Too expensive for you (СИ)

– Привет, Мик, – услышал Милкович голос сестринского ебаря за своей спиной, когда, стоя на коленях на полу, пытался достать закатившиеся под стойку зерна. – Где Мэнди? – спросил Лип, с улыбкой наблюдая за тем, как брюнет в очень даже недвусмысленной позе лазает под столом, на котором стоял кофе-аппарат.
– Хуй знает, – ответил Микки, не поворачиваясь. – В кухню съебала, – сказал он, наконец выгребая внушительную кучку коричневых кругляшков вперемешку с грязью и пылью. – Щас вернется, – ссыпая все собранное в небольшой пакет, добавил он.
– Ок, я тогда пока в сортир сгоняю, ты здесь подождешь или за столик сядешь? – спросил кудрявый молодого человека, стоявшего рядом с ним, с интересом в глазах и легким намеком на улыбку на губах рассматривая задницу, что торчала из-под стойки.
– Какого хуя мне за стол идти? – удивился Милкович, завязывая пакет.
– Здесь, – ответил кто-то еще, и Микки, понимая, что обращались вовсе не к нему, повернулся, встречаясь взглядом с зелеными глазами младшего брата Галлагера.
– Блять, – прорычал он себе под нос, поднимаясь на ноги, понимая, в какой интересной позе он предстал перед рыжим.
– Привет, – улыбнулся Йен.
– Хуй в ответ, – огрызнулся Милкович, кидая пакет в мусорное ведро и отворачиваясь к шкафу, чтобы взять новую упаковку кофе, лишь бы не видеть довольной физиономии напротив.
– Микки, почему заказ еще не готов? – голос Мэнди, выходившей из кухни с подносом, раздался буквально через мгновение. – Привет, Йен, – улыбнулась девушка, заметив Галлагера.
– Привет, – кивнул рыжий.
– Если через минуту стаканы не будут наполнены, платить сам будешь, – бросила Мэнди брату, направляясь в зал.
– Сука, – выругался Милкович, провожая сестру взглядом. – Как будто я помню, что эти мудаки заказали, – пробубнил он, устанавливая контейнер и засыпая небольшую порцию зерен в него.
– Два черных и латте, – услышал он. – Вот, на листке написано, – поднимая бумажку со стойки, добавил Йен.
– Ты все еще здесь? – обернувшись, спросил Милкович. – Пиздуй за стол и жди Липа там, не мешай работать, – проговорил он, усиленно стараясь вспомнить, как приготовить блядский латте.
Йен не стал спорить и уже через минуту приземлился на стул за ближайшим к стойке столиком, доброжелательно улыбаясь Мэнди, подошедшей к нему перекинуться парой слов. Лип вернулся из туалета и присел к брату, предварительно поцеловав свою девушку.
– Эй, мудвин, – услышал Микки голос сестры. – Где кофе?
– Да сейчас, блять, – сквозь зубы ответил Милкович, выкручивая ручку до упора. – СУКА!!! – прокричал он, как только горячая струя пара из носика капучинатора обожгла его пальцы, сжимающие стакан с молоком, который нечаянно сдвинул он, поворачиваясь к сестре.
Как ни старались, Йен и Филлип не могли сдержать смеха, что вырывался из их грудных клеток, когда они увидели прыгающего на месте брюнета, размахивающего обожженной ладонью, в которой до сих пор было молоко, расплескивающееся теперь повсюду.
– Кажется, сегодня у нас в меню только черный кофе, – обреченно выдохнула Мэнди, направляясь к брату, чтобы помочь ему доделать чертов заказ. – Ребят, есть будете? – спросила она у двоих молодых людей, что под разгневанным взглядом бармена продолжали ржать на виброрежиме, изо всех сил пытаясь придать лицам серьезное выражение.
– Нет, – мотая головой, ответил Лип.
– А я бы кофе выпил, – улыбнулся Йен, бросая быстрый взгляд на тут же в недовольстве поджавшего губы Милковича. – Черный, – добавил он, смотря прямо в голубые глаза брюнета.
– Хоть с этим ты справишься, рукожопый? – спросила Мэнди, накрывая крышками собственноручно приготовленные напитки, чтобы отнести их заждавшимся клиентам, мысленно прощаясь с чаевыми, которые те могли бы оставить, если бы не ее братишка, так умело портивший все, к чему прикасался.
– Ага, – кивнул Микки сестре. – Будет тебе кофе, рыжий педрила, – прошептал он, наклоняясь, чтобы достать из мусорки недавно выброшенный пакет.
