Невыносимая шестерка Тристы (ЛП)
Я не люблю ее.
Но у меня кружится голова в тот момент, когда слова проносятся в моей голове. Я не люблю ее.
Брат уходит, его слова повисают в воздухе, пока он поднимается по лестнице. Спустя мгновение я поднимаюсь следом. Он исчезает в своей комнате, и я хватаюсь за дверную ручку, уже приготовившись убежать в свою, но дверь спальни Айрона открывается.
Оттуда выходит рыжая девушка в рваных джинсах и обрезанной розовой футболке, Даллас натягивает джинсы, следуя за ней, а Айрон все еще лежит в отключке на кровати в углу.
Эми закрывает дверь, но не раньше, чем Даллас подмигивает мне с дерьмовой ухмылкой на лице.
Фу, серьезно? Какого черта? Как такое произошло? Черт. Похоже, все стало интереснее после того, как мы ушли прошлой ночью.
Эми поправляет бретели лифчика под рубашкой и поднимает глаза, замирая, когда замечает меня.
Блестяще. Этот день начался две минуты назад и уже настолько отвратителен. Нам с Клэй не стоило вставать с кровати.
Эми вздыхает, румянец заливает ее щеки, когда она подходит ко мне. Я злюсь, но не совсем понимаю почему.
Может, потому что мои братья ни с того ни с сего спят с моими товарищами по команде? Потому что Эми кончила в этом доме? Потому что Святые, вероятно, обращаются с этим домом как с борделем? Выбирайте сами.
Она останавливается передо мной.
— Могу я, пожалуйста, попросить тебя сохранить это в тайне?
Что именно? Тройничок, который у тебя только что был с двумя мужчинами постарше?
— И я не расскажу про тебя и Клэй, — как бы между прочим добавляет она.
Я прищуриваюсь. Эми знает?
Ладно, плевать.
— Хорошо.
Хотя я в любом бы случае не стала бы сплетничать. Для меня Эми, занимающаяся сексом с членами моей семьи, не повод для гордости.
Но я сомневаюсь.
— Ты в порядке? — спрашиваю я, просто чтобы убедиться. Они опытные. Эми — нет, и я не хочу, чтобы она вдруг почувствовала себя виноватой из-за того, что там произошло.
Не то чтобы я думала, что Даллас и Айрон заставили бы ее оказаться в ситуации, когда ей стало бы некомфортно, но все же это мог быть для нее перебор.
Но она лишь расплывается в улыбке, не выражая ни малейшего сожаления.
— Клэй в порядке? — дразнит она.
Я открываю дверь и захожу в свою комнату.
— Отвали, Эми.
И хлопаю дверью, счастливая от того, что могу продолжить нашу молчаливую ненависть друг к другу.
***
— Тебе когда-нибудь казалось, что ты словно проживаешь один и тот же день снова и снова? — спрашивает Бекс.
Она бросает свою морковку на обеденный стол, и я снимаю еще одну нитку со своей сырной палочки, щелкая на видео в «Тиктоке».
— Раньше — да, — отвечаю ей.
Честно говоря, я никогда, по сути, не считала это чем-то плохим. Просто период ожидания, который мне нужно пройти, прежде чем я поступлю в колледж и начну свою настоящую жизнь.
— Что изменилось? — интересуется она, когда Хлоя садится рядом со мной со своим подносом. — Мне нужен совет.
Улыбаюсь сама себе, но не рассказываю про Клэй. Она — это то, что изменилось. Мне определенно не скучно. И мне хотелось бы поговорить с кем-нибудь о ней.
— Я уезжаю отсюда, — вместо этого говорю ей. — Вот что изменилось.
— Дартмут, — Хлоя притворяется, что дрожит. — Будет холодно.
— Правда? — вздыхаю я. — Вот черт.
Люди продолжают говорить это так, словно я не в курсе, что увижу снег в Нью-Гэмпшире.
— Если ты поступила в Дартмут, то сможешь поступить и в Тулейн, — отмечает Бекс. — Серьезно.
— Хмм… — я задумываюсь, взвешиваю все за и против. — В нескольких минутах езды от Нью-Йорка, Бостона и Филадельфии, или больше насекомых размером с мой кулак, или стоградусная влажность. Трудное решение.
Бекс улыбается, продолжая есть свою морковь. Я всегда смогу приехать в Новый Орлеан. Я уже сделала свой выбор.
— Я заказала лимузин на выпускной, — Хлоя толкает меня локтем в плечо. — За свой счет.
