Спрятанная (СИ)
— Но моя одежда….
— Без нее ты точно не сбежишь, если такая глупость вдруг придет тебе в голову. И да, она мне еще нужна. На вот, — он скинул куртку и швырнул ей. — Чтоб не замерзла.
Едва за ним закрылась дверь, Мэлис, как подкошенная, рухнула на лавку. Сил стоять не было. Даже плакать не было сил. Ее колотило. В голове — мешанина из обрывков мыслей. И ни одной целостной.
Вдруг Ворон не вернется? Что она будет делать? А если вернется, то что тогда?
Сбежать сейчас? Но куда? Ночью она заблудится в лесу. Да и как появиться в городе вот так… едва ли не голой, в одной куртке с мужского плеча? Не после слухов, что, наверное, пойдут уже к утру.
А куртка была теплой и пахла терпкой кожей. Мэлис завернулась в нее и прилегла, подтянув ноги к животу. Глаза закрылись сами…
Глава 8. Ворон
Прохладный воздух, пропитанный сырой терпкостью леса, освежал мысли. Да и на возбужденное тело влиял исключительно положительно. Это же надо, он едва не потерял контроль над собой из-за какой-то девки. Красивой, надо отдать ей должное, девки.
Он готов был разложить ее прямо на этой ветхой лавке. Словно дикарь. Поначалу ему казалось, что она даже не против. В конце-то концов, предлагать себя ее никто за язык не тянул…
Нет, красивых женщин на своем веку Ворон перевидал в достатке, и многие из них были утонченнее и соблазнительней этой. Дело было в чем-то другом. Может в ощущении беззащитности, какой-то трепетности. Раньше ему не приходилось спасать девушек…
Но не стоило обманываться, эту он тоже едва ли спасал. Особенно учитывая тот факт, что попала она в эту ситуацию не без участия Ворона. Шепоток тут, шепоток там… Кто ж мог подумать, что все так обернется? Безумство барона явно было им недооценено.
От пальцев до сих пор пахло медовым ароматом ее кожи.
Ничего, у них будет еще время до возвращения на Землю…
…Сейчас стоило заняться другим. Для начала, позаботиться, чтобы окровавленную сорочку нашли. А потом раздобыть одежду для Мэлис. Лучше мужскую. В Холмвилле ей появляться не стоит, они сразу отправятся в Белый город, где находится порт. А там останется только снять лодку и добраться до острова.
В том, что барон не бросит поиски так быстро, Ворон не сомневался. Нужно быть осторожными. И вдвойне осторожными, если в игру включился кто-то из посланников Нового правительства или Корпораций.
Под утро Ворон вернулся в дом к барону, вместе с остальными, и попросил расчет, мол, гоняться ночами за беззащитными женщинами по лесу он не нанимался. Скорее всего, это выглядело подозрительным, но тянуть время было не в его интересах. К вечеру они покинут эти гостеприимные места — ночью поиски свернут, и дороги будут свободными.
Он купил мужские штаны для верховой езды и свободную рубашку, которая должна скрыть женственные изгибы тела. И петляя на случай слежки, выбрался в лес. Поблуждал в нем, путая следы — перестраховка никогда не бывала лишней — и двинулся к избушке. Та встретила тишиной. Посторонних следов Ворон не заметил. Неужели девчонка решилась бежать?!
Он вытащил из сумки оружие, на цыпочках пробрался к двери. Толкнул. Заглянул внутрь. Мелис спала, свернувшись калачиком на лавке. Из его куртки выглядывали только ноги ниже колен и голова.
Ворон облегченно выдохнул, убрал винтовку, но дверь закрывать не стал — ему нужен свет. Подошел, пытаясь не разбудить девушку, присел на корточки, мягко откинул отливающие позолотой волосы с шеи.
Родимое пятно сине-фиолетовое, с четкими краями. Россыпь звезд, такая знакомая каждому жителю Земли — созвездие Большой Медведицы. Надо думать, такой узор — работа генной инженерии, подражание магическим меткам, известным в некоторых мирах, как показатель принадлежности к роду.
Ворон понял, что улыбается. Мэлис — та, кто ему нужен, пропуск отсюда с безбедную жизнь. Надо же, дочь императора… может и сводящую его с ума сексуальную притягательность, им прививают с рождения. Игры с генами открывали большие возможности для тех, кто мог себе такое позволить. После войны эта сфера науки, как и другие, пришла в упадок. Но тогда…
Мэлис открыла глаза. Серо-голубые. Не самый чистый цвет, но возможно его просто не успели исправить? Взглянула на Ворона удивленно, и вдруг подскочила, забыв о куртке. Груди качнулись на уровне его лица. Красивые, с небольшими коричневатыми ореолами сосков. Желание прикоснуться причиняло Ворону физическую боль где-то на уровне паха.
Мэлис сжала грудь руками, прикрывая. Так стало еще хуже…
Он с трудом отвел взгляд, посмотрел в ее испуганное лицо. Забыла, что нужно строить из себя роковую соблазнительницу?
— В Холмвилле говорят про тебя. Жена барона Де Марей сбежала с любовником.
— Что? — щеки ее покрылись легким румянцем. — Но ведь это неправда…
— Едем в Белый город. Возможно, нам и удастся опередить слухи, — Ворон поднялся, в паху свербело.
Трахнуть бы девчонку и забыть, а то эта пытка воздержанием способна доставить уйму дискомфорта в дороге. Хотя он тут не на прогулке, а она как-никак дочь императора. Хотя сейчас на Земле это вряд ли почетное звание. Вся ценность Мэлис в том, чтобы с умом использовать ее гены и получить доступ к сокрытым кодировкой знаниям. А потом… да кому она нужна будет потом. Запрут под замком, как лабораторную мышь.
И правда беззащитная. Испуганная. Ворон бы ее успокоил, приласкал…
— Принес тебе одежду, и перекусить, — он бросил ей сверток. — Одевайся, и отправляемся в путь.
Купить ей мужскую одежду было глупой идеей — понять, что перед ним женщина не составляло ни какого труда. Кожаные штаны аппетитно обтянули округлые бедра, под рубашкой при каждом движении Мэлис мягко покачивалась грудь, не стянутая корсетами и тугой тканью. Высокие сапоги и закрученные на затылке густые волосы дополняли соблазнительный образ. Мать ее…
Мэлис сидела в седле перед ним и жевала сладкий пирог. Аромат яблок и карамели, волос Мэлис, ее кожи… Хватит!
Или трахни ее или уже перестань пускать слюни! Первое, конечно, выглядело предпочтительнее…
Глава 9. Мэлис
— Почему ты мне помогаешь?
Мужчина, сидящий сзади, вздрогнул от неожиданности. Он пребывал в задумчивости с тех пор, как приехал за ней сегодня.
— Разве нужна причина кроме той, что уже есть? — насмешка в его голосе не обманула.
Мэлис отлично понимала, что не просто ради того, чтобы воспользоваться ее телом он тащится в другой город, подвергая себя опасности. Он не походил на благородного рыцаря, да и времена были не те.
— Нужна…
Рука, лежащая на талии, притянула Мэлис ближе. Горячее дыхание опалило шею.
— Может у тебя есть предположения? Не стесняйся, скажи.
Его прикосновения не были ей приятны, но и не вызывали отвращения, как это было с Коннором. Во всяком случае, пока.
Ворон был очень недурен для мужчины. Грубоватая, хищная красота притягивала… Мэлис он мог бы и понравиться, встреть она его два года назад, до замужества, открывшего ей правду о мужском благородстве и цену их благосклонности.
Она не ответила. Ворон играет с ней и вряд ли назовет причину, а подсказывать отговорку Мэлис не спешила. В любом случае, доверять ему она не собирается и, если представится шанс, сбежит. В Белом городе находится порт, из которого ходят корабли в Соронну, славящуюся своими невольничьим рынками. Ворон был наемником, а такие падки на деньги. Продать Мэлис в рабство — выгодная сделка.
Пусть думает, что она покорна, ослабит бдительность и тогда…
— Муж был с тобой груб?
— Что? — теперь Ворон вырвал ее из размышлений.
Подушечка пальца скользнула по скуле, где остался след синяка:
— Я слышал, что он бил тебя.
Мэлис увернулась, избегая касания. Разговор затух сам собой.
Темнота полнилась шорохами, издалека донесся волчий вой, и конь остановился, запрял ушами. Ворон отпустил Мэлис, руку его занял факел.