Янтарное сердце Амити (СИ)

У него не было лица, только тень густилась под капюшоном. Однако все время казалось, будто он внимательно на меня смотрел, проверяя с ног до головы. И от этого воображаемого, вместе с тем тяжелого и пронизывающего взгляда становилось невыносимо страшно.
Хотелось развернуться и убежать, но за спиной толпились первокурсники. Ноги руки онемели. Заледеневшие пальцы в ужасе цеплялись за ручку чемодана. А Котя на плече притих и, сжав когтями ткань платья, уткнулся носом в мою шею.
Первая в магическом водопаде скрылась Мэй. Ударившись об нее, он рассыпался золотыми искрами-каплями, а как вновь выровнялся — подошла моя очередь. Дрожащей рукой я чуть сдвинула шляпку, чтобы ее полы надежнее спрятали кота. Затаила дыхание. И не хуже Коти зажмурилась, приготовившись услышать низкий звон и почувствовать дрожь земли! И…
Ощутила, как меня окутал волшебный поток. Его прикосновение было похоже на прохладную нежность лепестков роз, а воздух на миг насытился приятным лесным ароматом после дождя, где угадывались мокрые стволы сосен, сырая земля, мох, ландыши, хвоя… Но звона, не считая панической трели колокольчика, и дрожи земли все не было, поэтому следующий шаг я сделала чуть смелее.
Вскоре магия перестала меня омывать, лесной аромат исчез вместе с прохладой, а я оказалась в широком тоннеле, проходившем сквозь всю толщу стены. Даже не сразу в это поверила и взволнованно себя ощупала. Святая белладонна! Неужели я прошла? Но как? Почему?
— …потеряла? — донесся до меня голос, сквозь ропот учеников и звон колокольчика.
— А? — я резко вскинулась и увидела сильно запыхавшуюся Мэй, которая со мной поравнялась и теперь шла рядом.
— Что-то потеряла? — переспросила она, вглядываясь в мое лицо, которое наверняка побледнело.
Я перестала себя ощупывать и шевельнула плечом, чтобы Котя прекратил за него цепляться. Больно же…
— Нет. Просто показалось, что потеряла, — быстро ответила я и опять призадумалась, почему защитные заклинания не сработали.
Конечно, это здорово, но все таки… Как же так вышло, что Джоджи не пустили в Академию, когда он попытался пронести бабочку в закрытой банке и сумке, а меня и кота, который хоть и был невидимым, но все-таки на виду — нет? Невероятное везение? Или у Коти есть еще один скрытый талант помимо невидимости? Мистика какая-то.
Я с подозрением покосилась на кота, который все еще оставался… м-хм… прозрачным, если это можно было так назвать, и встрепенулась, услышав тяжелый выдох Мэй. Еще бы… С такой-то ношей.
— Давай помогу? — кивнула я на один из ее чемоданов, а она начала отнекиваться:
— Да ну, не стоит! У тебя своего хватает.
— Мой с виду большой, но почти ничего не весит. Смотри, — улыбнулась я, поймав удивленный взгляд Мэй, и показала вырезанный на деревянной ручке чемодана небольшой магический узел. — Моя сестра немного смыслит в чарах и вплела в него легкость и вместимость. Так что хоть ящик камней перевози — не почувствуешь.
На самом деле я приуменьшила… Лив не просто немного смыслила в чарах, у нее был к ним самый настоящий талант. Иначе откуда бы мы взяли самонагревающиеся колбы или в чем переносили множество закупленных растений и как бы поместили все магические ингредиенты в тесном подвале? А некоторым настойкам или отварам вовсе холод требуется, чтобы они не испортились. И морозильный короб — второе, что Лив создала. Первыми были нагревающиеся колбы. Жаль только Лив не захотела дальше развивать свои способности чаротворца, а отдала всю себя нашему магазинчику от недугов.
— Ого! — восторженно выдохнула Мэй. — Я только про вместимость знала, а про легкость — нет. И что, прямо, совсем-совсем не тяжело?
— Ни капли, — улыбнулась я. — Так что давай свой чемодан и поторопимся, а то только мешаемся…
Пусть тоннель в стене был достаточно широким — могли свободно пройти четыре человека, но мы все равно доставляли неудобства, и Мэй прекрасно это понимала. Она вновь недоверчиво покосилась на мой чемодан, а я специально покачала его на одном указательном пальце.
— Ну, раз так… — сдалась Мэй и протянула мне чемодан, который был поновее и надежнее того… с хлипкими застежками. — Спасибо за помощь, Лаветта.