Спустя восемь часов, еще пару ожогов и кучи разбитой посуды, Милковичи направлялись домой: Мэнди – чтобы переодеться и отправиться в кино с Липом, а Микки – мечтая о мягкой подушке и теплом одеяле после нервного и чертовски продолжительного рабочего дня.
 
– Сейчас спрошу, – проговорила девушка в телефонную трубку, которую зажала между ухом и плечом, чтобы освободить руки и прикурить сигарету. – Мик, пойдешь с нами? – уже обращаясь к брату.
– Нахуй? – ответил тот, засовывая руки в карманы, сосредотачиваясь на камешке, что пинал ногами всю дорогу от кафе до дома.
– Йен идет, и мы подумали, может, и ты захочешь, – уточнила сестра, перехватывая чуть не выпавший телефон рукой.
– И чё? – нахмурил брови брюнет. – Мне-то какое дело до этого рыжего еблана?
– Как хочешь, – пожала плечами девушка. – Нет, Микки не идет, – добавила она, обращаясь уже к своему парню, ожидавшему на линии. – Сейчас, – улыбнувшись, ответила после того, как Лип сказал что-то.
– Ребята платят за билеты, пиво и поп-корн, – проговорила она, подмигивая брату.
– Бля… – задумался Микки, вспоминая про последнюю банку любимого напитка, стоявшую в холодильнике уже три дня, и отсутствие денег на еще парочку таких же.
– Он согласен, – ответила Мэнди за брюнета, прекрасно понимая, что от халявы Милкович никогда не откажется. – В десять у кинотеатра, – и нажала кнопку отбоя.
– Какого хера этот ушлепок за вами везде таскается? – спросил парень, как только сестра убрала телефон в карман. – Он ж, блять, как ебаный сталкер.
– Лип не хочет оставлять его дома одного, – ответила девушка. – Фиона сегодня работает в ночь, Дебби у подружки, а Карл с Лиамом временно живут с Френком и Шейлой.
– Чё он вообще сюда опять приперся? – пытаясь сообразить, кем были все те люди, чьи имена называла сестра, продолжал разговор Микки. – Вы ж говорили, что он редко бывает.
– Не знаю, – пожала плечами девушка. – Вообще, Лип собирался сам к нему съездить, но Йен неожиданно позвонил и сказал, что у него незапланированный отпуск на пару недель и сегодня он приедет.
– Отпуск, – хмыкнул Милкович, отмечая, как ловко рыжий выкрутился из положения.
– А ты зачем интересуешься? – спросила Мэнди, поворачиваясь к брату. – Все-таки он тебе понравился, – не дожидаясь ответа, проговорила она, широко улыбаясь.
– Нихуя, – поспешил ответить парень. – Он меня бесит.
– Ага, – кивнула сестра, продолжая улыбаться. – Ты меня тоже бесишь, Мик, но это не мешает тебе быть моим любимым братом, – сказала она, придвигаясь ближе и обнимая Милковича за талию, – и видеть, что Йен тебе нравится.
– Иди в пизду, – насупился брюнет, закидывая руку на плечо девушки и прижимая ее к себе. – Мне не нравятся рыжие ебланы.
– Продолжай говорить это себе, Мик, – задумчиво ответила Мэнди, вспоминая, как неоднократно засекала сегодня своего старшего брата, украдкой косившегося на столик, за которым сидели Йен с Липом утром, как искренне улыбался Милкович, наблюдая за тем, как Йен пьет кофе, что тот для него приготовил.
– Я лучше тебе еще раз скажу: иди в пизду, – прорычал брюнет, отпуская девушку и поднимаясь на крыльцо своего дома. – Я в душ.
– Только не долго, нам к десяти нужно быть у кинотеатра, – крикнула она успевшему скрыться за входной дверью брату.
Конечно, к десяти они не успели: Мэнди по меньшей мере пять раз заставляла переодеться Микки, замечая пятна или дырки на его футболках, вызывая агрессию последнего и выслушивая все новые ругательства, которые тот извергал в огромном количестве, отбрасывая очередную тряпку в сторону.
– Сеанс через пять минут, – проговорил Филлип, встречая пару у входа, оглядываясь на двери. – Вы чего так долго? – но понял, что не дождется ответа, замечая короткий взгляд девушки в сторону брюнета, стоявшего рядом. – Йен внутри, закупается, – сказал он, потянув ручку и пропуская Мэнди вперед.
– Фу, бля, – фыркнул Милкович, рассматривая пакеты с воздушной кукурузой в руках рыжего. – Сладкий? Кто, вообще, жрет это дерьмо?