Лунная дорога. Часть 1 (СИ)

– А ну колись, чего там у вас в поезде было? Ты же с ним тет-а-тет целые сутки ехала!
Я устало вздохнула. Вот еще следопыт-разведчик выискался.
– Ничего у нас не было! И быть не могло! Ну не нравится он мне, что тут поделаешь!
Подружка умиротворенно улыбнулась, возвращаясь в присущее ей благодушное настроение.
– И это хорошо! Так держать! Одобряю, – и тут же засомневалась: – Но вы что, так молча всю дорогу и просидели?
– Нет, конечно. Поговорили о том о сем. Он мне признался, что и впрямь давно знает Мальцева. Но вот аферу с моим похищением он вовсе даже не планировал. Володька ему намекнул, что поможет, когда узнал, что у того такая сложная любовь, но Панов не знал, что конкретно тот собрался учудить. А потом, когда в кафе Мальцев решил оказать ему услугу, как выяснилось, медвежью, то я ему самому жутко понравилась, и он решил расстараться для себя.
– Какая у тебя жизнь интересная, Машка! Не то, что у меня, – Инка всерьез пригорюнилась. – А у меня ничего не получается.
– А парней хоровод? Чем он-то плох?
Она осуждающе нахмурила брови.
– Машка, ты такая наивная, чес-слово! Ты что, не видишь, что парни от меня линяют сами? Это ведь не я их меняю, а они возле меня покрутятся недели две, ну месяц от силы, а потом ищи ветра в поле!
Я нелепо вытаращила глаза. Вот это откровение! А ведь я всегда считала, что это Инка такая легкомысленная и парней меняет без счета! В ответ смогла только что-то нервно промычать, слов не нашлось.
– Вот именно: эээ… – передразнила она меня. – И ничего больше!
– А почему ты мне раньше никогда об этом не говорила?
– Потому что стыдно было! Я бы и сейчас не сказала, но ты меня просто убила!
– Извини, я не знала, что это для тебя такая болезненная тема, – мне в самом деле стало стыдно.
Инка небрежно махнула рукой.
– Ерунда! Я ни в кого из них не влюблялась. Так, якшалась с ними по принципу «чтоб были». Но вот с Виктором Пановым, – она произнесла это имя с придыханием, – совсем другое дело. Он мне ночами снится! И все такой же гордый и неприступный, как наяву! Обидно, знаешь, сон-то мой!
Я встала и прошлась по комнате из угла в угол, обдумывая ситуацию.
– Инка, но я-то что сделаю? Я его и так отшиваю, как могу!
– Я тебя ни в чем и не виню. Он сам к тебе прилип, это я вижу. Просто обидно. – И она повторила уже опробованную картинку: воздела вверх руки и предъявила претензию потолку, заменившему в ее понимании небеса: – Вот я и говорю: почему одним все, а другим ничего?
Получилось смешно, и я с трудом подавила непочтительный смешок. Но Инка все равно его расслышала.
– Вот-вот, она же еще и смеется! Но я тебя понимаю, ты и сама на Красовского запала. Внешне парень класс, конечно, но вот возможности у него… – и она многозначительно замолчала.
Интересно, откуда она знает о его возможностях? Я ей о Красовском ничего не говорила.
– Тебе очень важны возможности? – прозвучало обвинительно, но уж очень я разозлилась.
Она энергично потерла крылья носа пальцем, отчего тот тут же покраснел.
– Если бы Панов был обычным парнем и обратил на меня внимание, я ответила бы не задумываясь. Так что для меня возможности важны не очень. Но вот Красовский хоть и хорош, но рот лучше бы не открывал. Из него деревенщина так и прет.
Деревенщина? Что-то я за Лехой такого не замечала. Он что, притворялся? Для чего? Чтоб отвадить от себя девчонок? Забавно. Прежде бы он своего не упустил.
– И где ты с ним говорила? – что она где-то с ним встречалась, и дураку было ясно. – Давай колись! – сердито потребовала я.
Она с удовольствием принялась болтать:
– А мы с Наташкой как-то шли по улице Ленина и встретили его. Он перед магазином грузчиками командовал. Ну и сам что-то там подтаскивал. Мы его остановили и спросили: как жизнь. Ох, он нам и выдал! Ни слова нормально сказать не мог. А как узнал, что ты в Москве, аж с лица спал. Наверное, знал, что Панов тоже туда же поперся.
– Понятно, – объяснять, что Красовский изъясняется вполне прилично, недаром же бабка у него завклубом столько лет проработала, не стала. Уж лучше у Лехи при удобном случае спрошу, с чего это он для девчонок балаган устроил. Чтоб отвадить или у него другие цели были?
 
