Говорящая с ветром (СИ)

— Подожди! — раздалось со стороны. — Это что получается, когда правящая запрещает кому-то из защитниц брать определенного самца на ложе для зачатия, то это не блажь, а ради того, чтобы не усиливать плохую память? Чтобы не получить слабое потомство?
— Ну, правящая-то точно знает кто из какой линии, правда? — обтекаемо отвечаю я.
— Конечно. У неё и книги есть с записями, как ты говоришь, кто от кого родился. — Подтвердила Ардига. — Вот же пещерный червь!
Я растерянно проводила взглядом Ардигу, что подскочила с пола, на котором мы расстелили свои лежанки, и буквально вылетела из комнаты.
— Что такое? — удивилась я такой реакции.
— Так её матери тоже запрещали, но она упертая, умудрилась сделать вопреки. Вот Ардига и родилась слабосилком. — Пояснила мне ближайшая из защитниц. — Она полжизни потратила на то, чтобы добиться сегодняшних умений и стать достойным соперником. Но чтобы её дочь не была такой же, как она, Ардига вообще отказалась от продолжения себя.
— Твою же… И я тут со своими разговорами! Душу травлю. — Я вышла вслед за Ардигой.
Дроу нашлась чуть в стороне от дома, где мы разместились, на большом валуне. Я, не долго думая, запрыгнула туда же и уселась рядом с защитницей.
— Лилит… Уже рассказали? — спросила она, не отрывая взгляда от звёздного неба.
— О том, что твоя мать нарушила запрет? Да. — Не стала скрывать я.
— А если… Если я выберу себе полукровку, то, что будет? — вдруг спросила она.
— Ну, это нужно узнавать, что там конкретно послужило причиной запрета. Но кровь в любом случае станет сильнее. — Осторожно отвечаю, думая о возможных последствиях.
— Вот скажи, получается, что правящие вот это всё знают? Так почему не расскажут нам? Неужели мы этих знаний не достойны? Это у нас в доме… Да я тебе говорила. А в других домах? — глаза дроу подозрительно блеснули. — Получается, что вот там, в пещере, сейчас лежат не просто погибшие самцы полукровки, которых кроме как для развлечений и не используют. Там уничтоженное будущее нашего народа. И кем? Нами же уничтоженное!
— Ардига, ты тоже пойми, может об этом и не все правящие сами знают! Ведь они живут, как привыкли в том мире! А там такой проблемы не было! — отвожу гнев дроу от правящей собственного дома. — Сама говоришь, что только мать правящей такое правило ввела! И то, его выполняют, потому что не привыкли оспаривать решения правящих.
— Так собери детей дома, и вот как ты объяснила, так и расскажи! — вспылила всегда сдержанная дроу. — А не просто запрети!
— Легко сказать… Ардига, сколько лет прошло с тех пор, как прабабушка уровняла всех мужчин дома? — ну не говорить же мне "мать правящей"? — а до сих пор даже ты говоришь, что обуза и только. А попробуй остальным объяснить? Сразу же крик подымется, что тогда дроу смешаются с другими народами и прочее. Да и вообще, нарушение устоев и традиций!
— Прабабушка значит? — улыбнулась Ардига. А мне захотелось дать себе по лбу! Совсем вылетело из головы, что наследница у дроу совсем не означает прямого родства. — Но с чего вот дроу должны с другими народами смешаться? В этом мире наги, оборотни, эльфы и маги сколько живут бок о бок? И браки заключают между собой. И как-то не смешались до сих пор?
— А теперь представь собрание всех дроу и себя с такой речью. Представила? И как? — дроу недовольно поджала губы. — Мало того, что придётся сообщить, что переход в другой мир не спас наш народ, а только отсрочил гибель, так ещё и заявить, что для того, чтобы спастись, придётся зависеть от тех, кого мы презираем из поколения в поколение. Кого считаем обузой, и средством развлечения! Представь реакцию! А ещё подумай, сколько дроу захотят сохранить свои убеждения и уклад жизни? Не проще ли будет уничтожить тех, кто несёт какую-то чушь, пытаясь уничтожить привычный порядок?
— Я об этом не подумала… Но я и не правящая. А ты наследница! Тем более, что получается, что и мать правящей уже начала потихоньку менять порядки внутри дома. — Сделала выводы Ардига.
