Спрятанная (СИ)
Попросить дозволения и отломить веточку от дерева, снять с волос монетку и начертить ей нужный символ, вытянуть вперед руку, вслушиваясь в вибрации. Лоза приведет к воде.
…но сначала нужно найти Мэлис. Он знал, что она не хотела уходить… но боялась остаться. Ян дал ей время побыть одной, подумать, и чувствовал — она не ушла далеко. Возможно, у них и были разные пути, но оставить девушку в одиночестве посреди леса он не мог. И Ян двинулся по ее следу.
— Зачем ты преследуешь меня? — Мэлис смотрела на него сердито, но в глубине ее глаз он видел облегчение.
— Я ищу воду. Так будет легче понять, куда двигаться. Ты же не собираешься блуждать по лесу до конца жизни или пока люди, которых послал твой муж, не найдут тебя.
— А какова будет цена твоей помощи, колдун? — она закусила губу, опасливо на него посматривая в ожидании ответа.
Мэлис была красива. Даже сейчас растрепанная, с красными царапинами на гладком лице, с растрескавшимися губами. Ян видел жилку, что бьется на шее. И белые пальцы, с силой обхватившие плечи. Синяк на точеных скулах. Родимое пятно у самого ворота, которое она то и дело трогала.
— Ты спасла мне жизнь сегодня ночью… — он попытался улыбнуться. Не получилось. — Я твой должник, Мэлис…
— Спасла? Нет… я тут ни при чем…
— Ты не отпускала меня, когда я готов был уйти. Может, я справился бы и сам, а, может, и нет… — он пожал плечами. — Возможно, ты найдешь путь из леса сама и доберешься туда, куда собралась, но вдвоем сделать это будет легче.
— Нам в разные стороны.
— И куда ты идешь? — Ян поравнялся с ней.
Девушка отвела взгляд:
— Теперь не знаю…
— И я не знаю. Пока… Так почему бы не идти вместе?
Опасаясь погони, Ян через каждый десяток шагов оставлял на земле знаки, что должны сбить преследователей. Лоза в руке вибрировала все сильнее, значит, водоем должен быть где-то неподалеку.
К лесному озеру они вышли к полудню. К тому времени Ян выбился из сил, и Мэлис бросала на него опасливые взгляды.
— Умирать я больше не собираюсь.
Шутки она не оценила, одарив хмурым взглядом.
Ян рухнул на берег рядом с водой, стянул сапоги и опустил ноги в воду. Вода была холодной, скорее всего, около дна били подземные ключи. Это хорошо, потому что сама по себе стоячая вода бесполезна — энергия, что в ней была, засыпала, изменялась и становилась опасна.
— Я окунусь!
— Что? Зачем это?.. Давай просто смоем кровь с рубашки и лица…
— Нужно находиться в воде полностью, так я смогу пополнить свои силы, — Ян стянул рубашку и бросил в траву. Следом отправились штаны.
Краем глаза он видел, как краснея, отвернулась Мэлис, кажется, наградив его парочкой нелестных выражений, знать которые приличной девушке не полагалось.
А потом водная гладь сомкнулась над ним.
…Оплевываясь, Ян вынырнул, откинул с лица волосы. Рассмеялся. Было хорошо. Над головой синело небо. Ни облачка.
— Я думала, что вы колдуны другие, — Мэлис сидела на берегу, перебирая в руках сорванные шапки алых соцветий.
— Какие?
— Страшные…
— Мне казалось, что я достаточно страшный, раз ты меня боишься.
Она сердито мотнула головой:
— Ты просто мальчишка, Ян!
— Это народная молва делает из нас чудовищ.
— А вы не такие?
— Иногда… все мы, люди, иногда чудовища.
Плеск воды. Отражение осота в дрожащей глади озера. Сердитая перекличка лягушек.
— Кто он, твой муж?
Венок, что плела девушка, распустился, безвольно повис в тонких пальцах.
— Не самый хороший человек… Он обвинил меня в том, чего я не совершала, и мне пришлось сбежать. Ворон… тот мужчина, что был со мной, он хотел отвезти меня на княжеский суд, где бы я могла доказать свою невиновность.
— Ты же сказала, что он похитил тебя?
— Не совсем так… я сама с ним поехала. Другого выбора не было.
— Но ты ему не доверяла?
— Я и тебе не доверяю, — усмешка.
— Ну, я-то колдун, нам никто не доверяет, — Ян вернул ей улыбку. — Значит, вы направлялись в Белый город?
— Направлялись… да. Но теперь я понимаю, что Ворон был прав — мне нечего там делать.
— Почему? — Ян подплыл ближе, чтобы видеть ее глаза — глаза никогда не лгут.
— Как мне доказать свою невиновность? Мое слово против его. Как думаешь, кому поверят? Я беглянка. И сбежала вместе с мужчиной, подтвердив все подозрения. Я надеялась, что, возможно, нас рассудит Ковен, увидев мою правоту, но… — пожатие плеч и дрожь голоса. — Даже колдуны не читают чужих мыслей.
— Зато мы видим, когда человек говорит правду и когда лжет.
— Как это? — она вскинула на него пронзительный взгляд, такой же кристально-голубой, как снег на вершинах гор.
— Как я сейчас. Глаза в глаза, Мэлис. Они многое могут сказать.
Она не ответила. И не отвернулась.
— А куда направлялся ты, Ян?
— Мы. Я был не один. И мы ехали в Белый город, в Ковен… за защитой и правосудием.
Мэлис хмыкнула без капли веселья в голосе:
— Какое совпадение.
— Но без Иссы делать там мне нечего. Я должен разыскать ее…
— Значит все-таки нам в разные стороны?
— Еще не знаю…
Кровавые разводы по небесно-голубой глади, и тянется, петляя, алая дорожка. Мэлис склонилась над озером с его рубашкой, терзая ее так ожесточенно, что Ян начал волноваться вернется ли та к нему в целости.
Он создавал поисковый амулет, вплетая в него бусину со свадебного платья Иссы. Теперь тот должен показать куда идти. Карту Ян начертил прямо на земле. Примерную: тракт, лес, озеро, около которого они находились, и Белый город. Вытянул руку, пропустив между пальцев шнурок, на котором висел амулет.
Мэлис оставила рубашку и подсела ближе. Затаила дыхание.
Маятник качнулся к дороге и задрожал, потянул руку за собой.
— Что это значит?
— Она сейчас в пути… едет, — Ян сглотнул. — В Белый город.
Глава 7. Исса
Исса так и не сомкнула глаз до самого утра. Проснувшийся Ворон окинул ее хмурым взглядом, но ничего не сказал. Вместе с завтраком принесли и новую одежду — довольно простенькое, но добротное платье и мягкие поношенные сапожки, за которые мужчине пришлось доплатить еще пару медяков. Уж не от чувства ли вины пытался избавиться таким образом?
— Я поспрашивал и выходит, если поторопимся, то к вечеру будем в Белом городе. А может и раньше, если задержек в пути не случится. А я надеюсь — не случится.
Исса пожала плечами — ей-то уж точно медлить не с руки.
На постоялом дворе было тихо, сонно даже. С кухни доносился тонкий аромат яблочного пирога. Воспоминание о том, как сама недавно готовила вместе с Яном такой же, было болезненным. Ворон купил пару кусков в дорогу, наполнил в колодце фляжку и кивнул Иссе — пошли.
Выглядел он лучше — лицу вернулся цвет, потускнели синие тени под глазами, шаг стал уверенней, легче. И раненное плечо он разминал нещадно, почти не морщась. Да на этом человеке, видят всемогущие духи, все как на собаке заживает.
— Звать-то тебя как?
Не ожидавшая этого вопроса Исса удивленно обернулась. Ворон выглядел задумчиво, покусывал обветренные губы.
— Исса.
— Ну и нахрена ты этому колдуну сдалась, Исса?
Они ехали по оживленному тракту. Ворону, кажется, это не очень нравилось, и он часто озирался, будто выискивая кого-то.
— Может и у него вы с дружком украли что-то?
Исса с трудом подавила злость. В конце концов, в чем-то он был прав. Немного.
— Он хотел жениться на мне, — о том, что не просто хотел, но и женился, она решила не говорить. Ни к чему. Кто знает, как Ворон отнесется к новости, что она сбежавшая жена. С такого станется отвезти к мужу. За вознаграждение.
— Вот даже как! — он присвистнул. — А ты выходит этой новости не обрадовалась. Небось, будущий муж оказался старым и неказистым? Хах! Что, родители заставили?