Я смотрю на нее и вспоминаю. Выпускной.
— Хорошо, — замолкаю и пытаюсь подобрать слова. — На случай, если у нас не будет пар?
На случай, если я не пойду с Клэй, а я уверена, так и будет, потому что Мэйкон прав, но было бы просто идеально пойти с ней. У нас все еще есть месяц. Многое может произойти за это время.
— Точно, — соглашается она. — Тебе стоит надеть что-то фиолетовое.
— Я не… ношу фиолетовое.
— Тогда красное? С твоими черными волосами это будет выглядеть потрясающе.
— Черный, — заявляю я.
Но потом она смотрит на меня, ее розовые губы увлажнились от того, что она слизала хумус с крекера.
— С красным бельем?
Ее тон мягкий и поддразнивающий, и от осознания этого волоски у меня на руках встают дыбом. Она флиртует.
— Возможно.
Хлоя красивая, и она не будет скрывать меня. С ней было бы легче.
Я смотрю через плечо и вижу Клэй в компании своих друзей, она смотрит на задание, которое пытается закончить перед уроком. Она поднимает на меня взгляд, будто точно знает, где я сижу, и перед глазами появляется картинка: Клэй лежит на мне в душе, вода стекает по ее телу. Идеальная девушка с идеальными волосами и маленьким секретом.
С Хлоей и правда было бы легче. Но даже если бы я встретила ее до наших отношений с Клэй, то все равно не смогла бы устоять при одном взгляде на нее. Как только бы Клэй заговорила, я бы ничего так не желала, как заставить ее видеть только меня.
— Мне нравится этот браслет, — Хлоя прикасается к металлическому символу на кожаном ремешке. — Песочные часы.
Я убираю руку.
— Да, это типа семейный знак. — Я встаю, хватаю свои вещи и мусор. — Мне нужно идти, — говорю я.
Но, когда я бросаю все в мусорное ведро, Хлоя касается моей руки, останавливая меня. Я поворачиваюсь и вижу, что она стоит прямо передо мной.
— У тебя есть девушка? — спрашивает она.
Что?
Боже. Почти четыре года в этой школе, и теперь люди хотят, чтобы я чувствовала себя любимой и принятой?
— Извини, я спросила мисс Мартелл, — объясняет она, — чтобы не опозориться, прежде чем позову тебя на свидание, и она сказала, что у тебя вроде как никого нет. Не хочешь прогуляться со мной?
Я бросаю взгляд на Клэй, замечая, что она наблюдает за нами. В ее взгляде читается, что я принадлежу ей. Я принадлежу ей.
Это занимает всего секунду, и я снова встречаюсь взглядом с Хлоей.
— У меня есть девушка, — мягко говорю я.
Я принадлежу кому-то.
— Но ты не пойдешь с ней на выпускной?
Сдерживаюсь, чтобы вновь не посмотреть в сторону Клэй.
— Возможно. — Я надеюсь. — Прости. Это…
— Сложно, — заканчивает Хлоя за меня. — Все нормально. Мне кажется, я догадывалась. Точнее, как ты можешь быть свободна, верно?
Да, верно.
— Увидимся на выходных, — говорю я.
Я ухожу, направляясь к своему шкафчику, и чувствую себя не очень хорошо. Если бы Клэй не участвовала в этой игре, я бы согласилась. Как хорошо было бы обладать кем-то в любое время, когда я захочу?
Останавливаюсь у своего шкафчика и смотрю в коридор, вижу Марка Кальдерона, склоняющегося к Софии Эррере, их шепот и язык тела говорит о возбуждении.
Как хорошо было бы стоять так близко к Клэй в любое время, когда захочу и где захочу, как они?
У меня могло бы завязаться что-то подобное с кем-то вроде Хлои или Меган. И я смогу получить это, когда уеду в колледж.
Но мне действительно нравится моя чертовски сумасшедшая кукла Барби с ртом, который выводит меня из себя в одну минуту, и руками, которые держат меня так крепко, что мне наплевать, смогу ли я дышать в следующую.
Я открываю шкафчик, и из него выпадает листок бумаги.
Наклоняюсь, чтобы поднять его, и разворачиваю листок.
Страх охватывает меня. Наверное, это письмо, наполненное ненавистью. Угроза. Это будет не в первый раз.
Я почти комкаю его, но вижу слова и начинаю читать.
Девушка, отражающаяся в зеркале, никогда не похожа на меня, написано черными буквами.