А.Беляев. Собрание сочинений том 6
Сколько раз я предлагал ему свою помощь, Низмат об этом и слушать не хочет.
Старик встретил Ариэля, как всегда, радостно и почтительно. Теперь Низмат только и мечтал о свадьбе своей внучки. Как он ни беден, а свадьбу надо сделать не хуже, чем у людей. Чтобы были свадебные флейты, песенные причитания в ладе байрави и балдахин на дворе из бамбуковых шестов, увитых гирляндами цветов. Вместо канделябров можно достать побольше светилен. Хорошо бы пригласить духовой оркестр, но это дорого стоит. Гирлянд наделают Лолита и Шарад. И следует поскорее назначить день свадьбы.
— Может быть, отложим до праздника пуджи? — сказал Ариэль.
— Зачем откладывать до осени? — возразил Низмат. — Чем скорее, тем лучше. С Тарой ты еще не говорил, господин?
— Нет… Завтра поговорю, — ответил Ариэль. Он был очень рассеян, почти ничего не ел, зато часто поглядывал на Лолиту, но ее взгляд был упорно прикован к полу.
После завтрака Ариэль вновь ушел в лес. В своих прогулках он все дальше отдалялся от хижины.
Однажды он вышел из лесу и вдруг остановился как вкопанный, пораженный неожиданным зрелищем. Перед ним ослепительно сверкала поверхность большого квадратного озера в рамке из белого камня. На противоположной стороне возвышались белые замки, огромные, как горы, изукрашенные, как чеканные золотые вещи, и легкие, как кружево. Один замок погружался белой стеной в воды пруда и отражался в них со всеми галереями дивной резной работы, легкими башенками, высокими и низкими, неодинаковой высоты и разного вида, напоминавшими фантастические цветы, с балконами, лоджиями и причудливыми крышами.
В центре здания величественный свод тянулся к маленькой, тоненькой, резной колоколенке удлиненным круглым куполом. Сооружение сверху донизу было покрыто резьбой, арабесками, живым движением прихотливых линий. Все это было похоже на странную фантазию сна.
Когда Ариэль рассказал Низмату о своей находке, тот удивился:
— Вот куда ты зашел, господин! Это дворцы нашего раджи Раджкумара.
С тех пор волшебный вид дворцов притягивал Ариэля, как магнит. Красота архитектуры впервые открылась перед его глазами и глубоко запала в душу.
Он нередко пробирался к заповедным дворцам и сквозь заросли любовался ими, как живыми существами. Иногда до него доносился мягкий звон гонга, голоса людей.
Таинственный и запретный для него мир!..
И на этот раз, взволнованный обуревавшими его мыслями, он бессознательно шел к замкам, отстраняя руками ветви, не слыша разноголосого пения и щебетания птиц и переклички визгливых обезьян.
«Неужели она любит меня? Не Ишвара, а меня?» — думал Ариэль, и его сердце сладко сжималось, а дыхание перехватывало.
Остаться с этими милыми простодушными людьми, жениться на Лолите, обрабатывать землю… Но сможет ли «дорожная пыль» подняться до солнца? А почему бы ей и не подняться силой любви?.. Ишвар будет несчастен. Но он несчастен и так. Тара не соглашалась на его брак с Лолитой, быть может, не согласится и теперь, несмотря на уговоры Ариэля. Слепые недоверчивы. Проклятый дар! Несчастье быть не таким, как все!.. Может быть, ему и удастся убедить Лолиту. А Пирс? Пирс, который не успокоится до тех пор, пока не посадит его на цепь. Этот Пирс, словно зловещая тень, омрачает свет его жизни… Нет, не ему, Ариэлю, обреченному на вечное изгнание, мечтать о личном счастье. Уйти… оставить Лолиту… Щебетание птиц казалось ему бренчанием запястий на смуглых руках и ногах Лолиты, солнечные блики — сверканием ее глаз, ароматное дуновение — ее дыханием… Лолита словно растворилась во всей природе, окружала, обволакивала, обнимала его, как воздух. У него кружилась голова…
Глава 16
ОПЯТЬ В НЕВОЛЕ
Незаметно для себя Ариэль свернул в сторону, вышел к берегу озера и пошел по дороге к замкам, не замечая на этот раз их ослепительного великолепия.
Истерический женский крик вывел его из задумчивости.