Проболтав без остановки несколько часов, Инка убежала, а я пошла в комнату к маме. Рассказала, как я провела время в гостях у брата и как там поживает Макс. Внимательно меня выслушав и не задав ни одного вопроса, мама внезапно сказала с некоторым оттенком досады:
– Твой отец женился-таки. На Лилии.
– И как ты к этому относишься? – осторожно спросила я, потому что по маминому тону ничего нельзя было понять.
– Никак не отношусь. Я все чаще думаю, что ошиблась с замужеством. Мне все-таки нужно было в свое время остаться с Денисом. Но уж очень сильно мне Антон голову задурил. Та-а-а-кая любовь… Стихи, романсы, цветы. Прямо как в мелодраме.
Денис! Я закусила губу. И все-таки Денис Дмитриевич в самом деле был маминым женихом! Почему же он не приехал сюда, когда узнал, что мама развелась? Или мне просто показалось, что он взволнован? Ведь столько времени прошло…
Хотела рассказать о встрече с ним в Москве, но передумала. Зачем ворошить прошлое? Если он захочет, то приедет, а маму волновать я не буду. Ей и так досталось.
– А Лилия его еще научит, как нужно жену любить, – мстительно заметила я. – Макс сказал, что она ревнивая, как кошка. И что она его этой своей ревностью быстренько достанет.
Мама невесело рассмеялась.
– Я тоже так думаю. Жизнь – зеркало, кто это говорил? Так что Антону давно пора на собственной шкуре узнать, что это такое – необоснованная ревность.
Что, по мнению Макса, у отца скоро появится еще один отпрыск, я промолчала. Да мама и сама все понимает, нечего мне зря языком молоть.
До начала занятий оставалось еще два дня, и я провела их с подружками. Мы ходили на эспланаду, где был построен шикарный ледовый городок, катались на коньках и горках разной величины.
Вечером, после очередного похода на каток я шла домой, думая, почему не показывается Красовский. Нашел себе другой предмет для осады, более податливый, или ему просто некогда?
Высокую фигуру под лампочкой у подъезда я заметила издалека. Меня обдало такой жаркой волной, что я остановилась, чтобы справиться с накатившей эйфорией. Ну чему я так радуюсь? Ничего в этой встрече хорошего нет.
Немного постояв в темноте, вышла на освещенное пространство. Красовский оторвался от поддерживающей его стены и направился ко мне.
– Ну, наконец-то! Где ты пропадаешь? На улице не лето, чай! – ворчливым тоном обратился он ко мне, для наглядности притопнув ботинками.
– И тебе тоже здравствуй, голубчик! – иронично приветствовала его я. – Кто же тебя заставляет мерзнуть-то на морозе? Сидел бы дома, в тепле, всем бы хорошо было! – остаться в долгу и не ответить ему в этом же недовольном духе мне не позволила гордость.
– Здравствуй, здравствуй! – он жадно рассматривал мое лицо. – Ты рада меня видеть?
– Невероятно! – ответила язвительно, раздумывая, то ли обойти его и сбежать, то ли поболтать с ним немного. – А то что-то скучно мне стало, наверное, потому, что никто гадостей не говорит.
– Я тебе гадостей не говорил! – он скуксился, как малый ребенок, даже голову в плечи втянул. – Не выдумывай!
– А приглашение на последний ряд кинотеатра с определенной целью это что, по-твоему?
– Извини, я сглупил, – он нахмурился еще больше.
– Ты этим занимаешься постоянно. И вот еще, – вспомнила я о словах Инки, – ты чего с моими девчонками так разговаривал?
– Как я с ними разговаривал? – сердито потребовал уточнения Красовский. – Что опять за выдумки?
 
– Инка сказала, что ты был похож на деревенского дурачка. Ни одного слова им нормально не сказал.
– А… – он довольно потер руки в тонких кожаных перчатках. – Это чтоб на шею не вешались. Терпеть не могу навязчивых дур. А они так глазки строили – зашибись, – видно было, что ему хотелось обозначить их поведение в гораздо более откровенной форме, но ничего шокирующего я от него не услышала и мысленно его за это похвалила.