Судьба (СИ)

 - Нет, – твердо говорит он.
 - Что - нет?
 - Тебе не нужен никакой врач и, тем более, клиника! – поднимаю голову, смотрю в его полные уверенности глаза.
 - А ты знаешь, что мне нужно? – горько усмехаюсь.
 - Да. Знаю.
 - И что же это? Не уж то - ты? – я говорю это с иронией в голосе, но в душе, что-то загорается. Надежда? А может? Нет, Лиза, не может. Тебе уже никто не поможет. Твое сердце разбито на осколки.
 - Да. Почему бы и нет? Я понимаю, что я не идеальный. У меня не все так просто. Я не могу тебе в данный момент ничего дать кроме самого себя и своих чувств. Но я - эгоистичная сволочь, – Роберт ухмыляется. – Я не могу тебя отпустить. Если ты меня оттолкнешь, я превращусь в маньяка, преследующего тебя по пятам, – эти слова вызывают у меня улыбку. Роберт наклоняется, целует меня в уголки губ.
 – Дай мне шанс, – в его глазах - мольба. Я понимаю, что сейчас должна принять окончательное решение.
 - Роберт, – вдыхаю, собираю все свои силы. – О каком шансе ты говоришь? Шанс на что ты просишь? Мы не можем быть вместе. Ты женат. У тебя семья и сын, который нуждается в тебе, – он открывает рот, хочет мне возразить. Подношу палец к его губам, вынуждая его замолчать. – Даже если ты уже все для себя решил насчет своей семьи. Я не могу быть с тобой. Я душой неживая, я никогда не смогу полюбить. Ты понимаешь? Мне нечем больше любить. Нет, не так. Я уже люблю. Любою своего мужа. Да. Не смотри на меня так. Я понимаю, что его нет. Я знаю, что он ушел. Но мое сердце и душа с ним. Я знаю точно, когда-нибудь мы будем вместе. Мне просто надо немного подождать. Меня больше нет. Я там, с ним. И мы обязательно встретимся. А тебе нужно вернуться к жене. Не отнимать у своего сына семью. Пойми: для ребенка это очень важно, – Роберт не дает мне договорить, соскакивает с места. Подходит к окну. Открывает его. Глубоко вдыхает. Прикуривает сигарету, затягивается. Мы молчим. Я смотрю ему в спину и не могу разобрать свои чувства. Мое сердце начинает неровно биться. Становится тревожно. Я боюсь, что он сейчас послушает меня, развернется и уйдет к жене. В моих глазах застывают слезы. Я жадно наблюдаю за каждой его затяжкой. В груди разрастается боль. Он не прав. Он не эгоист. Это я - эгоистка. Я гоню его, а сама не хочу, чтобы он уходил. Но в тоже время, не могу ему ничего дать. Не могу ответить на его чувства. Я тихо всхлипываю, зажимаю рот рукой, но Роберт все равно слышит. Медленно разворачивается, в два шага преодолевает расстояние между нами. Опускается передо мной на колени. Собирает губами мои слезы, от чего они льются еще больше.
 - Малышка, пожалуйста, не плачь. Мой брак давно разрушен. Я никогда, слышишь, никогда не любил Елену! Черт! Теперь мне кажется, что я вообще никогда не любил. Я понял это только с тобой, – закрываю глаза, медленно качаю головой.
 – Я понимаю, что ты сейчас не готова слышать от меня такие слова. Не готова любить. Просто позволь мне быть рядом с тобой. Я не жду ответной любви. Просто позволь тебя любить, – открываю глаза, долго всматриваюсь в его лицо. Вижу, что он предельно искренен со мной. Боль в груди разрастается. Все чувства смешались, сердце начинает гулко биться. Хочу что-то сказать, открываю рот и снова закрываю. Я просто потеряна.
 - Я не знаю, – наконец выдыхаю я. – Я …. – Роберт не дает мне договорить, сладко меня целует.