 
— Лав, — улыбнулась я. — Зови меня просто Лав.
И только я взяла его в руку, как от неожиданности дернулась вниз, отчего Котя недовольно засопел и опять впил в меня когти.
— Ничего себе тяжелый! — невольно присвистнула. — Что ты в него положила?
Знаю, вопрос неприличный, но по ощущениям, будто Мэй упихнула туда тот самый пресловутый ящик камней.
— Книги, — смущенно ответила она, чем совсем меня обескуражила.
— Эм… Позволь уточнить: книги? — мои глаза округлились. — Ты взяла в Академию, где одна из самых крупнейших библиотек, книги?
— Да, — покраснела Мэй. — В письме говорилось, что нужно взять с собой все необходимое, вот я… Ну… Взяла все свои… книги, — закончила она уже шепотом, я не удержалась и прыснула:
— Ну, ты меня поразила, — и подмигнула, поймав на себе виноватый взгляд Мэй: — Своей тягой к знаниям. Одежду хоть не забыла прихватить?
Пусть в Академии выдают все нужное, например, учебную форму, какую-никакую одежду все равно стоило взять. И тут меня Мэй не разочаровала — кивнула на пузатую сумку позади себя и, вскинув чуть вздернутый на кончике нос, ответила:
— Конечно!
А я опять прыснула.
— Что? Что смешного? — насупилась Мэй.
— Да ничего, — вытерла я проступившую слезу о рукав, из-за чего Котя опять заворчал. — Просто ты такая забавная…
— Чудная, ты хотела сказать, — произнесла она с немного печальной улыбкой, отчего мою веселость как рукой сняло.
Но что-либо ответить я не успела — мы в тот же миг вышли из тоннеля на свет, и, помимо колокольчика, воздух прорезал жесткий и требовательный голос:
— Все первокурсники сюда! — кричала одетая во все зеленое сопровождающая.
Даже ее остроконечная шляпка, из-под которой виднелись пышные темные волосы в мелкую завитушку, тоже была ядовито-зеленого цвета.
— Подходим ко мне и не задерживаемся! Если опоздаете — никого ждать не планирую, будете сами разбираться кто, куда и где! Заблудитесь — ваши проблемы!
«Очень дружелюбно», — пронеслось у меня в мыслях.
— Все первокурсники сюда! Шевелитесь…
И пока старшие курсы наполняли широкую круглую площадь и стекались в огромные двустворчатые двери Академии, обитые проклепанными железными полосками, мы с Мэй быстро переглянулись и бросились к таким же «желторотикам», растерянно толпившимся возле гигантского магического фонтана, откуда постоянно показывались сотканные из воды спины китов, высовывались мордочки выдр, выпрыгивали пингвины или окатывали брызгами зазевавшихся первокурсников дельфины. А стоя на бордюре фонтана, над головами учеников возвышалась сопровождающая.
По меркам простака с виду ей не дашь больше сорока лет, а если учесть то, что она ведьма — ей вполне могло быть уже давно за шестьдесят. Зеленые глаза из-под низких бровей одаривали учеников цепким взглядом. Крупный крючковатый нос обещал легко разнюхать любую шалость, если кто-то решит ее сотворить. А тонкие губы подсказывали, что все произнесенные ими слова — чистейшая и суровая правда, а нрав у нашей сопровождающей тот еще и лучше с ней не связываться.
Уже на месте назначения мы с Мэй облегченно вздохнули. Я — мысленно радуясь, что я наконец-то оказалась в Академии и теперь все беды позади: меня никто не отчислит и не накажет за настырного Котю. А Мэй поставила на землю чемодан и, упершись ладонями в спину, потянулась, запрокинув к небу лицо. Как вдруг… поднялся гомон и откуда-то слева раздался крик:
— Поберегись!
Глава 7
Наученная горьким опытом в ботаническом саду тетушки Марты, где меня с завидной периодичностью пытался проглотить гигантский гибрид мухоловки и непентеса, и дома Котей, который в поиске мандрагоры часто лазил по шкафам и ронял на голову банки, я среагировала быстро и отпрыгнула. Только потом увидела скачущий по земле чемодан с раскрытой пастью — именно пастью, потому что серебристые застежки выглядели как клыки, а торчащий наружу красный рукав, как язык. И это… ожившее чудо неслось к зазевавшаяся Мэй, которая только-только перестала сладко потягиваться и с улыбкой произнесла: