Моя Оборона! Лихие 90-е (СИ)

— Ну все, ты труп! — Прохрипел он, когда обернулся. — Все! Уже мертвец! Хана тебе! Урою!
Бриалинщик прямо-таки горел от злости: лицо его раскраснелось, волосы растрепались еще сильнее, костюм, особенно в плечах, сильно помялся. Если раньше он и пытался подражать внешнему виду какого-нибудь зарубежного гангстера, то сейчас это у него слабо получалось.
— Ну давай, — нахмурился я. — Урой.
Видя мой холодный, тяжелый взгляд, он подуспокоился, выпрямился и одернул пиджак.
— Кто тебя просил лезть в Кулымовы дела? А?
Я немного удивился его вопросу. Изогнул от любопытства бровь.
— Че? А при чем тут Кулым?
Словно опомнившись, он замолчал и вроде бы даже смутился. Я совсем недолго соображал, в чем тут могло быть дело. Вспомнил, как он встречал Марину, когда мы привезли ее к Граалю, вспомнил, как Кулым упоминал, что его люди не успели найти девушку достаточно быстро. Вернее, вообще не успели. Ха! У них че? С Мариной че-то было? Или он просто приревновал, как пацан, блин!
Я окинул парня оценивающим взглядом. В сущности, он и был все еще пацаном. Двадцать три, ну максимум двадцать пять лет.
— Не причем, — сказал он, сверля меня взглядом. — В том то и дело, что ни при чём! Я не посмотрю, что он с тобой любезничал, понял? Давай встретимся, побазарим, а? Как нормальные люди, или че? Порешаем, что да как!
— А о чем базарить будем? — Я хмыкнул. — Что я тебе место не уступил за барной стойкой?
— Нахрен ты влез? Я бы нашел Марину Иосифовну, если б ты не заявился! Ты мне дорогу перешел, как там тебя? Летов? Дорогу! Понял? Из-за тебя у меня с Кулымом проблемы были! Я авторитетный человек! — Он ударил себя в грудь. — А из-за тебя на меня теперь мои же пацаны косо смотрят!
— Ну давай, — я спустился со ступенек. — Давай побазарим, раз так.
— Не-не, не сейчас. Давай по-человечески, по-пацански. Завтра в шесть вечера на промзоне, на кирпичном. Побазарим, как надо. Выясним, кто в этой ситуации неправ. Я с тебя и перед своими, и перед твоими пацанами спрошу за беспредел!
— Спрашивай с кого хочешь, — ответил я.
— Че, зассал? — Выпучил набриалиненный глаза.
— Тебя как хоть зовут, припадочный?
— А тебе какое дело?
— Георгий Матвеевич! — Выбежал вдруг из Ресторана полный мужчина. — Вы забыли!
В руках он нес пальто, которое, видать, принадлежало бриалинщику. Видя наши лица, когда мы разом глянули на мужика, он застыл. На физиономии отразился страх.
— Я… я принес пальто ваше. Вы забыли…
— Давай сюда, — буркнул бриолинщик, которого звали Георгием, Гошей, значит.
Мужик деликатно спустился, протянул ему верхнюю одежду, и Гоша грубо вырвал ее из рук мужичка.
— Ваш… ваша… В общем, мы подобрали и… — замямлил мужик.
— Пистолет потом заберу, — сказал Гоша.
Полненький мужичок кивнул и тут же скрылся в дверях Ресторана.
— Гоша, значит, — сказал я. — А ты не боишься, Гоша, что еще сильнее провалишься в глазах своих пацанов, если завтра решишь со мной побазарить?
— Че, зассал⁈
— Да нет, не зассал, — я сунул руки в карманы. — Просто если, в итоге окажется, что ты сорвал всех на стрелку из-за девчонки, то будет как-то совсем стыдно перед пацанами.
Георгий побледнел, в глазах его блеснуло что-то, что можно было бы назвать сомнением, но быстро взял себя в руки.
— Завтра. Кирпичный. Шесть часов вечера. — Отрывисто пролаял он.
— Лады, — кивнул я. — Кирпичный так кирпичный.
Когда я вернулся в «РесторанЪ», чтобы отыскать хозяина, оказалось, что тот неловкий толстячок, что вытянул Гоше его пальто и был хозяином заведения. Он, конечно, побухтел, что я устроил в его кабаке беспорядок, но все же мы смогли с ним договориться на то, что меня подменит Женя.
Оказалось, что мужичок владеет несколькими ресторанами, большинство из которых находятся на Черемушках, под крышей тамошних авторитетов.
