Судьба (СИ)

 - Так быстро? Спасибо Дан.
 - Ну, спасибо как валюту я уже давно перестал принимать, – смеется он. – Так что будешь мне должен.
 - По-моему, я тебе должен уже пожизненно, – усмехаюсь ему в ответ.
 - Ну не преувеличивай. Как-нибудь рассчитаемся.
 ***
 На часах полночь. Ни черта не могу сконцентрироваться на работе. Мысли о моей девочке постоянно отвлекают. Три раза звонил няне моего сына, Елена так и не появилась дома. Раз пять под разными предлогами созванивался с Елизаветой. Сейчас она дома в своей постели. Ужасно хочется оказаться там с ней. Просто прижать ее к себе. Только это в данный момент может меня успокоить. Я не могу ей больше позвонить, она уже спит. Через час моих душевных метаний, и очередных попыток, наконец, взять себя в руки и заняться работой, мне звонит Дан.
 - Что произошло?! – нервно спрашиваю его.
 - Да успокойся ты. Ничего такого не произошло. Просто мои ребята говорят, что твоя королева вылетела из дома, села в такси и направляется в сторону центра.
 - Черт! Где она? Два часа назад она сказала, что ляжет спать, – соскакиваю со своего места, слышу, как Дан переговаривается со своими парнями по рабочему телефону.
 - Она у тебя, – через минуту отвечает он.
 - Что значит у меня? – не хрена не понимаю.
 - Это значит, что она вышла из такси и стоит возле входа в твой клуб и, похоже, охрана ее не пропускает, – ничего не отвечаю, скидываю звонок. Мчусь вниз ко входу. Расталкиваю толпу на входе, подбегаю к фейс-контролю. Вижу мою растерянную девочку. На улице собачий холод, а на ней легкое пальто. На голове нет шапки. Ее глазки красные, воспаленные, взволнованные и растерянные. Бледная, ее губы подрагивают. Отталкиваю ошарашенного охранника, который не пускает мою девочку. Завтра же уволю его к чертовой матери! Лиза замечает меня, бросается ко мне, крепкой хваткой цепляется за меня, прижимаясь дрожащим телом. Подхватываю ее на руки. Заношу в клуб. Она прижимается ко мне еще сильнее, вся дрожит. Мне так знакомо ее состояние. Быстро заношу ее в коридор для персонала, не хочу тащить ее через шумный клуб. Быстро поднимаюсь на второй этаж, вношу в свой кабинет.
 - Что случилось малышка? – спрашиваю ее, целуя в висок. Сажусь с ней на диван.
 - Мне так холодно,- дрожащим голосом шепчет она. – А ты такой теплый, – прижимается щекой к моей груди. Слегка отстраняю ее от себя.
 - Подожди малышка, у меня есть плед, – пересаживаю ее на диван, быстро достаю плед, возвращаюсь к ней. Снимаю ее пальто, укутываю в плед, снова сажаю себе на колени. Лиза опять прижимается к моей груди. Обнимаю ее, слегка покачиваю.
 - Поговори со мной, маленькая, – прошу, вдыхая ее чистый запах.
 - Мне приснился сон. Мой собственный персональный кошмар. Мне было так холодно. Я не хотела пить таблетки, я просто ненавижу их. Но и оставаться одна в давящих на меня четырех стенах тоже не хотела. Извини, я, наверное, не должна была приезжать сюда посреди ночи. Я сама не знаю, что на меня нашло. Я сейчас уеду домой, приму снотворное и мне станет легче, – она отстраняется от меня, пытается встать. Резко дергаю ее к себе, не позволяя это сделать.
 - Ну что ты несешь! Ты должна была мне позвонить. Я бы все тут бросил и приехал к тебе. Почему ты не позвонила, малышка? – обхватываю ее холодные щечки, тяну к себе, целую ее дрожащие губы, пытаясь их согреть.
