Белорусский барон. Том 1 (СИ)

Два недомага попытались обойти сарай, на что получили по одному ядру в свои тупые головы. Шум привлёк внимание остальных, но тут уже как бы всё, мои полномочия заканчиваются. Поэтому пришлось передислоцироваться к обычному навесу для дров.
Отец семейства любит топить камин именно дровами. А бабенция обожала колоть дрова, чтобы суставы не заржавели. Но чтобы колоть было веселее, она прятала в дровах бухлишко — типа как заначка у мелкого с шоколадками, о которых я знал… но не обо всех.
Короче, внук и бабка друг друга стоили. У них даже волосы были одинакового белого цвета и голубые глаза. Чего не скажешь обо мне, у которого глаза пошли в отца — зелёные, прямо изумрудные… и чёрные волосы.
Я тем временем нашёл заначку своей бабули, сделал коктейль Молотова и запустил во вражину, которая подбиралась к сараю.
Странные ребята. Вроде бы умные, а вроде бы и тупые. Или это моё ночное зрение мне так помогает? Хотя не сказал бы, что я так хорошо вижу. Плюс, если твари собрались меня убить, и даже незаметно проникли в поместье, то могли бы и приборы ночного видения надеть.
Но да ладно.
Это их проблемы, не мои.
Минус четыре недомага я оформил. Больше пока не слышно и не видно. Хм, странно. Очень странно.
Нет, я, конечно, ожидал, что ко мне сегодня ночью явятся те, кто не добил меня в городе. Но не думал, что всё будет так просто.
Скорее всего, это только разминка, и проверка — есть кто дома, или нет.
Как бы там ни было, но мне нужно срочно подготовить поместье к атаке. А утром уже разберёмся, что и как.
Я забежал в конюшню, помог мелкому добраться до его комнаты в доме, а сам попросил дворецкого подсобить в обороне. Но тот по выстрелам и сам всё понял. Даже нажаловался, что зря я охрану отпустил.
Ага, зря. Во-первых, это сделал не я, а тот Дмитрий Михайлович, в чьё тело я попал. А во-вторых, охрана бы реально не помогла в такой ситуации. Зато денег, которых у нас и без того резко не стало, было бы меньше.
Под словом «не стало денег» я имел в виду малое их количество. И если для простолюдина, который пашет на двух работах — иметь около сотни тысяч долларов — это круто, то для Древнего Рода — это как остаться с голой жопой. Ни о какой охране и речи идти не может.
Семён Семёнович переключился с роли дворецкого на роль охранника.
— Мне ваш отец ещё до своей смерти сказал, чтобы я был для вас всем, кем нужно… когда придёт час, — сказал дворецкий. — Думаю, сейчас тот самый момент, когда я должен защитить вас, Дмитрий Михайлович.
— Не спеши отдавать жизнь, — улыбнулся я и подмигнул.
Что-то в этот момент у Семёна ёкнуло. Будто весь мир перевернулся с ног на голову. Никогда он не видел во мне такого уверенного взгляда. И что самое приятное — это сработало.
— Что прикажете делать, ваше благородие? — достаточно официально спросил дворецкий.
— Что прикажу? Хм… дай подумать. — Я постучал указательным пальцем по подбородку. — Ничего, пожалуй. Но если так хочется, то просто сиди дома и не выпускай бабулю.
— А Андре…
— Тот никогда не выйдет сам, — перебил я. — Этот парень хоть и туповатый, но при опасности хрен найдёшь. Партизан из него вышел бы имбовый. — И на этой прекрасной ноте я вышел в окно.
Там был первый этаж, так что но-но. Не через двери же выходить, где свет горит.
Пока было затишье перед «бурей», я решил провести ритуал и призвать своего помощника Додика. Это очень древняя космическая душа, которая ни раз помогала мне отыскать того или иного бога для его последующего мною поглощения. То есть не самого божка, а именно его магии, чтобы сделать данную сущность обычной, смертной, ни на что не годной. Убивать я не собирался. Тварь и сама бы подохла без своей силы. И что самое важное — она бы без своей силы совершила суицид, что каралось бы… ох, даже не буду о тех муках, которые ждали тварь после этого действия.
— Итак, начнём, — закатал я рукава, усевшись между бочками с водой посреди деревьев, что росли рядом с главным домом.
