Договор на счастье (СИ)

И между нами всё закрутилось. После работы мы до глубокой ночи друг друга любили, под утро возвращаясь домой. А выходные проводили порознь, каждый в кругу своих близких.
Меня к ней тянуло. Я утопал в её нежной ласке. Валерия оказалась податливой и жаждала тепла, что я ей дарил в избытке. А она отдавала всю себя, как умеет. С юной неопытностью, с бушующими в молодой крови страстью и желанием. Мы гармонично друг другу подходили и сливались в одно целое. Она стала для меня желанной наградой.
Жене я никогда не врал. Она всегда знала где я и с кем, а помешать мне не пыталась. Как только я обратил внимание на Леру и стал узнавать про неё, Марго сразу поняла, что у меня опять появился объект страсти. Именно так она именовала мои временные увлечения. Первая любовница у меня появилась от отчаяния. Я хотел и пытался вызвать в жене ревность. Достать из неё эмоции, любые. А получил равнодушное: «Я тебя понимаю!».
Понимает, блин.
Ни черта она не понимала!
Мне нужна была только она. Но бороться за нас в одиночку я со временем устал. И оставил всё так, как у нас получилось.
Через две недели у Леры появились новые духи — цветочный аромат, который мне ни с чем не спутать. Любимый аромат Маргариты, сочетающий в себе ноты пиона, магнолии и лотоса. Запах моей любимой женщины, с которым я просыпался и засыпал. Я ненавидел других женщин, что пользовались ими: бросал любовниц и увольнял секретарей. Для меня он был священен и принадлежал только ей. Тем удивительнее, что Лера не вызывала во мне этого отторжения. Наверно, настолько я в мыслях связал их в один образ, что самой по себе Леры для меня не существовало.
В этот вечер я любил её страстно. Горячее, чем раньше. Так жарко, как у нас ещё не было. По телу то и дело пробегала дрожь, кровь лавой струилась по моим венам. Мои глаза были закрыты, полностью отдавшись в мир приятных ощущений. Я тяжело дышал, а слух улавливал тихие протяжные женские стоны. Лере тоже было хорошо, я чувствовал — она уже была на грани. И поймав вместе наивысшую точку блаженства, я вслух простонал имя жены.
— Маргоооо!
  
Глава 17
 
Игнат
Три недели. Я не был дома три долгих недели. А всё эта спонтанная рабочая командировка, которую мне дружелюбно подогнал лучший друг моего старшего братца. Эта поездка вымотала все мои нервы с самого первого дня, сразу со слов «быстро пакуй вещи!». Мне не хватило времени толком собраться и подготовиться. Витёк дал мне на всё три часа, в противном случае мы бы опоздали на самолёт. Но предложенный контракт был внушительный для моего рекламного агентства, отказаться я не мог. Последнее время я стал мало уделять внимания своим делам, больше сосредотачиваясь на помощи отцу. Теперь пришло время сконцентрироваться на своей работе.
С Виктором мы улетели в Стамбул. Прекрасный город с культурным достоянием, расположенный идеально для отдыха, туризма и жизни. Печально, что отдых нам сейчас не светил, в отличие от солнечной погоды на утро после прибытия. Погода с разницей в восемь — десять градусов, а то и больше, не могла не радовать. Здесь солнце всё ещё грело, разбавляя моё унылое настроение.
Отец Пажнёва — Тимофей Ильич — владеет сетью турбаз и отелей, очень предприимчивый мужик с золотой хваткой. Недавно он познакомился с турком, проживающим в России около тридцати лет и владеющим туристическим бизнесом в обеих странах и десятком отелей в Турции. Господин Демир предложил Пажнёву-старшему обоюдовыгодное сотрудничество. А так как Виктор во всём помогал отцу, то и отправиться для подробного изучения и возможного подписания контракта должен был он. Тимофей Ильич никогда не сомневался в сыне, Виктор обладал всеми деловыми талантами отца. Моя же роль заключалась в ознакомлении с предложениями для туристов и в проработке всех возможных рекламных проектов для данного направления.
В аэропорту нас встречал сын будущего партнёра — Керем, с которым знакомство у Виктора состоялось ранее. Керем Демир оказался парнем примерно нашего возраста, что обещало нам быстро найти общий язык. Кстати, про язык — на русском он говорил без акцента и, присмотревшись к нему, я понял, что если бы встретил его здесь, не зная кто он, вполне мог принять его за нашего. На типичного турка в моём представлении он похож не был. Это потом Витёк просветил меня, что он метис, мама русская, а живут они на две страны.
 
