Мой любимый менталист

Рассказ Гар-риса, повествующего о планете, был интересен. Он подчеркивал его множеством голограмм, параллельно отвечал на наши вопросы, если они возникали по ходу его лекции. И, все же не удержался, расспросил нас о Рейве. Отвечали в основном Дин и Ранк, а я и Снежана лишь изредка вставляли какие-то свои замечания.
Через полтора часа мы сделали перерыв, и Гар-рис, извинившись, ушел, добавив, что к нам подойдет один из старших учеников. Он загрузит нужный фильм и ответит на наши вопросы, если они возникнут. Но по словам ариата-преподавателя, их остаться у нас не должно.
Шан, тот самый старший ученик, которого пообещал Гар-рис, появился через несколько минут после его ухода. Светловолосый, кареглазый и вполне приветливый. Может, зря наговаривают про ариатов, что они замкнутые и нелюдимые? Или же нам пока попались исключения из правил?
Мы принялись смотреть фильм, и внутри меня росло какое-то непонятное чувство тревоги. Я не сразу поняла, чем оно вызвано. Нам все время рассказывали о планете, ее истории, географии, растениях и животных, климате, городах, но ни разу дело не коснулось самих ариатов. И это заставляло задуматься. Было странным, что мы так ничего толком о них не узнали, как и о их способностях к менталистике.
В конце занятия я не удержалась и спросила напрямую, и Шан, поднимаясь, спокойно сказал:
– Прежде чем получить ответы на эти вопросы, вам придется подписать соглашение о неразглашении.
– Что?
Дин и Ранк моментально собрались, принимая воинственную позу, Снежана побледнела, а я немного растерялась.
– Ариата – закрытая планета, – напомнил Шан.
– Да вы только что рассказали нам о ней все, что можно! – выпалила Снежана, сердито смотря на мужчину.
Но мы с парнями промолчали. Нам рассказали только известные факты более подробно, чем нужно.
– Все вопросы к нару Маркусу. Именно он будет курировать вашу группу.
– И где же нам его найти? – поинтересовался Дин, сощурившись и смотря на ариата совсем нехорошо.
– У вас встреча с ним после обеда. Он будет вести ваши практические занятия. И после подписания нужных бумаг, полагаю, ответит на все ваши вопросы.
– Что будет, если я откажусь? – спросила Снежана, сверкая сердитыми искрами во взгляде. – Что будет, если мы все откажемся?
Нет, нам только бунта не хватало! Именно тогда, когда мы почти беззащитны. Одни ведь на этой планете, без всякой поддержки и помощи, если так посмотреть. И случись с нами что, с Рейва подмога будет добираться… почти четыре месяца, если без гиперпрыжков.
– Если осмелитесь, задайте этот вопрос нару Маркусу, – хмуро ответил Шан. – И получите исчерпывающий ответ.
Надо ли говорить, что после такого разговора, в столовую мы спустились напряженные и настороженные. К стойке раздачи не пошли, сначала загрузили состав блюд в специальную программу, чтобы проверить, что для нас, землян, годится в пищу.
Я взяла салат, запеченую рыбу и на десерт – мусс, напоминающий наше земное мороженое. Ребята предсказуемо выбрали мясные стейки, а Снежана отделалась салатом и соком.
За обедом мы почти не разговаривали, лишь посматривали в сторону ариатов. Несколько раз я чувствовала, как пытаются проникнуть в мою память, считать мысли. Действовали скорее из любопытства, чем надеялись узнать какие-то тайны, но тем не менее, менталисты здесь сильные.
Снежана, похоже, никакого вмешательства со стороны не ощущала. По крайней мере, она даже не морщилась, а вот Дин и Ранк морщились и хмурились.
– Как хорошо, что нам с детства ставят щиты от ментального вмешательства, а после каждый год обновляют, – заметил Ранк.
– Ты же знаешь, что для менталистов третьего уровня способностей, они не помеха. Особенно, если они займутся тобой всерьез,– ответил Дин, ставя на стол красноватый напиток и недобро поглядывая на группу студентов в фиолетовой форме.
Да все мы, разделенные по цветам, просто мишени друг для друга!
– Ой, да много ты знаешь таких специалистов! – хмыкнул неунывающий Ранк.
