Гринтерра (СИ)
На другой стороне ямы дверь начала отворяться и в неё вошёл невысокий парень. По возрасту он был, примерно, ровесником Камалии, но смотрел на неё каким-то нечеловеческим, диким взглядом. Ногти на его руках и ногах были давно не стрижены, а расцарапанное тело было видно сквозь одетое на нём тряпьё.
— Привет. — Кама протянула руку сопернику, но тот кинулся на неё с ужасающим визгом. Казалось, что он хочет её расцарапать или разорвать, но юная Бадд ловко уворачивалась от размашистых ударов дикого недруга. Спарринги с Оби и отцом, в которых она участвовала, не предполагали получение серьёзных травм или глубоких порезов и даже так приходилось тяжело от полученных синяков, поэтому девочка с Тиабата не предполагала, что этот противник бьётся с ней насмерть. — Ты обнять меня хочешь или всё-таки руки пожмём? — но мальчик не слышал голоса своей соперницы, в этом месте ему доказали: либо убьёшь ты, либо тебя. Ловкий кувырок между широко расставленных ног и Камалия взяла его в захват, повалив на песок лицом.
— Ты сдаёшься?
— Аррр!!! — с диким рыком мальчик провернулся, сломав себе ногу в месте захвата и полоснул длинными когтями по спине Камы. Брызнули первые капли крови, и зрители пришли в восторг. Девочка упала на песок и перекатилась к стене. Против неё стоял хромающий противник и медленно пододвигался к ней, подволакивая сломанную ногу.
— Не стоит этого делать. Не надо! — Камалия подняла руки перед собой, выставив ладони перед собой.
— Убей меня! — слёзы из глаз мальчика лились по испачканному песком лицу. В последней попытке он сделал рывок вперёд. Камалия плавно ушла в сторону и кулак юной гринтерки попал в нижнюю часть подбородка, оставив противника без сознания.
УБЕЙ! УБЕЙ! УБЕЙ! — зрители требовали смерти этого ребёнка, словно, если этого не произойдёт, следующий день никогда не наступит. Кама посадила парня у стенки и постучала по своей двери. Которую открыл уже безрадостный Хейч.
***
Коджи лежала на своей кровати. Сегодня у неё появилась новая игрушка, но вот жалость, убивать та отказывается.
“Ну что же? Раз убивать она не хочет, то пускай вырубает своих оппонентов одного за другим. Каждый следующий будет сильнее и опытнее, и кто-нибудь вытянет из неё дикого зверя. Всему своё время.”
В этот момент в кабинет постучался и вошёл Хейч, склонив лысую бледную голову.
— Ты убил того зверёныша?
— Да, как Вы и приказали, госпожа.
— Тогда проверь Жарго с его людьми и доложи мне. Этот работорговец привёз интересную игрушку. — “И кого-то мне эта игрушка напоминает…”
***
Судя по стихшему шуму за решёткой окна, жители города покинули улицы и направились по домам. Ночь это была или же утро было не важно. Через некоторое время возле двери кто-то начал шептаться со стражником и две пары ног приблизились к камере. Звон связки ключей, звук открывающегося замка и на порог шагнул Шион. Старый раб нёс в руках какое-то подобие сапогов.
— Шион! — девочка кинулась старику на шею, совершая прыжок через всё помещение, чем чуть не сбила с ног своего единственного друга в этом месте.
— Тише… Тише милая… — засунув в сапоги руку, старый прохвост достал гребешок и глиняный кувшин с каким-то отваром.
— Что это? — Камалия с интересом заглянула в маленький сосуд и посмотрела на раба своими разноцветными глазами. — И что ты здесь делаешь?
— Тёмная королева купила меня, как человека знающего диалект южных островов. А в кувшине специальная жидкость для промывки ран. Госпожа Коджи приказала позаботиться о тебе.
