Лунная дорога. Часть 1 (СИ)

– Пустомеля? – он вскинулся, оскорбленно глядя на меня.
– Однозначно. А у тебя другое мнение? Вот ты что девчонкам обещаешь? Любовь до гроба?
Сердито пнув кроссовкой по выступающему из земли корню, он сердито рявкнул:
– Да с чего ты это взяла? Никому я в любви не объяснялся.
Не объяснялся он! Какие эти парни все-таки тупые! Постаралась донести до него свое виденье ситуации:
– Врать можно не словами. Тембром, интонацией, взглядом. Невербально, одним словом. Возбуждаешь напрасные надежды, которые и не думаешь оправдывать. Не так, скажешь?
Он с оторопью посмотрел на меня. Похоже, с этой стороны он о своем поведении и не задумывался никогда.
– И если я тебе в самом деле нравлюсь, то я очень рада, – получилось на редкость злорадно, но именно этого я и добивалась.
После этих слов у него аж щеки огнем занялись. Отчего это, интересно? Если от радости, то я сейчас тебе, Красовский, крылышки-то пообломаю.
И я безжалостно уточнила:
– Потому что наконец-то ты узнаешь, что такое обманутые ожидания. И что такое боль от несбывшихся надежд. И отчего девчонки по ночам слезы льют в подушку, тоже узнаешь. Хотя ты плакать не будешь, ты же настоящий мужик.
Он повесил голову и молчал, только на скулах упрямо заходили желваки. Я знала, о чем он сейчас думал: это только пустые слова. Достаточно проявить немного настойчивости и упорства, и я упаду к нему в руки, как созревшее яблочко.
Это он зря. Приходится признать, что внешне он мне нравится. Но вот внутри гниль одна. Да о чем тут вообще говорить?
Подошли к калитке, и тут из ближайших кустов высунулись смешливые мальчишечьи рожицы. Не замечая, что я смотрю на них, принялись лукаво подмигивать и без того взъерошенному Красовскому.
– А вот и твоя агентура, – повернулась я к настороженно молчавшему парню. – Буду знать теперь, чего ждать. Но поскольку ты мое здесь пребывание сделал невыносимым, мне придется отсюда уехать. А жаль. Время хорошее, ягод полно. И погода наладилась. К сожалению, твоя физиономия мне ужасно приелась. Так что уеду однозначно.
Не прощаясь, я быстро набрала на замке код, зашла за ограду и захлопнула калитку перед носом Красовского. Не оглядываясь, пошла по дорожке на дачу, спиной чувствуя тяжелый пристальный взгляд.
Пришла, развесила траву сушиться на веревке в тени, взяла телефон, посмотрела на дисплей и положила обратно. Очень хотелось уехать отсюда подальше, чтоб не достал этот проныра, хоть куда уехать. Но как мне оставить маму одну?
  
Глава пятая
 
И тут телефон зазвонил сам. Мама. Что случилось? В такое время она никогда не звонила. Опасливо ответила, боясь услышать дурные вести.
– Да, мама? Что случилось?
– Маша, ты не будешь против, если я тебя с бабушкой и дедушкой отправлю в Адлер до конца лета? – голос у мамы был виноватым, будто она предлагала мне не отдых на Черном море, а поездку в Магадан, к примеру. Хотя, как мне говорили, Магадан – город хороший и природа там красивая, не изуродованная цивилизацией. Я, в принципе, и туда с удовольствием бы съездила. Люблю бывать в новых, незнакомых мне местах.
– Ура, вот это здорово! – вырвался у меня радостный вопль.
Не то чтоб я хотела на юг, просто перспектива выдерживать осаду сверхприлипчивого Красовского совершенно не вдохновляла.
Мама понятливо протянула:
– Что, достал тебя неистовый поклонник?
– Достал, ох, достал! – согласилась я, по-бабьи приложив руку к щеке и морщась, как от зубной боли. – Я и не знала, что бывают такие приставучие парни.
– И предприимчивые?
– И это тоже.
Мама тихонько засмеялась и согласилась:
– Что предприимчивый, это точно. Но съездишь на юг, отдохнешь, хоть немножко развеешься, – в ее голосе послышалась зависть.
Мне стало стыдно. У мамы проблемы, а я со своей неуместной радостью. Будто поняв, о чем я думаю, она бодро заявила:
– Хорошо, что ты согласилась. Мне тут командировку в Питер предлагают в августе на пару недель, а я все не могла додуматься, с кем тебя оставить. А теперь вопрос решен. Моим ты сама позвонишь, или мне?
 
