Too expensive for you (СИ)

Почему Милкович решил это сделать именно в субботу?
Да потому что в будни он был чертовски занят: бродить по холодным улицам грязного района в поисках работы, а получив пару отказов, махать на все рукой и идти в захудалую забегаловку, где добрый и веселый Кэв нальет на халяву – охуенно изматывающая деятельность.
Почему именно сегодня он влез в самые дорогие и относительно новые свои джинсы, нацепил черную футболку и легкую парку, подвязав ворот шарфом, что Мэнди подарила ему на прошлое Рождество?
Просто это единственные чистые вещи в его гардеробе. И только поэтому.
Макс улыбнулся, как только увидел невысокого брюнета, стоявшего в стороне от основной очереди.
– Эй, Мик! – позвал он старого знакомого.
– Здоров, – проговорил Милкович, пожимая теплую ладонь загорелого парня. – Тони внутри? – спросил он, делая шаг к входной двери.
– Ага, – кивнул охранник. – Позвать?
– Не, – мотнул головой Микки, – я сам.
– Прости, друг, нельзя, – выдавил Макс, преграждая путь брюнету. – У нас сегодня закрытая вечеринка.
– Чё? – возмутился Милкович. – Какого хуя?
– Какой-то мажор выкупил клуб на сегодня для себя и своих приятелей, – пояснил парень, кивком головы указывая на небольшую надпись на стекле: «Reserved».
– Блять, – прошипел Микки, отступая на полшага назад. – Мне Тони нужен.
– Можешь отдать деньги мне, – ответил Макс, протягивая руку.
– Нихуя, – огрызнулся Милкович. – У Тони брал, ему и верну.
– Ок, – кивнул приятель через секунду, пряча ладонь в карман. – Иди к служебному входу, сейчас я его позову, – добавил он и, что-то шепнув своему напарнику, скрылся за стеклянной дверью.
Обойдя невысокое здание, Микки подошел к небольшой двери с кодовым замком и, прислонившись к кирпичной стене дома напротив, прикурил сигарету.
– Привет, – буквально через пару минут замок щелкнул, и на улицу в одной только легкой футболке и джинсах выскочил блондин. – Никак долги решил вернуть? – улыбнулся он, пожимая холодные пальцы друга. – Я уж думал попрощаться со своей сотней.
– Бля, ты за кого меня держишь? – ощетинился Микки, доставая из кармана мятую купюру и протягивая ее другу. – Спасибо, – кивнул он.
– Макс сказал, ты хотел войти? – спросил Тони, убирая бумажку в задний карман штанов.
– Нет, – замотал головой Милкович. Конечно, он не хотел. Не для того он потратил почти полтора часа на дорогу, послал нахер Мэнди, что собиралась этот субботний вечер провести в обществе брата, пока ее лупоглазый ебырь хуячит очередное эссе на сотню страниц. Он просто решил прокатиться на чертовом поезде через весь город, чтобы вернуть бабки. – Я… – начал он, но несколько голосов, раздавшихся за его спиной, перебили брюнета.
– Привет, Тони, – поздоровался кто-то и, обернувшись, Микки увидел высокого темнокожего парня в коричневой кожаной куртке, с сумкой через плечо, что прошел по направлению к двери и, приложив пластиковый пропуск к замку, вошел внутрь.
За ним шли еще двое: небольшого роста коренастый брюнет в спортивной толстовке и худощавый белобрысый парнишка в ярко-зеленой коротенькой курточке, которые также скрылись за железной дверью.
– Ладно, Мик, мне пора, – оглянувшись, проговорил блондин. – Через полчаса представление начнется, – пояснил он, протягивая руку другу, чтобы попрощаться. – Не хочешь завтра зависнуть с нами в «ОЗОНе»? Ты, я, Макс и еще пара-тройка ребят, посидим, выпьем, – улыбнулся он, подмигивая. – Ты же не пропустишь мой день рождения? – добавил, замечая недовольное лицо своего приятеля, так не любившего небольшой гей-клуб на окраине города, где, по его мнению, трутся одни только женоподобные высерки и малолетние додики.
– Бля, днюха, – задумчиво проговорил Милкович, понимая, что напрочь забыл о празднике друга.
– Ага, – кивнул блондин. – Подарка не нужно, хотя ты и так никогда их не даришь, – хмыкнул он. – Разве что… притащи пару марок.