Ариэль остановился и оглянулся.
Слева от него тянулась низкая каменная ограда, отделявшая сад раджи от дороги. Полуголый темнокожий человек мел дорогу. За оградой в саду виднелся колодец. Возле колодца стояла женщина из «правоверных» в зеленом шелковом сари. Она с ужасом наклонялась над колодцем, рвала на себе всклокоченные волосы и неистово кричала:
— Мой сын! Мой сын! Спасите! Он упал в колодец!
Метельщик бросил метлу, перескочил через забор и побежал к колодцу, чтобы вытащить упавшего.
Но женщина, увидав метельщика, бросилась навстречу, как разъяренная львица, широко раскинув руки.
— Не смей! — закричала она. — Не подходи! Твое дыхание оскверняет!
— Но ты звала на помощь, — возразил растерявшийся метельщик и остановился.
— Пусть лучше мой сын захлебнется, умрет, чем будет осквернен твоим прикосновением! — фанатично воскликнула она.
Полуголый мужчина, парий, принадлежавший к роду наследственных метельщиков, опустив голову, как побитая собака, поплелся к забору, перескочил его и вновь взялся за метлу, нервно подергивая головой.
А женщина снова закричала:
— Спасите! Спасите!
От замка бежали слуги. Но все они тоже были парии. Видя, как встретила женщина метельщика, слуги останавливались на установленном обычаем расстоянии, не зная, что делать. Некоторые из них побежали обратно к замку, быть может, догадавшись позвать на помощь кого-нибудь из высшей касты.
Женщина охрипла, перестала кричать. Теперь она с немым ужасом смотрела в колодец. Настало жуткое молчание.
И вдруг Ариэль услышал заглушенный детский жалобный плач, похожий на блеяние козленка.
Забыв обо всем, он рванулся вверх, описал дугу от дороги к колодцу и, замедлив полет, начал опускаться в него. Зрители вскрикнули и окаменели, мать ребенка упала на землю возле колодца.
Ариэля охватила прохлада. Колодец был глубокий. После яркого солнца Ариэль ничего не видел. Но скоро на дне заблестела вода и в ней черное пятнышко. Ребенок, наверное, барахтался: от черной точки расходились блестящие круги. Что-то задело Ариэля за руку. Это была веревка.
Опустившись на дно, Ариэль увидел, что к веревке привязано ведро. Оно плавало боком и уже наполовину наполнялось водою, а в ведре — мальчик лет трех-четырех. При каждом движении ведро наполнялось все больше. Еще минута — и ребенок потонул бы.
Ариэль схватил ребенка и начал медленно подниматься. Вода стекала с ребенка и струями падала вниз. На каменных позеленевших стенах колодца виднелись крупные капли влаги.
Яркий свет и тепло охватили голову и плечи Ариэля. Он зажмурился, потом, прищурившись, приоткрыл глаза, чтобы наметить место, куда положить спасенного ребенка, снова закрыл глаза, перемахнул через край колодца и подлетел к женщине. Кто-то вырвал младенца из его рук. В то же время он почувствовал, как несколько рук схватило его.
Ариэль широко открыл глаза и увидел людей, одетых в богатые шелковые ткани, расшитые золотыми узорами. Радугой блеснул большой алмаз на чьей-то малиновой одежде.
— Отвяжите веревку от ведра, — повелительно сказал человек с алмазом.
Несколько слуг бросились к колодцу, подняли ведро, отвязали веревку.
Ариэль был передан в руки слуг. Они крепко вязали его, причем люди в богатых одеждах отошли от них подальше, чтобы не оскверниться.
— Ведите его во дворец! — продолжал командовать человек с алмазом.
И прежде чем изумленный Ариэль успел произнести слово, его повели ко дворцу связанным и окруженным плотным кольцом слуг, которые держали конец веревки.
«Не улететь!» — подумал Ариэль.
Он слышал, как мать спасенного ребенка сказала подбежавшей старой женщине:
— Дамини! Возьми Аната и отнеси ко мне в зенан [12]! Я не могу прикасаться к нему. Быть может, он осквернен.
Глава 17
ЯБЛОКО РАЗДОРА
— Когда же мы пойдем наконец в школу-санаторий, мистер Боден? Вот уже шесть дней, как мы в Мадрасе, а я еще ничего не знаю о судьбе брата.