закатывать скандал всякий раз, когда я сделаю что-нибудь не по плану, — специально передразнила его интонации в голосе, — то можем попробовать.
Лоренсо кивнул, излишне медленно, словно сам уже сомневался в правильности решения.
— Хорошо, что ты планируешь делать дальше?
— Как что? Ненавидеть тебя, разумеется.
С этими словами я вручила папку Маркусу и, гордо расправив плечи, вышла из кабинета. Не забыв напоследок громко хлопнуть дверью и буркнуть себе под нос:
— Ну и баран!
Изображать неприязнь не так уж сложно, если тебе действительно несимпатичен человек.