Too expensive for you (СИ)

Потянувшись к подушке, Йен взял тюбик со смазкой и аккуратно вложил его в руку Милковича, только что отпустившую его бедро, чтобы прикоснуться к коже спины.
– Нихуя, – выдохнул Микки, не желая забирать сосуд из длинных пальцев. – У меня нет с собой бабла, чтобы расплатиться за твою жопу, – улыбнулся он, прикусив нижнюю губу рыжего, надеясь, что его довольно-таки обидный намек не заставит Галлагера передумать.
Издав странный звук, некую смесь из легкого смешка и стона, Йен выпрямился и перекинул ногу, освобождая брюнета от своего веса, для того, чтобы тот смог, наконец, избавиться от последнего предмета одежды. Стараясь не смотреть на голого парня рядом, рыжий освободился и от своих боксеров, отшвыривая их в сторону.
Встав на колени, рукой разводя ноги Милковича, Йен переступил через одну, размещаясь теперь между ними, и поднимая взгляд на лицо парня, распластавшегося перед ним на мятых простынях.
Милкович следил за каждым движением рыжего голодным возбужденным взглядом. В его потемневших от страсти глазах мерцали уличные фонари, оставшиеся единственным источником света погрузившейся за время ласк в вечерний сумрак комнаты.
С тихим щелчком крышка тюбика отскочила в сторону, позволяя Галлагеру выдавить небольшое количество прозрачного геля на ладонь. Размазав лубрикант по пальцам, Йен переступил на несколько сантиметров назад, следуя взглядом от ярко горящих голубых глаз брюнета вниз по его телу, запоминая каждый изгиб, выделяющиеся под кожей мышцы груди и пресса и торчавшие косточки.
Громкий стон Микки пронесся в тишине комнаты в тот момент, когда взгляд рыжего достиг члена парня, а его язык непроизвольно облизал саднящие от продолжительных поцелуев губы.
– Мудак, блять, – выругался Милкович, едва заметно дернувшись, готовый кончить уже от того, как похотливо Галлагер облизывался, глядя на его колом торчащий член.
Ладонью одной руки схватив стояк брюнета, Йен провел по стволу, размазывая прозрачную субстанцию по нежной кожице, каждым своим движением вызывая однозначную реакцию Микки – количество произносимых матерных слов росло с каждой секундой, сливаясь с дразнящими слух стонами от ощущения холодных пальцев на его возбужденном достоинстве.
Чуть разведя свои колени, Галлагер заставил Милковича раздвинуть ноги шире и согнуть их, предоставляя взору полный обзор на покрытый короткими жесткими темными волосками пах брюнета.
– Блять, я сейчас кончу, – Против воли сорвалось с губ Микки в тот момент, когда Йен в очередной раз провел скользкой ладонью по его члену. – Давай уже, – накрывая руку рыжего своей и отводя ее в сторону, попросил Микки, удивляясь мольбе в своем голосе, так непривычной его слуху.
Повторять не пришлось.
Едва прикоснувшись к чуть припухшим от возбуждения яичкам парня перепачканными в смазке пальцами, Галлагер опустил руку ниже, не отрываясь от кожи с маленькими колючими волосками, скользя к сжатому входу Милковича, размазывая лубрикант вокруг тугого отверстия, слегка надавливая на него.
– Ебаааать, – простонал брюнет, чувствуя, как палец Йена входит в него на первую фалангу. – Сука, – прохрипел он, когда тот проник в него полностью.
Едва ли забытое ощущение легкого дискомфорта, сопровождаемого диким удовольствием, не дали Микки времени на раздумья – слегка дернувшись, он почти освободил палец Йена, чтобы в следующее мгновение уже самостоятельно насадиться на него, вызывая довольную улыбку на губах Галлагера.
– Еще, – попросил брюнет спустя еще несколько подобных движений, шире разводя свои ноги, давая понять рыжему, что готов.
Второй палец проскользнул внутрь под тихое шипение Милковича, чуть поморщившегося от боли, которую тут же сменило знакомое чувство удовлетворения от наполненности и возбуждающих с удвоенной силой ласк.
Чуть повернув руку, Йен потянул ладонь на себя, раздвигая пальцы, растягивая узкое отверстие Микки под очередную порцию нецензурной брани, и снова вернул их в прежнее положение.