— И как, заметный результат? Если при первой проблеме, вместо того, чтобы попытаться эту проблему решить, устраиваем прощание. — Напомнила я. — Не проблема поделиться знанием, проблема в том, как это знание воспримут.
 
— Не зря илая Ильрейс зовёт тебя надеждой нашего дома. — Сказала мне дроу, спрыгивая с камня.
Обратно в дом мы вернулись молча. Правда тишины в доме не было, защитницы и не думали скрывать, что наш разговор с Ардигой для них не тайна.
— А давайте спать, а? — предложила я, и мы наконец-то улеглись.
Уютно свернувшись на лежаке и устало закрыв глаза, я ожидала ощутить блаженную расслабленность сна, но вместо этого попала на какое-то пожарище. Здесь было жарко, душно, горечь дыма забивала лёгкие и мешала дышать. Пожарище ограничивалось рекой, мягкие волны которой сулили прохладу и убежище от этого кошмара.
Через реку выгибался широкой дугой каменный мост. Ветер пытающийся разогнать плотный дым, словно подталкивал в сторону моста и дул так, что приходилось отворачиваться к реке лицом, чтобы поправить волосы. И, тем не менее, я понимала что сплю. И всё, окружающее меня лишь тяжёлый муторный кошмар.
Тихий, едва слышный стон заставил меня резко развернуться. От увиденного я застыла. Молодые мужчины дроу почти беззвучно рвались в сторону моста, но не могли сдвинуться и на миллиметр, из-за прилипших к ним нитей раскаленной паутины. Казалось, что эти нити сделаны из металла, настолько они были раскалены. Даже воздух вокруг них плыл.
Самый крайний ко мне парень повернул голову в мою сторону, словно почувствовав моё присутствие. И я еле удержала крик, потому что это лицо я запомнила. Запомнила этот шрам уродующий щёку, отрезанное ухо. Один из тех, кого оборотни сложили в пещере до прибытия правящей пятого дома.
Проснулась резко, словно рывком. Огляделась в темной комнате. Нет, я должна понять, что происходит. Раз я могу слышать мёртвых, а парни в пещере, точно погибли, то это не просто сон. Вспомнить легенды родного мира было делом пяти секунд. Понятно, что река это символ перехода в иной мир, за грань, как здесь говорят. Возможно, моё сознание выдало просто наиболее близкий и понятный мне символ.
Резко откинула одеяло, подхватила свой обычный ремень и вышла из комнаты. Попыталась.
— Илая? — тихий шёпот Зайкиля, а Дзен, разбуженный мной, ловко перебирая лапками, привычно забрался на плечо.
— Тише… — предупреждаю его.
На полке, рядом с входной дверью беру большой фонарь, и, не раздумывая, направляюсь в пещеру. Помнится, там была такая широкая каменная полка… Я очень надеялась, что мне не показалось, потому что я планировала этот широкий отступ использовать.
— Поможешь мне закрепить этот фонарь? — обратилась я к Зайкилю.
— Конечно, Лилит. — Вовремя он вспомнил о том, что я просила наедине обходиться без церемоний. И помимо того фонаря, что мы принесли из дома, он зажёг ещё два каких-то светляка. — Что вы собираетесь делать?
— Хочу внимательно их обследовать и понять, что с ними не так. — Пришлось вкратце пересказать свой сон.
Зайкиль попросил подождать пару минут и куда-то убежал. Вернулся он с ведром воды и стопкой чистых простыней. Обойдя все тела, я нашла того самого парня из сна. Вместе с Зайкилем мы перенесли его на импровизированный стол. Пришлось срезать с него одежду. Я тщательно просматривала шрамы на наличие всяких странных пирсингов, прощупывала кожу, надеясь найти хоть что-то. Удача мне улыбнулась, когда я взялась за его голову.
На затылке ощущался плотный бугор, который "гулял" под пальцами. Поддев кожу с одного края скальпелем, который теперь наравне с сарксом всегда был при мне, я обнаружила то, чего явно не было у погибшего при рождении. Какой-то кругляш со странными рисунками.
— Амулет ментального подчинения. — Потрясённо высказался Зайкиль. — Я про такие только слышал, а в живую вижу первый раз!
А вот я, кажется, поняла, почему эти дроу не могут уйти в другой мир. Не знаю как, но они смогли докричаться. Я как раз удаляла последний, когда в пещеру, в сопровождении Ардиги, Димиркла и ещё одного, незнакомого мне мужчины, вошла Ильрейс.