У Королевы любовник? (СИ)

 Глава 28 
 
Ну-с, итак, какие выводы я могу сделать из посещения дома дешевых удовольствий? В целом, всё примерно так, как я и представляла. Оральную составляющую секса жители этого мира обходят стороной почти или полностью. Максимум, что я видела, было в исполнении девушек на ковре: одна другую пару раз чмокнула между ног. Вот именно чмокнула, как в щёчку. Та аж выгнулась, настолько приятно. Но на сим всё. Буду иметь ввиду.
Что ещё могу сказать… Мне полегчало. Думаю, такой способ — лечения тем или почти тем, от чего заболел — поможет не каждому, но у меня обычно срабатывает. В данном конкретном случае я вспомнила, что секс бывает приятным, что это вообще-то людям нравится, что люди к этому стремятся. Просто тело Сиенны не в курсе, не чувствовало адекватно удовольствия от соития, а одной памяти моей души не хватает, чтобы испытывать желание. Но ничего, вот избавлюсь от отвратительного мужа, наверстаю с новым мужчиной. Может даже с Эстером…
В общем, во Дворец я вернулась в приподнятом настроении и полная энтузиазма. Пришлось даже себя искусственно тормозить, а то начала бы движуху сразу. Однако стоило пару-тройку дней перетерпеть, чтобы народ отошёл от эпичности маскарада.
Первым делом я решила всё же реализовать свой план про становление иконой стиля. Два персонажа, которые мне в этом помогут — модельер и глашатай. А ещё нужно множество приёмов, балов, чаепитий, любого калибра, чтобы там, собственно, свои модные решения и демонстрировать. Причём, мероприятия эти не обязательно организовывать самостоятельно, можно приходить и на чужие.
Утром следующего дня после похода в бордель… ой, дом дешевых удовольствий, конечно, я отправилась к Клоду. Мой доверенный модельер воспринял порождённые мной идеи с большим энтузиазмом, в очередной раз порадовавшись, что попал ко мне во служение. Я не сомневалась, что ему понравится, ведь этот человек любит экспериментировать и сочетать всякое разное, порой несочетаемое и удивительное.
С Клодом мы составили план, какие тенденции будем внедрять, в какой последовательности, что для этого нужно, а также прочие мелкие детали. Он приступил к реализации первых моделей платьев, я же отправилась договариваться с глашатаем.
С ним мы должны понять, каким образом организовать переходы от одной концепции к другой, чтобы они перетекали друг в друга, логично замещая и улучшая. Или вроде того. Долго вести беседу с глашатаем не понадобилось, мужчина всё понял с первых слов — профессионал своего дела! Прямо при мне накидал несколько фраз и словооборотов, которые собирался использовать в моём представлении на приёмах, и показал, чтобы я одобрила. А я и одобрила! Не зря услугами этого глашатаего пользовалась сама бывшая Королева.
Оставив его творить дальше, я вернулась к себе, собрала совет приближённых — камеристок с фрейлинами — и обсудила с ними, на какие мероприятия мне стоит пойти в ближайшее время для того, чтобы продемонстрировать свои новые наряды. Девушки накидали список, вместе мы составили план и график их дежурства рядом со мной, а то ведь на чужие сходки являться положено строго с сопровождающими дамами в количестве не менее двух штук. Я решила такое число и оставить, больше мне не нужно.
Собственно, на сим подготовительные работы были закончены. Осталось переждать ещё дня два, чтобы “казус” на маскараде получше забылся, и в бой! Хотя тут скорее подойдёт — на подиум.
Жермиен всё это время не показывался мне на глаза и вообще никак не обнаруживал своё существование, даже писем не писал. Впрочем, мне не особо верится, что его замучила совесть, потому игнор я восприняла, как должное. Кажется, к своей жене он никаких тёплых чувств не испытывает, только физическое влечение или что-то вроде того. Потому ни прощения не попросил, ни объяснений дать не потрудился. Нет, я только рада, что он оставил меня в покое, но нам всё равно придётся пообщаться в ближайшие дни. Когда я объявлю, что… беременна. Якобы. С другой стороны… он-то итак про это как бы в курсе, может снова заигнорить.
 
