Брак по принуждению (СИ)

Я то вставала, то снова садилась, стараясь не ходить от нервов и не пачкать белое платье. Это был лучший день в моей жизни и все должно быть идеальным!
Отец нервно держал в руках пустую трубку. Теперь Джина тщательно следила за его здоровье и ничего кроме как охать над деревом ему не оставалось.
Я сильно нервничала, и от этого нервничали все вокруг, как папенька, так и жрец, который убежал, не выдержав обстановки.
Это была моя вторая свадьба. И, должно быть, неудачный опыт первой заставлял меня сомневаться во всем, даже в том, что жених ждет меня у алтаря, хотя о том, что он ждет уже сообщили тысячу раз.
Тем не менее, когда наконец зазвучал свадебный оркестр, я нервно вздрогнула и папа хромая поспешил меня схватить за руку. Должно быть, он опасался, что я убегу без него.
Теперь мой папа мог передвигаться без трости. Правда он все еще хромал, но целители обещали, что скоро он сможет бегать.
- Ты самая красивая невеста на свете, – засиял папа.
- Ты так же говорил Джине, – с улыбкой сказала я.
- Я то же самое скажу и Софие, – тихо сказал папа. – Я не виноват, что вокруг так много красивых невест.
Я улыбнулась, когда мы вышли из комнаты в зал маленькой церквушки, и засияла от счастья, когда передо мной появился Дэйрон. Он стоял рядом с Софией. Моя сестренка тоже улыбалась от счастья.
Нас здесь было немного. Маркус, папа, Джина, София, Лисса и еще несколько приглашенных из Борнмута. Никаких аристократов или высокопоставленных чинов. Хотя теперь мы могли себе это позволить. Но нам это стало не нужно.
Отец плавно вел меня в руки супруга. А я думала о ом, сколько нам пришлось пережить, чтобы получить свое счастье.
После известий полученных от Сорна, мы с Дэйроном вместе поговорили о том, как поступить дальше. И вместе приняли решение. Дэйрон поделил наследство пополам, считая это справедливым. Я не очень-то и переживала за Эдварда… Но Дэйрон сказал, что на самом деле не может забрать у брата все.
Впрочем, по слухам наследством он владел недолго. Часть проиграл, часть пропил, часть прогулял. У него осталось какое-то забытое поместье, в которое он и уехал. В столице он больше не появлялся.
Дэйрон начал заново биться за право открыть дорогу. Столица давала отказ столько раз, что мой муж не выдержал, и мы написали новое прошение. Только теперь на юг.
Собрав подписи всех жителей Борнмута, мы официально подали прошение королю. Наше требование было следующим, либо нам дают провести дорогу, либо мы переходим в южные земли. И о чудо! Нам, наконец, дали разрешение! А дальше, с деньгами дело пошло очень быстро.
В столице это никому не нравилось. Но что они могли теперь сделать? А после того, как дорога была проложена и пошли первые кареты, мы стали желанными гостями в любой семье, даже в столице.
Вот только кому эта столица теперь была нужна? Папа с Джиной и Софией переехали в Борнмут. Отец продал свое имение и приобрел хороший домик рядом с нашим. Золотая жила не приносила так много денег, но отец говорил, что ему хватит этого на жизнь с шиком, а уж в Борнмуте так и вовсе он будет одним из самых богатых людей.
Впрочем, папа был неправ. Вслед за открытием дороги желающих переехать стало достаточно и не только из нашего края, но и из южных земель.
Это озадачило Дэйрона. Нам пришлось тщательнее подходить к будущим жителям, отдавая предпочтение, прежде всего, людям рабочих специальностей: швеям, пекарям, сапожникам, ну и, конечно же, целителям!
Борнмут не стал второй столицей, но стал одним из самых прогрессивных приграничных городков. У нас было дерево, деньги, люди. И у нас было счастье, так много счастья, которым мы спешили поделиться с миром. Ведь я уже была опороченной невестой и была безумно рада округлившемуся животику.
Половину финансов и владений, которые принадлежали ему, Дэйрон без колебаний переписал на меня. Это было полное доверие между мной и им. Моему мужу предстоял переход из одного рода в другой и как это провернуть, мы не знали. Получилось только с огромной помощью Сорна. Нам пришлось развестись.
 
Да. Вот такая мы были странная и скандальная пара. Но благодаря деньгам развод мы оформили быстро, признав меня уже на втором месяце беременности неспособной родить наследника.
Вслед за разводом мы подали новое прошение на свадьбу. И благодаря все тем же деньгам, нам его одобрили.
Между этими манипуляциями, Дэйрон успел сделать мне предложение в один из вечеров, встав на колено с кольцом. Такой взрослый и мужественный муж изрядно нервничал, ожидая ответа. Неужели думал, что я ему могу отказать?
Помимо хороших вечеров у нас случались и плохие. Пока мы улаживали дела с женитьбой и разводом, приступы у Дэйрона случались несколько раз.
Что за настойку пил Эдвард, мы так и не узнали. А снова подбирать на Дэйроне как на подопытном кролике мы бы ни за что не стали.
Поэтому я постоянно выращивала лаванду. Зато у меня был стимул научиться пользоваться собственной силой, с чем мне помогла и Джина.
Когда отец довел меня и теперь уже официально передал в руки мужа, я чувствовала, как свечусь от счастья. На лице была улыбка, когда-то неприличная, но сейчас здесь не нужно было себя сдерживать. Поэтому мы с Дэйроном улыбались, наслаждаясь нашим счастьем.
Служитель начал читать монотонную речь, но и она меня больше не раздражала. Ведь в этот раз я выходила замуж по любви. Вот так брак по принуждению перерос в долгий и крепкий союз по любви.
  
Эпилог
 
Николь
Мы познакомились с престарелой леди Риан только сегодня, но я уже пригласила ее к нам в гости. Она была из старого рода аристократов, которые перенесли разорение. Но сейчас ее семья стояла на ногах и могла позволить себе путешествие в Борнмут с юга, в котором они обосновались.
Мы встретились на улице и по воле судьбы я услышала, как она рассказывала, что наше поместье долгое время принадлежало ее семье. Именно это подтолкнуло меня на знакомство с миловидной старушкой в простеньком платьице и милом голубом чепчике.
Разговорившись, я лучше узнала историю Борнмута и создания нашего домика. Оказалось, что ее родственники мечтали поселиться как можно дальше от столицы. Бывшая хозяйка была магом земли, а хозяин – бытовым магом. Они специально выращивали вокруг этот лес, желая жить как можно дальше от столичной суеты.
Людьми они были необщительными и нелюдимыми. Большую часть времени предпочитали жить одни. Но, несмотря на отсутствие общения, девушка приходилась им кровной родственницей. А ведь осталась еще одна неразгаданная тайна со шкатулкой. Тайна, которой мне пришлось поделиться и с Риан.
Ведь как мы с Дэйроном не пытались открыть шкатулку, она не поддавалась – нужна была родовая магия. И Риан тоже загорелась интересом посмотреть на чудо. Поэтому я пригласила ее к себе.
- В моих воспоминаниях он выглядел совершенно иначе, – сказала Риан. – Вы его словно заново перестроили!
Подметила она то, что подмечали и обычные гости. А я настолько привыкла к нашему дому, что и не замечала насколько он изменился.
Как только мы вошли, я достала шкатулку и протянула ее старушке. Стоило ей дотронуться, как ларец сразу же раскрылся.
Она нетерпением открыла крышку и достала единственное содержимое. Оказывается, так долго шкатулка хранила вовсе не карту клада, как надеялась Лисса, а обычные фотографии.
- А вот и мои дядюшка с тетушкой. Покажу внукам, они должны знать корни.
Восхищенно достала фото, когда-то любовно перевязанные ленточкой. Единственное сокровище поместья. И, возможно, так оно и должно быть, ведь самым главным сокровищем всегда является семья.
Я взяла в руки черно-белую фотокарточку и присмотрелась к старым одеждам. Но внезапно мой взгляд приковало что-то интересное.
Риан передавала мне одно фото за другим, но единственное, на что я стала обращать внимание, был большой пушистый кот.
- А кто это? – спросила я.
- Кот? – спросила она. – Чарльз. Мои дядя и тетя очень его любили, говорили, что он хранитель леса и дома. Они часто рассказывали мне сказки о том, что этот дом живой, как и его обладатель.