– Да хотя бы взять того, что разделался с пиратами на межзвездном транспортнике! – заметил Дин. – Жаль, что мы с ним не встретимся! Я бы реально хотел у него многому научиться.
 
– Так бы и стал он с вами возиться! – насмешливо заметила Снежана, изящно отодвигая поднос с пустой посудой. – Он – птица совсем другого полета. Зачем ему вообще кого-то чему-то учить?
Ребята принялись спорить, а у меня вдруг внутри все перевернулось. Словно тот, о ком мы говорили, неожиданно оказался совсем рядом. Но такого ведь не может быть! Откуда нару Веэйрасу взяться в Ариатской Звездной Академии?
И сколько бы я отдала за возможность его увидеть?
Внутри все дрожало от странного предвкушения, почти предчувствия… Никогда не испытывала ничего подобного. Еще одна грань дара, которая проявилась, когда я стала менталистом третьего уровня? Или я на себя накрутила?
Молча поднялась, не вслушиваясь в спор о менталистах, и отнесла поднос с пустой посудой. Остальные последовали моему примеру. До первого практического занятия оставалось всего ничего.
– Вам не кажется странным, что нам прислали расписание только на один день занятий? – спросил Ранк, когда мы вошли в скоростной лифт.
– Да мне вообще все здесь, на этой планете, кажется странным! – заявила Снежана.
А мне удивительным. Одно настоящее небо чего стоит! И никаких куполов, создающих иллюзии и необходимые излучения для организма, чтобы поддерживать климатические условия. Никогда не думала, какую ценность это может для меня иметь!
Да и в отличие от ребят, у которых оставался шанс вернуться на Рейв, у меня этого выбора не было. «Не возвращайтесь. Сделайте все возможное и невозможное, чтобы остаться на Ариате…». Слова декана Арана все еще звучали внутри, напоминали о моей цели. И раз так сложились обстоятельства, я готова искать лучшее, находить и… Как можно улететь с планеты, где живет мужчина, в которого я умудрилась влюбиться?
Раньше бы я сказала, что ничего о нем не знаю, это все глупости… Но порой выбирает сердце. И теперь… уже теперь я знала. Он – сильный и смелый, благородный и с не самым простым характером, чуткий и замкнутый, потому что жизнь человека со способностями не может быть простой и легкой. У меня до этого был дар второго уровня, который присвоили с натяжкой, и даже с ним оказалось сложно найти друзей. Тех, кто не станет бояться, даже имея ментальную защиту.
Дверцы лифта распахнулись, выпуская нас наружу, и внутри меня поднялась непонятная жаркая волна.
Что за напасть? Проявление дара? Или что?
Я терялась в догадках, пока шла за ребятами к нужной аудитории. Замер на пороге Дин, словно наткнулся на стену, вытаращился на кого-то Ранк, сдавленно пискнула Снежана и почему-то спряталась за парней. И я не понимая этой реакции, шагнула вперед.
Мужчина стоял возле окна, и еще не успел даже обернуться, но я уже знала, кто передо мной. По прямой спине и выправке, по коротким волосам и наклону голову. По тому сумасшедшему чувству, от которого подкашивались колени, а в горле застревали слова.
Мгновение – и он обернулся, встретился со мной взглядом, и все вокруг перевернулось. Я смотрела в эти зеленые колдовские глаза, всматривалась в каждую черточку, скользила по знакомому черному костюму, и снова забывала, как дышать.
Он выдохнул первым. Сделал пару шагов вперед, к замершим нам.
– Добрый день! Я – Маркус Вейэрас. Ваш куратор, преподаватель по практическим занятиям и руководитель вашей практики. Проходите.
Нервно сглотнул Ранк, сделал уверенно шаг Дин, по-прежнему, таращась на нара Маркуса, потянулась за ребятами Снежана. Я опомнилась чуть позднее, слишком силен был эффект от неожиданной встречи.
Аудитория была пуста. Никакой мебели, ковров, проекторов.
Прозвенел звонок, и комната погрузилась в тишину.
– Прежде чем мы начнем разговор, и вы станете задавать вопросы, необходимо подписать соглашение о неразглашении. Оно пожизненное. Плюс я сразу предупреждаю, что наложу ментальный блок. И никому об Ариате и ее жителях вы рассказать не сможете.