Три подруги и древнее зло (СИ)

— Моё заключение — приступ задержки дыхания, — заявила женщина, очевидно, устав от препирательств.
— Что это значит? — потребовал разъяснений патрульный.
— Это значит, что ребенок непроизвольно перестал дышать и потерял сознание. Скорее всего, это произошло из-за сильного испуга или как следствие психологической травмы.
— Что могло испугать школьницу средних классов в собственной квартире? — задал очень правильный вопрос второй патрульный.
— Это уже не моя сфера деятельности, — отрезала фельдшер и покинула нас не прощаясь.
Патрульные, сообразив, что больше им тут делать нечего, заторопились следом, предварительно внеся в соответствующие бланки наши паспортные данные и подсунув для получения росписи несколько коряво исписанных листочков. Когда дверь за бравыми охранниками общественного спокойствия закрылась, я направилась в соседнюю комнату, где у кровати мирно спящего ребенка, не выпуская руку дочери, сидела бледная взъерошенная женщина.
— Все уже ушли, — негромко сообщила я, обращаясь к соседке, которая вздрогнула всем телом стоило мне заговорить. — Мы, наверное, тоже пойдем.
У двери в это время неловко мялись Макс и Ниса, выжидающе поглядывая в мою сторону.
— Да, конечно, конечно, — закивала женщина, затравленно оглянувшись по сторонам, отчего мне тут же стало ее жаль. Подойдя поближе, я присела рядом с матерью и успокаивающе погладила её по плечу.
— Вы не переживайте, — попыталась я сказать что-нибудь обнадеживающее. — С ней все будет хорошо.
— Это я во всем виновата, — всхлипнула женщина, закрывая лицо ладонями. Её спина ссутулилась, а голова уперлась в колени.
Я растерянно закусила губу, не зная, как поступить в данной ситуации. Рыдающие от чувства собственной вины мамаши не то общество, к которому я когда-либо стремилась.
— Вы ни в чем не виноваты, — произнесла я, сама понимая, насколько неубедительно звучат мои слова. И решила компенсировать это бодростью. — Врач сказала, что девочка всего лишь очень сильно испугалась. Так бывает, может быть, она посмотрела какой-нибудь ужастик на ночь, а потом увидела кошмар, закричала и… Сейчас её жизни уже ничего не угрожает!
Женщина отерла лицо рукавом пиджака, заодно смывая слезами остатки макияжа и судорожно вздохнула.
— Да, я знаю. Но если бы я была рядом, этого бы не случилось.
— Кто знает, — непроизвольно вырвалось у меня и пришлось поспешно прикусить язык. Однако, кажется, уже было поздно. Женщина с подозрением в выразительных, но заплаканных карих глазах, расширившихся за немного заляпанными стеклами очков, уже воззрилась на меня с требованием пояснений.
— А как вы, говорите, вошли в квартиру?
Я выровнялась.
— Мы уже рассказали все полицейским, — попыталась сунуть руки в карманы, а потом сообразила, что в халате их нет. — Дверь была открыта.
— Открыта, в смысле, не заперта на замок? — женщина следом за мной поднялась с кресла. — Или открыта, в смысле, не затворена?
— Оба варианта, — ответила я холодно. — Знаете, возможно, ваша дочь забыла закрыть дверь. А возможно, она лунатик и ходит во сне.
«А, возможно, в квартире вместе с ней кто-то находился», — продолжила я, но уже про себя.
— Вы нас извините, — всунулась в комнату голова Макса, — но нам уже пора идти. На работу скоро собираться.
— Да, да, конечно, — защебетала соседка, едва только увидев, что в её квартире присутствует симпатичный парень. Очевидная разница в возрасте дамочку не смутила. Тут же позабыв про дочь, она принялась неловко пытаться пригладить волосы и одновременно одернуть пиджак, а вместе с ним и блузку под пиджаком. — Я вам очень благодарна за помощь моей девочке.
Благодарна она, очевидно, была исключительно Максу, потому что адресовала эти слова не сводя с него горящих глаз.
— Не стоит, — парень тут же почуял неладно и попятился к двери, попеременно бросая на меня взывающие о помощи взгляды.
— А может быть чайку! — воскликнула мадам, пытаясь задержать же обернувшуюся в бегство жертву её романтических устремлений.
— Нет, нет, — замахал руками Макс, запрыгивая за Нису и, стоя спиной к входной двери, пытаясь нащупать ручку. — Поздно уже для чая… в смысле, слишком рано!
 