Пока я вынуждена была маяться в своих покоях, выжидая подходящего момента, решила не терять время зря и заняться образованием в сфере магии. Так что леди Альта почти поселилась здесь вместе со мной. Она уходила только вечером, когда её сменял Эстер.
Отношения с ним… пожалуй, немного видоизменились. Стали более душевными, что ли, нежными и, главное, искренними. Не знаю, как объяснить, но мы словно на новый уровень перешли. Я как будто окунулась в море заботы и внимания, которые при этом умудряются быть не слишком навязчивыми. Хотя по сути ничего нового мы с Дорианом не делали — тренировались, разговаривали и тому подобное. И всё же я ощущала себя иначе, нас ощущала иначе. Кстати, поэтому не решилась спрашивать про то, что услышала в “Белой вуали”. Хоть это было и очевидно,но из уст самого Эстера я не хотела слышать, что у него была любовница. А то и что есть. правда уж в этом я имела наглость сильно сомневаться. Или тешить себя иллюзиями, даже не знаю…
Но вот, наконец, наступил день первого выхода в свет. Для такого знаменательного события мы выбрали нечто вроде художественной выставки молодого ранецианского художника и скульптора, куда были приглашены многие влиятельные люди. Проходила она, что удобно, прямо во Дворце, ибо творец этот был ещё и придворным.
С первым платьем решено было не мудрствовать. В конце концов, я уже положила начало становлению иконой стиля, когда явилась на бал в честь фрейлин с лентами, летящими над одеждой при помощи магии. Нужно было только закрепить эту концепцию. К тому же некоторые придворные дамы уже её переняли. Пока несмело, но всё ещё впереди.
Выставка прошла успешно, на меня обращали внимания чуть ли не больше, чем на работы художника. Чтобы его не обидеть, я всё время активно восхищалась его творчеством, активно вплетая в свою речь разнообразную терминологию, которую выуживала из головы Сиенны. Да, младшая принцесса была вполне образована в плане искусства, матушка Валенсия постаралась.
На следующем приёме стало очевидно, что летящие ленты пришлись придворным модницам по вкусу. Тогда я поняла, что пора снова навестить подконтрольных мне модельеров и убедить их пойти на новую авантюру. Впрочем, в этот раз негатив от неё пусть и будет, но не такой явный, так что их репутациям ничто не грозит.
Некоторые из модельеров позволили себе высказать неудовольствие тем, что произошло на маскараде. Но так как я прямо не велела откровенно вредить их клиенткам, а лишь давала своего рода советы-указания, кому что использовать при создании нарядов, более похожие, правда, на приказы… прикопаться всё равно было особо не к чему. Я сыграла невинную овечку, которая только хотела, как лучше, чем и отбрехалась. Не везде прокатило, в паре случаев пришлось извиваться подобно ужу на сковородке, лавируя между аргументами, дабы убедить модельеров в том, что я не знала точно о том, каким будет эффект. В целом я могла бы просто приказать. Они бы исполнили, так как присягнули мне на магии, но, во-первых, хотелось сохранить иллюзию добродетельной Королевы, которая, правда, может ошибаться… а во-вторых, для меня это стало делом чести — не спалиться.
В итоге я убедила модельеров, что следовать за стильными тенденциями, которые привносит в придворную моду ажно Королева — это важно и нужно, а ещё очень правильно. Так что могла рассчитывать, что они станут рекомендовать мои концепции своим клиентам.
Первая смена направления произошла через два дня на третий. Вместо летающих лент на мне появились настоящие птичьи перья. Глашатай при моём появлении в театре красиво свёл всё к тому, что настоящий полёт возможен только у птиц, а ленты на магии, мол, в данном случае выглядят, как костыль. Он выбрал какой-то местный словооборот, но смысл был такой. Придворные дамы неожиданно резво прониклись этой идеей и сразу принялись повторять, снаряжая свои платья разнообразными пёрышками и пухом. Те, кому это было по карману или под силу, пускали перья летать, как это делала я. Признаться, мне результат понравился. Наряды стали более интересные, чем раньше, глаз радовался при взгляде на придворную массу.