Настоящий полковник (СИ)

И что дальше? До темноты всех уничтожат, но ночью переправляться на наш берег не будут. Пойдут утром, и то не с сумерек. Подождут, пока расцветёт окончательно, проверят, не появились ли новые Цзян-шини, подгонят опять катера и баржу, загрузятся и потом только поплывут.
Как встречать? Два варианта. Не дать переправиться. Или дать и перестрелять, а ночью снова вампиров понаделать. Классно! Замечательный вариант! Пусть, там, у японцев в больших штабах поседеют волосы на одном месте, а лучше на двух, и на том на котором сидят, и на том, где думают. Все их солдаты, попавшие на этот полуостров, превращаются в Цзян-шиней. Если это произойдёт в третий раз, то четвёртого может и не быть. Восток дело тонкое, а где тонко, там и рвётся. Тургенев комедию такую написал.
Иван Яковлевич оглох почти от непрерывного артобстрела, плюнул на японцев и пошёл команды командовать. Что делать известно. Количество тоже известно. В прошлый раз на катерах и барже недомерке переправлялось около ста пятидесяти человек. Столько кольев и нужно и триста палок для поддержки рук. Да не оскудеет рука дающего.
Пока стреляют, стук топора не услышат. Брехт дал команду спуститься всем в лагерь, кроме пары наблюдающих и приняться за изготовление полутораметровых столбов и веток для рук. Дело знакомое, инструмент есть. Гвозди тоже. Стоп. Сейчас ведь прилетят самолёты. Нужно будет летающей лодке ещё топоров заказать и гвоздей, а то на третью миссию, по укреплению суеверий у японцев, гвоздей уже не хватит.
Иван Яковлевич поделился мыслёй с комиссаром и хорунжим бывшим. Комиссара покоробил. Светлов расплылся в улыбке.
– Дело хорошее. Прямо хочу я посмотреть на лица японцев, когда они послезавтра утром опять стройные ряды вампиров увидят. Хоть переплывай и прячься на том берегу.
– Отставить. Будем угадывать выражение на лицах самураев по косвенным признакам. Если ещё и тяжёлые бомбардировщики пришлют, то проняло наших восточных партнёров, а если …
– Партнёров?! – вскинулся Балабанов.
– Василий Васильевич, а расскажите, когда Япония объявляла войну СССР? Или мы им объявили? Нет? Тогда раз войны нет, то они нам не враги. Торгуем с ними, вон, они нам винтовки и патроны поставляют. Значит – партнёры.
– Вывернете.
  
Глава 18
 
Событие сорок второе
– Эх, друзья мои, когда-нибудь я покажу вам одно местечко, где можно
славно поохотиться на тигров. Но придётся выждать часа полтора.
– В засаде?
– Да нет, у них там в первом отделении воздушные гимнастки…
Ночью не спалось. Ворочался на волосяном матрасе. Волновался? Наверное. Понял, что не так всё пойдёт. Просчитался. Только стал засыпать, и тут мысля. А чего это ты, Иван Яковлевич, решил, что японцы будут с тобой в поддавки играть. Они – люди упёртые и серьёзные, и опыта боевых действий у них, а особенно у их командиров, в разы больше. Да, на порядки. Вы-то, дорогой товарищ, ничего военного не заканчивали, если не считать военной кафедры в УПИ, а эти товарищи академии всякие, в том числе и в Европе. Да воевали, пусть и с китайцами. А у вас товарищ Брехт, весь боевой опыт – это отстрел банды хунхузов. А, да, ещё сотни просмотренных фильмов и сотни прочитанных книг. Ну, значит, ничья.
Японцы по-другому поступят. Они высадят десант и вернутся на катерах и бандах за следующим, а потом за следующим. И так пока не раздавят. Плохо! Что можно предпринять?
Вот, ворочался. Ну, допустим, берег, как стемнело, сапёры немного заминировали. Мин сколько было противопехотных и гранат на растяжках запихали. Немного оказалось. Всё почти истратили на первую ловушку, а её самураи просто перепахали артиллерией. Сапёры, кстати, как вернулись, сразу в озеро в одежде полезли. Там получился «песок по-флотски». Трупы разорвало в мелкие кусочки, именуемыми ещё фаршем, с песком прибрежным перемешало, всё это уже прилично разложилось и продолжало этим заниматься. Так себе запашок.
 
Летающей лодке МП – 1 мин и гранат ещё заказал Брехт, но прилетит только утром. Гранаты пригодятся. Сто пятьдесят человек быстро не убьёшь, и они на высоту «Пулемётная горка» успеют подняться. Гранатами и встретим.
Итак, как ещё можно отвадить последующие волны десанта. Ответ простой – нужно потопить посудины. Легко. Можно двумя способами. Во-первых, отправить людей на сопку «Орёл» и из ружей Симонова понаделать дыр в районе ватерлинии, а так как лоханки только называются бронекатера, там той брони пара сантиметров, то пули со стальным сердечником насквозь пробьют и по дороге разнесут двигателя или моторы, как это у катера называется. Во-вторых, есть три пушки. И Фёдор со своими артиллеристами. Перетопит.
У обоих вариантов есть минусы. У первого, это то, что пять противотанкистов окажутся почти в тылу у наступающих японцев, те ведь могут развернуться и просто трупами завалить. Выходит – плохой вариант. Второй ещё хуже. Наблюдатель засечёт нашу батарею и перепашут самураи сопку «Пулемётная горка», как берег с вампирами. Становиться фаршем в «камнях по-флотски» не хотелось. Захотелось вернуться домой и поесть нормальных «макарон по-флотски». Куй замечательно готовит. Тут главное в рецепте, чтобы мяса было побольше. Тьфу!!! Не о том думаешь, товарищ комбат. Думай, как отсечь вторую волну десанта. Ну, или хотя бы третью. С двумя-то справимся. Три пулемёта. Да и зенитными Браунингами можно наступающие цепи причесать…
Эврика! Есть же умные люди. Всё легко и просто. Нужно обстрелять вторую партию десанта на кораблях из зенитных крупнокалиберных пулемётов. Потопить кораблики они не потопят, а вот десант просто сметут с палубы. Сто процентов, что после такой встречи дорогие японские гости развернутся. Некого станет высаживать.
Стоп. Стоять, бояться. Опять чуть недодумал. Наблюдатель пулемёт засечёт. Его нужно поставить в другое место. Куда? Брехт представил карту острова. На сопку «Заозёрная»? Там будут пограничники. Нет, не вариант. Японская артиллерия погранцов с землёй перемешает, там и окопов толком нет. Так, натаскали погранцы камней, и верхний слой почвы сняли, где она есть. Брустверы небольшие получились, для стрельбы лёжа. Лодыри.
Остаётся только высота «Орёл». Нужно выждать пока первая волна десанта пройдёт мимо. Дождаться второй. И причесать кораблики. Там близко совсем получится, для Браунингов эти четыреста метров не расстояние. Причесать и отступать сразу к озеру, через заросли молодых дубков. Таскать эту спарку – то ещё удовольствие. Нужно четверых железнодорожников Якимушкину добавить. Будет настоящая засада. Стратег вы, Иван Яковлевич. Ну, вот как нашлось решение и глаза стали слипаться.
– Иван Яковлевич, вы просили разбудить, как светать начнёт, – тряс его за плечо Андрейка.
– Спасибо. Что готов заснять эпическую сцену? Только береги себя, зря не высовывайся из-за лафета.
Событие сорок третье
Учительница русского языка проверяла сочинение и увидела ошибку в словосочетании:
«Опыт в жизни приходит с гадами», но потом подумала и решила не исправлять.
Учительница – Вовочке:
– Вовочка, почему у тебя в диктанте такие же ошибки, как у твоей соседки по парте Сидоровой?
– Так у нас ведь одна учительница, Марья Ивановна!
Опять ошибся. Ещё одно умствование не подтвердилось. Хорошо хоть процессом не сам рулил. Светлов своих диверсантов увёл ещё в утренних сумерках на сопку.
– Тревога! – прибежал один из них в лагерь, – Японцы переправляются! – А ведь Брехт думал, что они сначала кофею попьют, на дело рук, то есть, пушек своих полюбуются. Нет. Ломанулись ни свет ни заря.
Брехт вспомнил ночные размышления о тактике и стратегии и, прихватив с собой четверых железнодорожников и обоих зенитчиков, порысил на сопку, нужно спустить оттуда спарку зенитную. Потом вспомнил кота Матроскина и, проговорив: «Поздравляю, Шарик, ты – балбес!» – бросился назад.