Несокрушимый. Том I (СИ)
Голову зверя разнесло на кровавые ошметки.
Соня вздрогнула и схватила Грома за здоровую ладонь. Тот не отрывал взгляда от сцены.
Богачи со всех сторон начали возмущаться такому варварству. Но вскоре все вновь затаили дыхание.
Потому что труп в клетке вдруг вспыхнул алым пламенем. И спустя несколько мгновений на весь зал раздался высокий пронзительный крик.
Из огня выпорхнул птенец с ладонь размером.
Он с силой ударился в крытый потолок клетки и упал обратно. Тряхнув головой, птенец подошел к прутьям. Посмотрел на людей по ту сторону — и, расправив маленькие крылашки, издал второй крик, громче и пронзительнее первого.
— Волшебный зверь птица Феникс! — объявил ведущий. — Начальная ставка — сто тысяч кредитов!
И зал взорвался предложениями. Одно перебивало другое. За считанные секунды цена взлетела до миллиона кредитов.
Соня даже не пыталась встревать. Она была слишком шокирована увиденным волшебством, чтобы в тот момент думать о деле.
Как и бывший чемпион. Он видел это маленькое представление. Пусть и не сам доставил птицу на сцену. Где бы ее не держали, это было явно не хранилище — и оно к лучшему.
Живодеры, — подумал Вик, когда уходил за новыми лотами.
Птица, про которую в его мире слагали сказки. А в этом она оказалась пусть и чрезвычайно редкой, но все же реальностью. Когда ей разнесло выстрелом голову, а затем она восстала из пепла, в бывшем чемпионе что-то всколыхнулось.
Кто знает, — подумал он, — будь я менее удачлив, то мог бы оказаться на ее месте…
В конце концов, птицу купили за полтора миллиона кредитов. Ее новым владельцем оказался единственный из гостей аравиец. Он сидел на балконе.
Когда торги закончились, к нему подошел чернокожий мавр и что-то прошептал на ухо. При этом его глаза сверлили спину уходящего Вика.
Аравиец в ответ только кивнул. Получив, видимо, разрешение, мавр покинул балкон.
Соня видела это, но у нее не было времени осмыслить произошедшее. К Грому, привлекая внимание обоих, обратился один из гостей.
— Невероятно, не правда ли? Если бы не видел собственными глазами, ни за что бы не поверил!
Это был молодой франт в золотистом костюме и цилиндре. Он опирался на резную инкрустированную трость с набалдашником в виде клубка змей, которая явно была ему ни к чему.
Он сидел позади Грома.
— Наша Империя воистину безгранична и таит в себе великие чудеса.
Гром мазнул по щеглу безразличным взглядом и хмыкнул:
— Вы разбираетесь в чудесах?
— Что вы! — тонкие губы франта растянулись в ухмылке. — Я простой делец. И от этого аукциона мне нужен всего навсего один предмет. Он не настолько ценен, как та птица, ушедшая за баснословную сумму, и незнакомому с ним человеку он будет совсем бесполезен, — он наклонился ближе и перешел на шипящий шепот: — Потому настоятельно прошу вас, когда придет время, удержать вашу спутницу от лишних волнений. Мне не хотелось бы, что этот предмет попал не в те руки.
Глава воровской банды почему-то сразу понял, о каком предмете распинался щегол.
— Мне бы тоже этого не хотелось, — сказал Гром и отвернулся к сцене.
Вик как раз принес новый лот…
***
Помощница Генерала будто бы ждала от Вика этих вопросов, потому что ответила почти моментально:
— Гром вместе с еще одним человеком тоже будет отвлекать внимание. Но другим способом: они будут растягивать сам аукцион. Это даст остальным членам вашей команды достаточно времени для добычи реликвии.
Вика откровенно забавляло нежелание или странная предосторожность, по которой Марго избегала слова “кража”.
— В случае же, — продолжила она, — если их обнаружат раньше времени или случится любая другая неприятность, которая привлечет внимание охраны — тогда-то в дело вступишь ты. Не считая, разумеется, момента вашего ухода из торгового дома. А насчет второго вопроса…
Девушка замялась, бросив взгляд на своего начальника. Тот кивнул, разрешая ей продолжить.