– Да, – простонал Микки, чувствуя давление на напряженные мышцы, изо всех сил пытаясь расслабиться, чтобы неприятные ощущения от присутствия чего-то инородного скорее сменились удовольствием от трения шершавой кожи о мягкие ткани. – О, да, блять! – прокричал он, как только подушечки достигли заветной цели, слегка надавив на простату, вмиг лишая Милковича способности думать о чем-либо другом, помимо приносящих неописуемое наслаждение прикосновений, позабыть о едва теперь ощутимой боли на границе сжатого колечка.
 
Добавляя третий палец, Йен аккуратно опустил вторую ладонь на член Милковича, начиная медленные движения по стволу, чтобы отвлечь Микки, крепко сжавшего зубы от жжения в довольно сильно теперь уже растянутом отверстии.
– Еще. Еще. Да, – стонал брюнет, толкаясь в ладонь рыжего членом, пульсирующим от возбуждения, вызывающего дрожь во всем теле и вновь опускаясь, тем самым насаживаясь на длинные пальцы, с каждым новым движением проникающие в него все глубже, массируя горячие стенки его ануса, надавливающие на простату.
– Сука, блять, я сейчас… почти, блять… – выдохнул он, вскинув бедра, чувствуя приближение такой долгожданной разрядки, освобождаясь от рук Галлагера. – Давай уже, – сводя колени вместе, отталкивая рыжего от себя ногами, прорычал он, переворачиваясь на живот.
Гель на пальцах сильно мешал Йену справиться с упаковкой от презерватива, норовившего выскользнуть из рук, дрожащих от раздирающего каждое нервное окончание желания, вынуждая Галлагера разорвать непослушный кусок полиэтилена зубами.
Раскатав презерватив по члену, Йен подхватил тюбик смазки с кровати, чтобы выдавить еще несколько капель прозрачной субстанции на торчавший чуть ниже пупка член, облаченный в латекс, и размазать ее по всей его длине.
– Ну, что ты там, блять, так долго? – прошипел Микки, обернувшись на парня, как раз пристраивающегося сзади между его разведенных ног.
Не задумываясь над тем, что ладони были сплошь покрыты лубрикантом, Йен схватил брюнета за бока, заставляя подняться на четвереньки, и ощутимо надавил на поясницу, чтобы тот прогнулся.
– Давай! – скомандовал Милкович, подаваясь назад, чувствуя, как головка члена рыжего прижалась к его входу. – Сука, ну же! – прокричал он, прежде чем почувствовал твердый орган в себе.
– Черт, – вырвалось из груди Йена, как только головка его члена проникла сквозь узкое кольцо мышц Микки. – Прости, – замерев без движения, прошептал он, услышав недовольное шипение спереди, прекрасно понимая, насколько болезненным может быть первое проникновение. – Скажи, когда…
Но договорить не успел – Милкович толкнулся навстречу, впуская в себя Йена на всю длину.
– Оооох, – простонал рыжий, совершенно не готовый к такому резкому давлению на свой возбужденный орган, которому не уделялось должного внимания на протяжении последних нескольких минут.
– Давай, – спустя десяток секунд попросил Микки, чуть дернувшись в руках Галлагера, привыкнув к чувству наполненности, уже не ощущая так остро боли в заднем проходе.
Сперва медленно, аккуратно, сантиметр за сантиметром выскальзывая из брюнета и возвращаясь обратно, Йен двигался, крепко сжимая челюсти, каждым нервным окончанием члена чувствуя узкие стенки его ануса, сжимающиеся при каждом новом проникновении.
Постепенно наращивая темп, он входил все глубже, двигался все быстрее, пытаясь следовать хоть какому-то ритму, сталкиваясь бедрами с задницей Микки, выстанывающего бессвязное сочетание различных звуков, сопровождаемых частыми «да» и «еще».
Меняя угол, чуть отклоняясь назад и потянув Милковича на себя, заставляя того оторвать от кровати руки и подняться на колени, Йен обхватил одной ладонью член брюнета, второй перехватив того под ребра, чтобы зафиксировать в этом положении.
Горячая спина Милковича прижималась к твердой груди рыжего, пока тот входил в него снова и снова, продолжая надрачивать его пульсирующий от возбуждения орган, подстраивая движения ладони под ритм, задаваемый толчками.