Я с облегчением вздохнула. Больше меня врасплох этот настырный тип не застанет. Хотя в Адлер ехать и не слишком хотелось, поскольку помимо меня туда поедут и мои кузины и кузен, а я, поскольку старшая, буду для них чем-то вроде няньки, но уж лучше так, чем чувствовать себя сексуальным объектом и ожидать засаду за каждым углом.
– Я сама, мама. Не беспокойся. Я справлюсь.
Набрала дедушкин номер. И услышала ликующее:
– Машуля! Ты ли это?
Враз стало стыдно. Да, редко я звоню им, редко. Но, в принципе, им и без меня не скучно. Семья у маминых родителей большая, дружная, сплоченная, и мое присутствие или отсутствие ничего не меняет.
– Что решила, едешь с нами?
– Поеду, если еще место есть.
– Как не есть, есть, конечно! – дедушка непритворно обрадовался. – Мы на двух машинах погоним. Во второй всего-то Славка с Ниной да Сашка. Они, кстати, про тебя спрашивали. Надеялись, что с ними поедешь.
Это было уже лучше. Дядя Слава был старшим маминым братом, такой же весельчак и балагур, как дедушка. Его жена, тетя Нина, мне тоже нравилась. У нее чувство юмора похоже на мое, поэтому мы с ней, бывало, хихикали там, где никто больше не смеялся. Да еще и посматривали на нас с сомнением, чего, мол, кудахчут?
– Выезжаем послезавтра, успеешь собраться? – заботливо спросил дед.
– Успею, конечно. А что мне собираться? Я нарядами никого с ума сводить не собираюсь. Ать-два и готово!
– Вот и молодец, – похвалил меня довольный моей неприхотливостью дедушка. – Ты у нас и без нарядов хороша. В общем, мы за тобой в пятницу в десять утра заскочим, будь готова. И перекусить на дорожку не забудь. Нина и на тебя припасов захватит, это даже не обсуждается, но мы первый день хотим без остановок ехать, пока погода позволяет.
Положив трубку, я понеслась в свою комнату. У меня здесь есть все, что может понадобиться, в город ехать нет резона. Быстро побросала в свою походную сумку одёжку, что может пригодиться для отдыха на море и, вполне довольная своей оперативностью, принялась за ужин для мамочки.
На юг мы ездили к родной бабушкиной сестре. Нас там всегда ждали и никогда деньги за постой не брали, потому что, как говорила баба Нюра, бабушкина сестра, мы – ее единственная в жизни отрада. Не знаю уж почему, у нее своих детей трое. Наверное, потому, что они все живут неподалеку от нее и видятся с родителями часто.
Приехав, мама потрепала меня по голове и спросила, не надо ли мне чего прикупить. Я, естественно, отказалась, мне лишнее барахло ни к чему. Немного перекусив, мы с ней отправились на пляж, благо погода стояла хорошая. При выходе из главных ворот товарищества я заметила двоих мальчишек, проводивших нас изучающими взглядами. Один из них толкнул другого и приказал:
– Это она! Звони, давай!
А вот и широко раскинутая агентурная сеть. Что ж, минут через пятнадцать надо ждать вездесущего Красовского.
Народу на пляже было полно: и детей, и взрослых. Едва мы вышли из воды, рядом оказался Вадим со своей командой. Я чопорно с ним поздоровалась, он с горечью посмотрел на меня. Мама перехватила этот взгляд и тихо мне шепнула:
– Еще один отверженный?
Я чуть поджала уголки губ, чтоб она поняла всю бестактность своего замечания, и поправила:
– Не отверженный, а отторгнутый.
Мама меня не поняла. У нее в голове со словом «отторгнутый» ассоциация одна – отторгнутый имплантат. Медик, что тут говорить. Хотя я и сама собираюсь в медакадемию после школы. Так что надо привыкать.
 
– Ну, круто ты его, – мама с сочувствием глянула на мрачного Вадьку. – Впрочем, у всех остальных настроение, похоже, такое же.
На горизонте нарисовалась крепкая фигура Красовского. Наклонившись к маме, я предупредила:
– Мам, вон появился тот, из-за которого я отсюда сматываюсь. Ты только виду не подавай, хорошо?