Домой я поехал спустя минут пять. Нужно было еще сообщить Степанычу о том, что у нас намечаются веселенькие, почти деловые переговоры. Потому, на полпути к дому, я решил завернуть на ту сторону широкой улицы Розы Люксембург и погнал в сторону Жукова, туда, где висели у здания почты телефоны-автоматы.
 
Степаныч, как обычно, в это время был дома, и я смог дозвониться ему на домашний телефон.
— Что-что? Какая стрелка? — Удивился он, когда я рассказал ему подробности о моей с Гошей встрече. — Вот сукин сын, чего ему спокойно не сидится?
— Да черт его знает. Обиделся на меня что-то, — ухмыльнулся в трубку я.
— Ладно, добро. Я позвоню мужикам. Есть у меня на примете пара человек, кто поддержит, так сказать, грубой силой.
— Степаныч.
— А?
— А не могут они приехать на стрелку в полном обмундировании и с автоматами?
— Ага, и муху с собой прихватят. А как же. Витя, ну ты че, какое полное обмундирование? Они ж из действующего спецназа! Да и с бандюками они могут разговаривать только тогда, когда те мордой в пол лежат. Только по моей просьбе с места срываются!
— Да ладно, Степаныч. Шучу я.
— Тоже мне… — хмыкнул он сердито. — Шутки у тебя.
— А как тут без шуток? Сейчас такие времена, что либо шути, либо плачь.
Распрощавшись со Степанычем, я хотел уже идти в машину. Ветер разыгрался еще сильнее и продувал осеннюю кожанку насквозь. Однако, заметив кое-что на козырьке телефона, я замер.
Внутри, над одним из аппаратов, на клей был прилеплен кусок тетрадной бумаги с номером телефона и припиской «Юрист, адвокат, правовые вопросы». Недолго думая, я сорвал хлипко прикрепленную бумажку, глянул, не повредился ли номер и сунул ее в карман.
В моей прошлой жизни все вопросы по подготовке документов взял на себя юрист, который работал у Злобина. Естественно, услуги его все равно пришлось оплатить. Теперь же специалиста придется искать мне самому.
Я решил позвонить по этому номеру почти сразу, однако услышал только долгие гудки. Ну еще бы, все же было уже довольно поздно. Может, завтра ответят?
Конечно, я знал, что в Армавире работает достаточно юристов, и кое-какой выбор у меня был. Однако, надо же с чего-то начинать?
На следующее утро, когда сосед Сережа с женой уехали куда-то по делам, а рыжий мясуховский гопник Гена и вовсе еще не вернулся, я попросил хозяйку позвонить.
— Да, конечно, Витя, — сказала она. — Кстати, Гена не ночевал.
— Я заметил, — ответил я, входя в ее комнату.
— Это ты? Ты его куда-то спровадил?
— Нет, — покачал я головой. — Пока что не я. Не безобразничает?
— Не! Как ты Игоря прогнал, стал тише воды ниже травы.
— Ну и хорошо. Это он на время притих. Скоро займусь им как надо. Пойдет искать другое жилье.
Юристу я все же дозвонился, на том конце ответил высоковатый мужской голос.
— Да-да, Шнепперсон слушает.
— Я бы хотел… — Начал я, но меня тут же перебили.
— Прежде чем мы продолжим наш разговор, — начали важно на том конце, — я бы хотел сказать, что я ничего-таки не покупаю. Ни вещи, ни украшения, ни эзотерическую литературу. Я не нуждаюсь в услугах экстрасенса или в амулетах, приносящих удачу и деньги. Я не покупаю и не продаю государственные облигации. А также не меняю и не обналичиваю их.
— Ого, — буркнул я. — Прямо крик души.
— Если ничего из этого вы таки не предлагаете, я готов выслушать вас дальше.
— Скажите, я попал к юристу?
На том конце на мгновение воцарилась тишина. У меня на миг создалось впечатление, что мой собеседник потерял дар речи, или и вовсе умер от такого «неожиданного» вопроса.
— Что-что? — Произнес он с придыханием. — Я не ослышался? Вам нужен юрист?
— Не ослышался.
— Значит, вы… клиент?
— Ну да. А что тут удивительного?
Мой собеседник выдал что-то радостное на иностранном языке. Насколько я смог определить, в силу скромных моих знаний, язык был идишем.
— Ну что ж! Тогда Лев Исакович Шнепперсон таки к вашим услугам! — Сказал он наконец. — Какой у вас вопрос?
— Открываю акционерное общество и на его фундаменте охранное агентство. Мне нужно составить уставные документы.