Люблю твою жену (СИ)

Он хотел уйти и думал, что я так легко соглашусь его отпустить.
Рад открыл передо мной дверь своего кабинета, пропуская вперёд. И я пошла. И на улицу за ним тоже пошла. И в машину его демонстративно села и даже пристегнулась ремнём безопасности.
— Наташа, выйди, пожалуйста, — скомандовал он, но я качнула головой.
— Я с тобой поеду.
— У меня нет времени всё объяснять. Просто выйди. Сейчас.
— Нет.
— Упрямая, да?
— Да. Если тебе что-то не подходит, то можешь насильно выставить меня за дверь, но это будет последней каплей!
Он ничего не сказал, лишь ухмыльнулся и потянулся к ключу зажигания.
Я не знала, зачем устроила этот спектакль и залезла к нему в машину. Внутри меня бушевал ураган. Я не понимала, что происходит, но безумно боялась отпускать Радмира. Мне казалось, что он сейчас уйдёт и больше никогда не вернётся.
Мы выехали на трассу и я даже понятия не имела, куда и зачем мы едем. Но вовремя сообразила позвонить Танюхе и попросить её забрать Лизку из садика. Подруга стала переживать, забрасывать вопросами, но я сказала, что потом всё объясню и быстро нажала на красную трубку, завершая вызов.
Я заметила, что Рад нервничает ещё пару минут назад, но спрашивать не стала. Но сейчас, когда с нами поравнялся один внедорожник и стал прижимать к обочине, я реально испугалась.
— Что происходит, Рад?
Он не ответил, лишь увеличил скорость и вырвался вперёд. Я посмотрела в зеркало заднего вида и внутри меня всё похолодело.
Нет! Мне определённо не показалось и тот внедорожник пытается нас догнать.
Я испуганно захлопала ресницами. И не придумав ничего лучшего, стала читать про себя “Отче наш”.
А затем случился какой-то громкий хлопок и я не сразу поняла, что в нас стреляют.
Я повернула голову влево, но Радмир по-прежнему выглядел сосредоточенным на дороге, словно его больше ничего не беспокоило.
— В нас только что стреляли? — спросила я резко охрипшим голосом. В ответ он лишь кивнул и я не успела ничего сообразить, как раздался ещё один хлопок и машину бросило в занос
Я видела, как Рад пытается справиться с управлением, а ещё я слышала звук резиновых покрышек, трущихся об асфальт… и это всё резало моё сердце без ножа.
Мы выехали на встречку и последнее, что я успела заметить, так это огромную "фуру", несущуюся прямо на нас.
Последние секунды перед тем как я отключилась, длились очень долго. Словно в замедленной киноленте наблюдала за тем, как наша машина переворачивается на крышу, затем становится на колёса и летит вниз, в кювет.
Я помню, как пыталась за что-нибудь ухватиться, но оглушительный звук разом отключил всё сознание и в итоге я провалилась в пустоту.
Очнулась от того, что кто-то бьёт меня по щекам.
Лицо незнакомое. Мужское.
Я распахнула глаза. Проморгалась. И меня будто током прошибло, когда я вспомнила последние события.
  
Эпилог
 
Я лежала в больнице в VIP палате. Одна. С огромным плазменным телевизором на стене. Щёлкала пультом, бездумно переключая каналы, как раздался стук в дверь. Я даже ответить ничего не успела, потому что дверь распахнулась и моему взор предстал высокий мужчина.
Это был не врач. Мне стало это ясно по небрежно накинутому на плечи халату и чёрных кожаных туфлях, начищенных до блеска.
Увидев меня, мужчина лениво улыбнулся и двинулся навстречу. Я не испугалась его, но сердце всё-равно забилось чаще.
Когда мужчина подошёл ближе, его лицо мне показалось знакомым. Я попыталась вспомнить, но увы. Возможно, всему виной следствие черепно-мозговой травмы, что я получила после аварии, а возможно, я действительно не знаю этого человека.
— Здравствуйте, Наталья. Меня зовут Марк, — произнёс спокойным голосом мужчина.
Я лишь кивнула ему и только сейчас заметила, что он пришёл с пакетом, который до сих пор держал в руке, не зная, куда его приткнуть
— Можете положить пакет на тумбочку, если это мне.
Марк подошёл к тумбе и молча оставил там пакет.
— Вы меня уже видели один раз, но возможно, не помните. Я друг Радмира, — сказал Марк и у меня внутри всё перевернулось.
 