Оттуда открывался чудесный вид на сам дом, на конюшню, и на вход в поместье по тропинке. Ночное зрение не подводило, хоть и было прокачано слабовато, я бы даже сказал на начальном уровне. Но я уже с этим смирился, поэтому проблем не испытывал.
 
Время не ждало, так что я начал ритуал.
Прелесть призыва Додика в том, что нужно было использовать существо, в которое могла бы вселиться душа моего питомца. И этим существом стал обычный аист.
Так вышло, что Фред, который жил у нас в гнезде, выпал ещё яйцом, когда на поместье напали в прошлый раз. Несмотря на то, что отец отбил атаку, аисты улетели. А вот Фред остался. Андрюха его растил, как своего младшего брата. А ещё Зинаида Петровна спаивала его, что закончилось для Фреда плачевно. Он ещё был жив, но уже вот-вот должен был покинуть разбитое гнездо. Причём покинуть, отправившись в другие миры.
Интересный факт, когда призываешь Додика, я могу поговорить с душой того, в чьём сосуде находится «жертва». И хоть мне такое слово не нравится, но это было так.
Так вот, я поговорил с Фредом и тот был ооочень рад, что его мучительная жизнь закончилась. Он был очень благодарен за тот опыт, который прошёл. И даже не обижался на бабулю, которая спаивала его, ведь это был его сознательный выбор. Хотя я не уверен, что у Фреда было сознание.
Но да не важно.
Хорошо, что душа Фреда согласилась покинуть тело аиста, и на месте данной души появилась душа моего Додика.
— Фух! — выдохнул я с улыбкой, когда увидел этот невероятный взгляд Додика, словно на тебя смотрит планета дегенератов и ждёт, когда ты дашь команду. — Друг, я по тебе так соскучился.
Додик лишь мог тихо пискнуть. Это даже не было чириканьем, как у обычных птиц. Но я всё равно почувствовал его радость снова видеть меня, хоть и не в своём прошлом теле. Хотя для Додика это не важно, ведь он видит меня не так, как люди.
В первую очередь Додик сканирует мою душу, поэтому чувствует меня. А его глаза передают ему… я даже не знаю, что они там ему передают. Но точно знаю, что не то, что видят обычные люди.
— Я тебя обязательно прокачаю, — погладил я своего питомца по голове. Между прочим, он быстро восстанавливался. Даже во время призыва его души, больная душа Фреда освободилась и стала здоровой, лёгкой. И само тело аиста начало меняться. Так вот, Додик теперь был в теле практически здорового аиста. И даже мог спокойно летать. — Друг, нужно, чтобы ты просканировал поместье Великих.
Что приятно, так это понимание питомца. Он уже был на одной волне со мной, а значит, мог видеть память того Дмитрия Михайловича Великого, посему знал, что именно я от него хочу. Территорию Дима знал хорошо, поэтому и Додик её знал прекрасно. Осталось только взлететь, что он аист и сделал.
Маскировка у него страдала, и это его бесило. Он понимал, что я его прокачаю, и всецело верил мне. Но сам факт, что он сейчас очень слабый, нервировал его.
Я мысленно попросил питомца сконцентрироваться на поместье, и, если тот заметит какой-то посторонний «шелест», пусть сразу же сообщит мне.
Додик всё сделал на высшем уровне, несмотря на своё плачевное состояние по части магических свойств. Как оказалось, я немного недосказал, когда выяснил, что больше никого нет в поместье. Ага, выяснил. Ну-ну. Додик показал мне с два десятка шакалов — обычных простолюдинов на службе местного кланового мафиозника или ещё какой-то швали, которая мнит себя пупом земли, хотя сам, скорее всего, заведует каким-нибудь клубом… и на этом конец.
Питомец вернулся ко мне.
— Так, дружок, давай наверх, — указал я на крышу дома. — Спрячься за дымоходом и просто передавай мне информацию по этим тварям. Я хочу расставить ловушки, чтобы тем было сложнее меня достать.
Додик кивнул, взмахнул несколько раз крыльями и занял нужную позицию. Я же закрыл глаза и перешёл на зрение своего питомца. Так было куда веселее. Я будто бы видел со стороны и себя, и тех, кто хочет на меня напасть.