Сидя в камере, под светом факела Шион ухаживал за располосованной спиной Камалии, хоть раны и не были глубокими, но туда могла попасть зараза и тогда всё могло бы закончиться плачевно. Расчёсывая своей подруге волосы, раб не мог не заметить отличного телосложения гринтерки: мышцы были видны по всему её телу и наблюдая за боем, южанин понял, что пользоваться ими она тоже умеет и, видимо, королева сделала такой же вывод. Девочка казалась ему смышлёной и доброй, но это отнюдь не спасает жизнь в таких местах, а лишь приближает кончину. Камалия также примерила принесённые ичиги, сапоги, что он принёс. Они показались Камалии лишним атрибутом её одежды, тем более она не привыкла носить обувь и босиком чувствовала себя намного увереннее. Из старой белой рубахи с рынка рабов Кама сделала себе пару бинтов, которыми обмотала свои кисти. На Тиабате девочка часто сбивала кулаки в кровь во время тренировок с отцом, и ей приходилось делать тоже самое.
Когда наступило утро, Гаргарос начал заполняться воинами Дома Ели, а также гостями города, старый раб переложил спящую девочку со своих колен на шкуры и покинул камеру.
Следующие дни были короче предыдущих, Камалия тренировалась в своей камере, вспоминая все наставления отца. Решимость покинуть это место не покидала её сердце и наполняла его отвагой. Второй бой был закончен, едва успев начаться и также прошёл третий. Последнему оппоненту кто-то из зрителей скинул кинжал и юной воительнице пришлось выкручиваться из ситуации. Самое страшное было то, что пользоваться холодным оружием этот боец умел и не стеснялся бить в самые уязвимые точки. Но клинок был выбит из ладони точным ударом ноги по запястью, а дальше воспользовавшись замешательством своего противника девочка попала другой ногой в солнечное сплетение, чем и закончила поединок.
***
— Какая у неё фамилия?! — Коджи выронила бокал с вином и по её лицу нельзя было сказать довольна она или зла, но вот удивление в глазах тёмной королевы читалось чётко. Таким лицо этой женщины не видел никто много десятилетий. Напротив неё стоял старый мужчина с седыми волосами и смуглой кожей. — Шион, если ты врёшь, то я лично сдеру с тебя кожу и обтяну ей Великую Ель.
— Она сама так сказала. Её фамилия Бадд, моя госпожа. Девочка верит мне, ей нет смысла лгать.
— Верит значит… — черноволосая властительница Дома Ели взяла новый бокал и налила вино из серебренного графина. — Хейч! — в кабинет вошла права рука владыки Адаида. — Ты узнал, как дела у Жарго?
— Они ещё не покинули Адаид, госпожа Ренней. У них не хватило времени на запас провизии. Слишком много кораблей в последнее время сделали на него заказы и их очередь ещё не подошла.
Выпив полный бокал залпом, Коджи поставила его на стол с такой силой, что ненароком сломала ему ножку.
— Хейч, возьми людей и перережь глотки всей команде «Призрака», сгрузи их на корабль и отправь с каким-нибудь надоевшим тебе придурком на скалы Цербера, или сделай так, чтобы корабль разлетелся в щепки подальше от нашего порта.
— Как прикажете, госпожа Ренней. — гнусавая улыбка на лысой голове, казалось, почти не покидает это дикое лицо.
— А для тебя, Шион, у меня есть особое задание… — с лёгкой ухмылкой оценила она своего переводчика.
***
— А теперь, мы представляем вашему вниманию потрясающего бойца! Его сила поражает! Обладатель одного из самых редких знаков континента! Этот боец смог оторвать конечность взрослому мужчине голыми руками, и это пока его колошматили дубинками! Гирион! — представитель бойца, по совместительству слуга владельца этого раба отошёл в сторону, когда закованного в цепи ребёнка тринадцати лет с мощным торсом ввели на арену. А с противоположной стороны бойцовской ямы открылась другая дверь.
— Самый непокорный участник боёв! Она отказывается убивать, но оставляет своих противников без сознания! Самый быстрый боец, выходивший на эту арену! Лия! — Хейч ловил аплодисменты и тонул в авациях шлюх, воров и убийц. Это имя дала Камалии госпожа Коджи, и теперь зрители знают, как зовут их любимицу.
Кама же зашла в яму и взглядом полным удивления проводила своего представителя.
“Лия? Они просто взяли окончание моего имени? Но зачем?”
Представители бойцов покинули яму и оставили рабов наедине друг с другом.
— Сними с меня цепи! Чтобы я мог драться как мужчина! — молодой человек лежал на земле, всё ещё скованный цепями. Его явно не хотели освобождать и оставили это дело Лие.