– Хуй знает, – все еще не уверенный в том, что стоит соглашаться, уклончиво ответил брюнет.
– Мик, хорош ломаться как целка малолетняя, – настаивал Тони. – Когда в последний раз ты трахался? – спросил он через мгновение, вспоминая недавний разговор в своей квартире и острую реакцию друга на подобный вопрос. – Воскресный вечер, толпа молодых и горячих… – заговорщически продолжил он.
 
– Иди в пизду, – незамедлительно огрызнулся Милкович.
– Жду тебя в одиннадцать, – ответил блондин и поспешил к служебному входу.
– Нихуя, – крикнул Микки в спину друга.
– В одиннадцать под вывеской «ОЗОНа», – последнее, что услышал Милкович, прежде чем Тони скрылся за массивной железной дверью.
– Блять, – вырвалось из груди брюнета в тот момент, когда он, развернувшись, чуть не столкнулся нос к носу с высоким парнем в коротком сером пальто с поднятым воротником и черной шапке, опущенной на лоб по самые брови.
– Прос… – хотел было извиниться тот, но проглотил окончание слова, встречаясь взглядом с голубыми глазами, отражающими тусклый свет фонаря, раскачивающегося на кирпичной стене совсем рядом.
– Ебааать, кого я вижу, – ядовитая улыбка расползлась по лицу Милковича, как только он узнал парня. – Кертис, блять, какими судьбами? – продолжал он, наслаждаясь выражением крайнего замешательства на лице рыжего.
Йен, замерев на месте, судорожно соображал, что ответить брюнету, так неожиданно появившемуся на его пути, стоит ли вообще ему что-то говорить или сразу позвать охрану.
– Я здесь работаю, – неуверенно выдал он спустя минуту. – И ты об этом прекрасно знаешь, – добавил уже чуть смелее. – А что здесь делаешь ты? – решив, что лучшая защита — это нападение, произнес Галлагер. – Решил через черный ход пробраться, раз фейс-контроль не пускает? – проговорил он, делая шаг навстречу Милковичу.
– Нахуй надо, – огрызнулся тот, чуть отступая.
– Или меня ждешь? Решил принять мое предложение? – никак не пытаясь замаскировать ненависть в своем голосе, продолжал Йен, придвигаясь еще ближе и смотря на своего собеседника сверху вниз, ведь разница в росте позволяла. – Только ты упустил свой шанс, коротышка.
– Сука, тебе прошлого раза мало было?– злобно выплюнул Микки, подаваясь вперед. – Думаешь, хороший спрос будет на твое ебало сегодня, если я его украшу парой фингалов? – крепко сжимая кулаки, прорычал он, делая еще одно движение навстречу рыжему.
– Я опаздываю, – лишь ответил Галлагер, обходя брюнета и направляясь к служебному входу клуба. – Поезд ушел, Милкович.
– Пиздуй-пиздуй, шалава ебучая, – услышал он за своей спиной. – Только брату с утра, как очко обратно сожмется, не забудь позвонить, чтоб не приезжал к своему младшенькому без предупреждения, – бросил Микки, прежде чем завернуть за угол и поспешить на вокзал.
Йен замер на пороге открытой двери, пытаясь переварить последнюю фразу брюнета.
Недавний разговор с Липом тут же всплыл в его памяти, увеличивая растущее чувство беспокойства. Сам того не ведая, Йен дал повод для волнения своему старшему брату, сначала игнорируя его телефонные звонки, а потом уклончиво отвечая на безобидные на первый взгляд вопросы о своем самочувствии, делах и настроении, будучи уверенным в том, что брюнет сдал его со всеми потрохами.
Сейчас же Галлагер отчетливо понимал, что Милкович не только сохранил его секрет в тайне, но и, по каким-то известным только ему причинам, предупредил о намерениях Филлипа.
И Йен никак не мог понять, почему он это сделал.
Волнение и страх перед растущей вероятностью того, что Лип решится навестить Клейтона, не оставляли Йена на протяжении всего вечера, и это заметно сказалось на его поведении, внешнем виде и качестве работы.
Еще никогда ни один клиент «Ласточки» так не жалел о потраченных деньгах.
– Я знал, что ты придешь, – улыбнулся Тони подошедшему парню, стоя под яркой неоновой вывеской воскресным вечером.
– Иди нахер, – тут же ответил Микки, протягивая ладонь для рукопожатия. – С днюхой, – добавил он, незаметно передавая парню небольшой листок со «смайликами».