Брюнет со светло-карими глазами выделялся из общей толпы в аэропорту, привлекал к себе чужие взгляды, словно случайно прилетевшая медийная личность, и был модно одет. Я также обратил на него внимание до того, как он направился в нашу сторону. Он поприветствовал нас, разместил в одном из лучших отелей своего отца, и через час мы ужинали с ними в ресторане. В отличие от сына Бекир разговаривал с акцентом, и внешне выглядел так, что никто бы не усомнился кто за нашим столом истинный турок.
Он кратко изложил свои пожелания, известил нас о завтрашнем возвращении в Россию и о том, что работу мы продолжим с Керемом без него. А с понедельника начался дурдом. Ни о какой спокойной работе не могло быть и речи. Стоило хозяину покинуть своё детище, как на богатенького сыночка была открыта охота. За Керемом ходили по пятам все молоденькие сотрудницы под предлогом любой нелепой проблемы, которую естественно кроме него никто устранить не мог. Да что там сотрудницы! Складывалось ощущение, что отель заполонили поклонницы его персоны. Полный отель голодных баб слетелся ради получения хоть минуты внимания этого засранца. А мы теперь в конце нескончаемой очереди на аудиенцию к «местному шейху».
Этот красавчик меня просто бесил! Ни серьезности, ни профессионализма в нём я не видел. Пажнёв же, зараза, ржал надо мной, считая, что я придираюсь к пацану за его успех у женщин. Да при чём здесь это вообще? Я приехал в надежде быстрее сделать свои дела и вернуться домой к Бусинке. Мы должны помириться, не будет же она дуться вечно. А я здесь торчу из-за не наигравшегося в Ромео пацана. К тому же свой телефон я забыл у родителей дома и не мог отсюда связаться с Лерой, так как её номер телефона наизусть я не знал. Спрашивать его у Стаса мне совсем не хотелось. И делиться с ним своими мыслями о ней тоже.
Только мы всё уладили, и я сделал первые наработки, как на мою голову появилась другая проблема. Одобрять мои наработки и помогать мне в получении актуальной информации поручено молоденькой турчанке, работающей здесь. Она одна из немногих, кто не носился за богатым Буратино, но бесила ещё больше. Потому что задевала напрямую меня. Во всём. Отвергала мои предложения, ей не нравилась моя рекламная концепция. Что она в этом понимала? Готов был поспорить, что ничего. Она учёбу-то закончила, пигалица? Меня учить вздумала тому, в чём я собаку съел ещё тогда, когда она на горшке сидела. Ведьма!
И в таком напряжении я находился всё время. Не работа, а наказание. Но, к счастью, первый этап закончился, мы с Витьком дома, и я еду на работу, а потом сразу к Бусинке.
Я пришёл специально к обеду, зная, что обычно в это время она в кабинете. Хотел утянуть Леру в кафе и спокойно поговорить. Но в дверях столкнулся с Владой, едва не смявшей букет цветов для Леры и удивлённо смотревшей на меня как на привидение.
— Игнат? Вы к Валерии? — испуганно задаёт банальный вопрос. А разве это не очевидно? Нет, я такой красивый, нарядный, с цветами тут просто прогуливаюсь у вас на четвёртом этаже.
— Добрый день, милая девушка! Где же ваша подруга? — беру себя в руки, сдерживая раздражение. Мне нужно её увидеть, словно вдохнуть свежего воздуха. Я очень скучал, и моё терпение подходит к своему логическому завершению. Но Бусинку на рабочем месте я не вижу. — Ушла обедать вовремя?
— Ааам… Нет… Она уехала… на встречу с заказчицей и… сегодня сюда не вернётся, — не нравятся мне её паузы и бегающий взгляд. Врёт? Если да, то зачем? — А где вы были так долго, Игнат? Лера не могла вам дозвониться, переживала за вас.
Шатенка прожигает меня осуждающим взглядом, и я теряюсь от её слов. Лучше бы она продолжала осматривать кабинет, ей-богу.