— После аукцион реликвию не заполучить потому, что помимо нашего заказчика на эту вещь претендует еще один человек. Он из Высоких Садов и сотрудничает с кланом Плюща. А они давно ищут повода, чтобы развязать войну с Железными Клыками.
Вик сразу вспомнил рассказы Лили про Нижний Город. Один из них касался как раз Плюща — второго после Железных Клыков преступного клана. Он контролировал восточные территории Ржавых Холмов и почти все Трущобы.
И если Клыки опирались на механизмы и грубые, силовые методы, но Плющ в большей части на знакомства, деньги и алхимию. Последнее было для Вика самым непонятным.
Но он все же понимал, что не мог допустить войну между кланами. Тогда его бы уже точно не отпустили.
Марго, очевидно, выдав все, что могла по поводу предстоящего дела, состроила надменную гримасу:
— Ну что, Забивной, надеюсь, ты не испугался перспектив?
***
— Бесполезно! Все бесполезно!
Белка с силой швырнула испорченные инструменты в свою сумку.
Вот уже битый час она ломала голову и инструменты о непреодолимую преграду.
Злость переполняла ее, ей хотелось рвать и метать. Она бы даже пнула массивную бронзовую дверь, если бы не рисковала привлечь внимание охраны снаружи и, что важнее, сломать себе ногу.
От бессилия рыжая девушка спиной сползла по неприступной преграде на пол. Рядом опустилась Мышь, на руках которой устроился комок живой слизи.
— Ее не открыть, — с обреченным видом заявила Белка. — Где-то внутри есть секретные запоры, удерживающие сувальды и до которых я просто не могу добраться. Если бы у нас был хотя бы слепок оригинального пятигранного тринадцатизубатого ключа с выдвижным механизмом…
— Давай дождемся Братика, — предложила вдруг Мышь. — Он наверняка что-нибудь придумает.
— Максимум из того, что он сможет сделать — это попытаться открыть дверь своим непробиваемым котелком, — усмехнулась Белка. — Это, конечно, будет ужасно смешно, но абсолютно беспо… какого?!
— Слизя! — подкинулась Мышь.
Челюсть рыжей внезапно отпала. Виной тому стала живая слизь.
Буквально спрыгнув с рук своей беловолосой хозяйки, голубой комок проскользил прямо по отвесному бронзовому полотну двери и с хлюпающим звуком протиснулся внутрь замка.
Девочки переглянулись и одновременно ринулись к скважине.
Белка на правах медвежатницы толкнула напарницу в сторону и заглянула внутрь замка.
Скважина была таких размеров, что в нее свободно помещался женский мизинец. Но при этом обзор внутри нее не был сквозным. Из-за этого Белка увидела только сплошную тьму и едва заметные, шевелящиеся, голубые отблески слизи.
— Крючки! — сказала медвежатница прямо в скважину. — Там должны быть квадратные крючки! Подними их!
Сама же она схватила инструменты и, немного погодя, снова взялась за работу.
Когда сувальды были подцеплены, девушка принялась проворачивать замок. Мышь наблюдала, затаив дыхание.
Раздался щелчок.
Затем второй, третий и так до седьмого.
С каждым проворотом следующий давался все тяжелее и под конец девочкам пришлось налечь на инструменты всем весом.
Наконец с глухим звуком убрался последний, седьмой, язычок.
Воровки переглянулись. Белка ощущала, что ее сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Она была уверена, что они уже провалили свое задание и все, что им оставалось — это как можно скорее сделать отсюда ноги.
Но внезапно какой-то комок непонятной живой слизи помог ей открыть чрезвычайно сложный и редкий защитный механизм, справиться с которым в одиночку она не могла. Это ли не чудо?
Поверить в такое было сложно. Даже когда, навалившись на чудовищно тяжелую дверь, девочки открыли наконец проход во вторую комнату хранилища, они еще некоторое время стояли молча, не в силах поверить в свою удачу.
Комната-сейф оказалась раза в два меньше, чем первая. Предметы в ней лежали в специальных шкафах за толстым стеклом.