Ручка, наконец, была найден и Макс с явственным вздохом облегчения вывалился из квартиры спиной вперед, увлекая за собой не ожидавшую подобного поворота, а потому возмущенно завопившую банши.
И я её понимала. Кому понравится, когда в твои волосы вцепляются как в спасательный круг, особенно, с учетом того, что этих самых волос и по заводским настройкам не особенно-то и много.
— Спокойной ночи, — попыталась улыбнуться я на прощание в то время, как с лица соседки улыбка наоборот, сползла, тут же сделав его каким-то полинялым. — То есть, всего хорошего!
И выскочила следом за друзьями, не забыв плотно притворить за собой дверь. На лестничной площадке уже никого не было.
  
Глава IX
 
— Что ты там устроил? — рявкнула я, врываясь в собственную квартиру.
Макс удивленно выгнул брови и, скрестив руки на груди, прислонился плечом к двери стенного шкафа.
— А что, по-твоему, я устроил?
Его спокойствие разозлило меня еще сильнее.
— Балаган! — повысила я голос. — Вот, что ты устроил! Что это за появление с громом и молниями в стиле супергероя из комиксов? Ты кем себя возомнил? Бэтмэном?
— Ты явно плохо знакома с североамериканской культурой, — хмыкнул Макс, отлипая от шкафа и приближаясь ко мне намеренно расслабленной походкой, в которой, тем не менее, ощущалась скрытая угроза. — Бэтмэн никогда не обладал сверхспособностями. Всё, что имелось в его распоряжении — это собственный гениальный интеллект и отличная физическая подготовка. Ну, плюс несколько занимательных «игрушек».
— А, ну тогда это точно не про тебя, — злобно прищурилась я, вынужденная запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо. И это ужасно бесило, кроме того, я прекрасно осознавала, что Макс намеренно подошел так близко. Захотел дать мне в полной мере прочувствовать все его физическое превосходство — в росте, широте плеч, силе натренированных мышц. — Особенно в пункте «гениальный».
— По краю ходишь, — губы Макса исказила ядовитая улыбка.
— Тебе в лес не надо? — решила я использовать своё любимое оружие — непредсказуемость.
— В лес? — растерянно моргнул Макс. — Зачем?
— По грибы, по шишки, по дрова. По пеньки! Мне все равно, — и я с силой толкнула его в грудь, освобождая себе дорогу на кухню, которую он перегородил своим массивным туловищем. — Просто сделай так, чтобы тебя здесь не было!
— Вообще-то я вам жизнь спас, — заявил бывший друг мне в спину, пока я раздраженно включала кофемашину. — Если бы не мое своевременное появление, она бы сожрала сначала девчонку, так сказать, на закуску, а потом приступила бы к основному блюду — к вам!
— Что ты несешь? — закатила глаза Ниса, стоявшая возле окна и до сих пор не решавшаяся вмешаться в разговор. — И кто такая «она»?
Макс несколько секунд молча переводил взгляд с меня на Нису и обратно, в его глазах я вдруг уловила оттенок сомнения и тревоги. Его что-то беспокоило, терзало изнутри. Результатом его моральных мук стал остановившийся на мне взгляд и очень странный вопрос:
— Тебе известно, что такое Изнанка?
— Хм, дай-ка, подумать, — я театрально прикоснулась указательным пальцем к подбородку. — Слово вроде знакомое… А! Точно! Это внутренняя сторона ткани.
И пренебрежительно фыркнув напоследок, я вернулась к кофемашине, которая уже успела сделать одну чашку ароматного эспрессо. Протянула её подружке и приступила к приготовлению новой порции.
— А еще это внутренняя сторона жизни, — лаконично произнес за моей спиной Макс.
— Тебе надо заменить фильтры, — заявила Ниса, сделав глоток. — Эти совсем никуда не годятся.
— Знаю, — откликнулась я. — Заказала в онлайн-магазине по глупости, сама уже жалею.
— У меня дома есть новая пачка, я тебе принесу, — пообещала подружка, усаживаясь за стол и запуская пальцы в вазочку с конфетами.