— Как он? Почему его нет в больнице? Врачи ничего не знают, а я тут с ума схожу от неизвестности.
Я засуетилась. Поудобнее села на кровати и стала ждать, когда Марк расскажет мне про своего друга хоть что-то! Я же вся извелась за эту неделю, что валяюсь на больничной койке. Помню, что нас увезли на разных машинах скорой помощи. Но я отчётливо видела Рада живым!
Он жив, но только почему-то не в той же самой больнице, что и я. Хотя кто-то же позаботился о том, чтобы меня определили в “випку”, а не обычную палату на восемь коек или сколько там бывает мест?
— Радмир сейчас в Швейцарии. В частной клинике. Его готовят к непростой операции.
— Господи… — только и смогла произнести, чувствуя, как ускоряется пульс, а горло сжимает словно стальными тисками. — Он сильно пострадал?
— Да. Удар был со стороны водителя. Чудо, что остался жив.
И мы вдруг замолчали. Было видно, что Марку Рад очень близкий человек и ему безумно тяжело говорить сейчас со мной о своём друге.
— Я вот зачем пришёл, Наталья, — порывшись во внутреннем кармане куртки, мужчина достал оттуда банковскую карту и хотел передать её мне, — возьмите, пожалуйста. Эти деньги вам пригодятся.
Я закачала головой и прошептала губами: “Зачем”?
— Так Радмир хотел. Он просил меня позаботиться о вас.
Марк молча оставил карточку на прикроватной тумбочке, а потом решил уйти. Но перед самой дверью он вдруг остановился и обернулся. Улыбнулся как-то устало и сказал:
— Наташа, не ждите его. Забудьте всё, что было и возвращайтесь к мужу.
— То есть как?
— Операция будет сложной и есть вероятность, что она закончится плохо.
— Зачем вы меня пугаете? Рад сильный. Он справится. Ведь справится же?
— Я не знаю, Наташа. Это известно одному только богу.
— Марк, подождите, — крикнула мужчине вслед, когда он уже собирался закрыть за собой дверь, — дайте мне знать, когда Радмира прооперируют. Пожалуйста.
— Хорошо, — ответил мужчина и тихо закрыл за собой дверь.
* * *
Меня выписали из больницы через несколько дней. Я всё ещё хромала, рука в гипсе, но зато уверенно шла на поправку. Врачи говорили, что я родилась в рубашке, потому что всё могло оказаться гораздо хуже, но бог меня миловал.
Танюха, увидев меня в коридоре, приветливо махнула рукой, а Лизка рванула навстречу и вскоре оказалась стоять напротив меня.
— Мамочка, ура! Я так соскучилась, — я нагнулась, чтобы одной рукой обнять малышку, прижать к своей груди и поцеловать.
— Ну привет, моя бронированная, — засмеялась Танюха и тоже подошла ближе, чтобы чмокнуть меня в щеку.
— Это временная пластина, — я кивнула на гипс, улыбаясь.
На душе было как никогда хорошо за последние дни.
Втроём мы покинули больницу и сели в машину такси. Я удобно расположилась на заднем сиденье и стала шарить рукой в кармане, чтобы заглянуть в телефон. Я ожидала весточки от Марка. Сто раз на день заглядывала во входящие СМС, надеясь, увидеть там хорошие новости.
И увидела. Сегодня. Когда такси выруливало со двора городской больницы.
Я прочитала сообщение трижды к ряду. И каждый раз меня будто окатывало ведром ледяной воды.
А потом я зажала рот рукой и прикусила до боли указательный палец, чтобы не заорать во всё горло, что его больше нет…
Его нет!
Он не перенёс тяжёлую операцию и умер.
Конец первой книги.