 - Я не знаю, – растеряно говорит она. - Я просто хотела к тебе, – прижимается губами к моей шее. Глубоко вдыхает. Я чувствую ее теплое дыхание. – Я не могла больше там находиться одна, - каждое ее слово в мою шею - как маленький поцелуй. Я просто счастлив. Черт. Ей плохо, а я счастлив! Счастлив, потому что она пришла ко мне, пришла искать во мне успокоение, жмется ко мне, как маленький замерзший котенок. Она - моя маленькая любимая девочка. И я понимаю, что уже никогда в жизни не смогу ее отпустить. Стягиваю резинку с ее волос, запускаю руку в ее шелковистые волосы, поглаживаю их, целую. Елизавета успокаивается. Она уже не дрожит, ее дыхание ровное, размеренное. Пересаживаю свою девочку на диван, встаю, подхожу к рабочему телефону, звоню на кухню, прошу принести горячий чай со сливками, кофе для себя. Когда приносят кофе и чай, сажусь рядом с ней, прижимаю за плечи к себе, наблюдая, как она пьет чай. Она кажется такой маленькой, испуганной девочкой. Моей нежной и сладкой девочкой. Я просто должен сделать ее счастливой, хочу видеть ее лучезарную улыбку как на тех фото в ее доме.
 
 - В субботу свадьба Ксении и Леши, – говорит Елизавета, нарушая тишину. – Ты пойдешь со мной?
 - А ты этого хочешь?!
 - Да, - тихо говорит она, опуская глазки.
 - Конечно, пойду, – обхватываю ее подбородок, тяну на себя, нежно целую, наслаждаясь ее вкусом. – Мне надо ненадолго выйти в зал.
 - Конечно, иди. Извини, я отвлекаю тебя от работы, – виновато произносит она.
 - Елизавета! Прекрати извиняться! – ты виновата только в том, что ехала одна ночью ко мне. Ты должна была мне позвонить, я бы забрал тебя, если ты не хотела оставаться там, – целую ее в носик. Встаю с дивана.
 – Я ненадолго. Пей чай.
 Через полчаса возвращаюсь в кабинет, моя девочка свернулась на диване и сладко спит. Улыбаюсь этой картине. Тихонько подхожу к ней, укрываю пледом. Сажусь за рабочий стол, посматриваю в мониторы, но мой взгляд постоянно возвращается к ней. К черту работу! Мне надо отвезти малышку домой в теплую кроватку. Встаю из-за стола. Подхожу к ней, она так сладко спит: ее прекрасные губы чуть приоткрыты, ресницы немного подрагивают во сне. Она хмурит бровки, что-то бормочет. Прислушиваюсь, пытаясь разобрать ее слова. Улавливаю только слово «люблю», потом опять что-то невнятное. И вдруг она резко и громко произносит имя Марк.
 Зажмуриваю глаза, трясу головой. Чувствую себя так, как будто на меня вылили ушат ледяной воды, и одновременно всадили нож в грудь. Рана начинает кровоточить. Сжимаю кулаки, возвращаюсь назад к столу. Сажусь в кресло, прикуриваю сигарету. Смотрю на Елизавету, которая продолжает сладко спать, ничего не подозревая о моих душевных муках. Хочется кричать и разнести в этом кабинете все к чертовой матери! Это и есть бессилие перед самим собой. Мысли путаются в голове, я не могу прийти в себя. Ее слова во сне становятся моим адом. Я знал! Она сама сказала, что не сможет полюбить меня. Она любит своего мертвого мужа. С кем я пытаюсь бороться, с мертвецом, который живее всех живых, потому что живет в ее душе. Я даже морду не могу ему набить. Вырвать, забрать у него мою девочку! И это самый сильный соперник - он просто недосягаем. Если бы я мог, оживил бы его лишь для того, чтобы доказать ему что она моя. Моя! Моя, черт побери! И меня рвет на части от бессилия. В моей душе бушует буря, ураган эмоций. Я добиваю себя своими же мыслями. Марк, вашу мать! Призрак из прошлого моей Елизаветы. МОЕЙ! Хочется кричать во всю глотку, чтобы он услышал меня.
 Раньше я хотел просто ее тело, и я его без труда получил. Потом я хотел, чтобы она просто позволила себя любить и не отталкивала меня. Она позволила. Но теперь мне этого мало. Я хочу все. Всю ее, до последней капли! Хочу ее душу! Ее безграничную, преданную любовь! Хочется подойти к ней, встряхнуть, заставить смотреть мне в глаза и кричать. «Очнись! Проснись, живи настоящим! Отпусти своего призрака! Его больше нет! А я есть! Я буду любить тебя! Буду ЛЮБИТЬ больше, чем он. Ты МОЯ! Осознай это!». Но моя ли она? Похоже, это только мой вымысел, моя фантазия, в которой я сам себя убедил и сам себе поверил.