 - Я все равно не отпущу тебя. Ты – моя. МОЯ. Даже не смей мне возражать! Ты еще не осознаешь это, но ты моя. Позволь мне все решить за тебя, – ну, вот и все, я проиграла в этой битве. Он все решил за меня. Может мне станет от этого еще хуже, но я ведь не узнаю, если не проверю. Ничего не отвечаю, просто молча киваю головой.
 
 - Вот и хорошо, – он берет мои руки, целует их по очереди, прижимает к своим щекам. Он всегда такой теплый. Его тепло передается мне, согревая меня. Что я творю, зачем соглашаюсь с ним? Но возразить и прогнать нет больше сил. Ведь он прав. Я забываю обо всем в его руках. Смотрю в его черные глаза и теряю связь с реальностью.
 - Твоя жена… - тихо говорю я, вспоминая нашу последнюю встречу с Еленой.
 - К черту мою жену, даже не вспоминай о ней сейчас, не хочу ничего слышать о ней.
 - Даже если я скажу, что она следит за нами? – Роберт ухмыляется, немного приподнимает брови. Но заметно, что это для него не новость. – Ты знал?
 - Да, я знал. Но можешь ни о чем не переживать. Очень скоро все это прекратится, – немного раздраженно говорит он. Как и всегда, когда речь заходит о его жене. – Она следит за мной всю нашу совместную жизнь. Раньше меня это даже забавляло. Ведь я особо и не скрывал все свои связи. Ну а то, что она помогала мне избавляться от навязчивых девиц - так вообще было мне на руку. Елена думает, что я ничего не знаю. Но это я позволял ей так думать. Сейчас, с тобой, все по-другому. Скоро все закончится. Ели бы не сын, все было бы намного проще. Ты говоришь, что ребенку нужна семья. А если в этой семье родители не любят и не уважают друг друга? Каждый их разговор переходит в скандал? Нужна ли ему такая семья?
 - Я не знаю. Не знаю, - качаю головой. – Это немного не вписывается в мое понимание семьи.
 - Вот и хорошо, что не вписывается. Ты - другая. Ты - чистая. Так и должно быть. Так что я не буду тебя посвящать во всю эту грязь. – Он поднимается на ноги, тянет меня за собой. Обнимает за талию. – Как ты себя чувствуешь? Может, тебе лучше прилечь?
 - О, нет! Тебе не кажется, что я очень долго лежала? Настолько долго, что, по-моему, я не смогу уснуть ближайшие два дня.
 - Хорошо, – на его лице играет обворожительная улыбка. – Тогда пойдем в душ, – тянет меня за собой в ванну.
 - Ах, да. Я забыла правило, – усмехаюсь в ответ.
 - Никогда не забывай о наших правилах, – строго говорит он.
 ***
 После совместного долгого душа, где Роберт не позволял мне ничего делать самой, а я уже даже не сопротивлялась этому факту, мой желудок дал о себе знать, напоминая мне, что я не ела почти сутки. Роберт изучил мой холодильник. Потом я выслушала лекцию о том, что мне надо хорошо питаться. Я молчала и закатывала глаза. Дальше он приказал мне одеваться в удобную и теплую одежду.
 И вот мы едем по заснеженным городским улицам. Я смотрю в окно на мягкий декабрьский снег, думая о том, что он прав. Если позволять ему все решать за меня, мне не надо ни о чем думать. Возможно, так проще. Возможно, именно это мне сейчас нужно.
 По дороге Роберт заезжает в кофейню. Чмокает меня в нос и быстро убегает. Возвращается он уже с ароматным свежезаваренным кофе. И очень вкусными круассанами. С удовольствием съедаю свою порцию, кошусь взглядом на круассан Роберта. Он усмехается, отдает его мне. Без зазрения совести съедаю и его порцию. Мы заезжаем к нему домой. Там Роберт переодевается в джинсы, неизменно белый свитер. Вместо кожаного браслета на его запястье теперь красуются большие часы, но на кожаном широком черном ремешке, чем-то напоминающим его браслет. Роберт замечает мой взгляд, направленный на свое запястье, усмехается.