Невыносимая шестерка Тристы (ЛП)

— Мы поедем с тобой! — Эми проскакивает мимо меня, ведя за собой незнакомого мне парня, а я стою там, глядя, как Лив переступает с ноги на ногу, капли дождя стекают по ее ногам. Мы встречаемся взглядами, и через мгновение она в нескольких дюймах от меня сворачивает налево по тротуару. Она исчезает за углом школы, прячась под деревьями, как я ей и сказала.
Так, чтобы я могла ее забрать.
Черт. Я бегу к своей машине, готовая сказать им всем, чтобы они поехали на какой-нибудь другой машине. У меня есть дела. Мне нужно встретиться с мамой на примерке, или навестить Мими, или меня наказали за драку, или что-то в этом роде, но…
Каллум все равно захочет, чтобы его отвезли домой.
— Поехали! — кричат мои друзья с задних сидений.
— Просто… — стиснув зубы, я готова закричать.
Они узнают. Они поймут: что-то случилось. Они приедут ко мне домой. Будут шептаться за моей спиной. Может, Эми и Крисджен уже догадываются о чем-то. Этим утром мы не были осторожны.
— Я не собираюсь завтракать, — говорю я. — Вы даже не спросили. У меня есть дела.
— Какие? — любопытствует Эми.
Сучка.
— Я еду с мамой за покупками в Майами. Какое тебе до этого дело?
— А твоя мама знает это? — уточняет она. — Потому что сегодня она с моей мамой встречается с поставщиками для пасхального бранча. В Майами.
Черт. Я забыла.
Каллум усмехается и одаривает меня снисходительной улыбкой:
— У тебя есть парень на стороне, Клэй?
Я ухмыляюсь в ответ, но стены смыкаются, и… Я не могу думать. Не хочу, чтобы узнали.
Схватив ключи, отталкиваю Каллума с дороги:
— Никто не водит мою машину.
Сажусь на водительское сиденье, пока он обегает машину и забирается на пассажирское рядом со мной.
Я напишу Лив. Уеду, но встречусь с ней позже. У нас есть весь день. И все выходные.
Мне удастся что-нибудь придумать.
Но, когда я выезжаю со стоянки, сворачиваю налево и вижу ее фигуру, идущую под ливнем, я понимаю, что облажалась. Я немного притормаживаю, замечая, что она уже промокла, и так сильно хочу остановиться. Я сказала, что буду там.
Но я не останавливаюсь. А проезжаю мимо, оставляя ее позади в зеркале заднего вида, закрываю глаза и вот-вот заплачу.
Я не могу, Лив. Прости.
Это не отношения. Осенью она пойдет в один колледж, а я — в другой. Она переживет это.
Шестнадцать
Клэй 
Она не переживет это.
Я звонила. Я отправляла сообщения. Я даже написала ей в «Твиттере». Вчера я была готова пересечь рельсы, но мне не хотелось, чтобы она захлопнула дверь у меня перед носом на глазах у всей семьи.
В понедельник утром, когда я прихожу в школу, осматриваюсь, хотя уже знаю, что ее здесь нет. Она не пришла на тренировку, ее не было в раздевалке, и, если Лив не хотела разговаривать со мной все выходные, то она определенно не вернется в школу, как этого хочу я.
Мама спросила вчера меня о платье, она наконец поняла, что его до сих пор не принесли домой, но я совсем забыла о том, что с ним сделала Лив. Пришлось сказать ей, что им нужно еще немного ушить его. Я соврала, что похудела.
Я снимаю школьную куртку, мои руки тяжелеют, а мысли витают где-то далеко отсюда. Последние два дня прошли как в тумане, и я немного схожу с ума. Мне не помог даже день, проведенный вчера у миссис Гейтс.
Сдерживать Каллума становится все сложнее. Предполагаю, что он получает это где- то в другом месте, но мне все равно. Я не люблю его, но что, если это не причина, по которой мне все равно? Что, если мне наплевать на него, потому что он не в моем вкусе?
Что, если ни один парень не в моем вкусе?
Я осматриваюсь по сторонам, украдкой бросая взгляды на девочек и мальчиков, слоняющихся по коридору. Замечаю его улыбку. Ее глаза. То какую он носит одежду.
Ее ноги. То, как он заправляет свою рубашку. Как она выглядит без нее.
И я останавливаюсь, мой взгляд задерживается на Аве Янг. Как она выглядит, когда двигается.
Ее волосы, откинутые за спину. Мягкость ее губ. То, как на ней сидит одежда.
 
Мой желудок сжимается, и я чувствую, как мои глаза горят от слез. Я отвожу взгляд.
Покачав головой, прочищаю горло и убираю свои вещи в шкафчик. Нет. Дело только в Лив. Я одержима ей. Я несчастна и цепляюсь за соломинку. И этой соломинкой оказалась она. От кого можно получить удовольствие, кто будет держать рот на замке, скрывая отношения, в которых я буду командовать.
Я достаю учебник по криминалистике для занятий. Еще в прошлом году я посетила все нужные часы по научным дисциплинам, но факультатив звучал весело, и я знала, что Лив будет посещать его. Или посещала.
Но на самом деле мне даже нравится. Возможно, я захочу изучать криминалистику в колледже.
Или, может, я думала, это окажется полезным, когда я буду помогать миссис Гейтс.
Некоторые из поступающих тел довольно интересны.
Я иду в класс, вхожу в лабораторию, но, как только делаю шаг внутрь, сразу же вижу Лив. Я останавливаюсь, мое сердце подпрыгивает.
Она приподнимается на цыпочки к жалюзи, ее черное поло и юбка задираются, а блестящие черные волосы волнами ниспадают на спину. Мне больно.
Лив закрывает жалюзи, загораживая солнце, и оборачивается, красная помада прекрасна, а губы выглядят так, словно они никогда не опухали от моих поцелуев.
Ее кожа идеальна, будто она никогда не горела подо мной.
На ней не осталось никаких следов моих прикосновений.
Я стою там и жду, когда она поднимет взгляд, но Лив не делает этого.
Подойдя ближе, бросаю свою книгу на лабораторный стол рядом с ней и беру один из тестов, которые Маккриди положил на наши столы.
— Мы не закончили, — говорю я ей на ухо.
Лив не поворачивается и не отвечает. Склонив голову, она пишет свое имя на бумаге, пододвигает стул и садится.
Ученики толпятся вокруг нас, заходят и занимают свои места.
— Ты вернулась в школу, — замечаю я, тоже подписывая свой тест.
Она должна хотеть большего, раз вернулась. И сегодня она выглядит прекрасно.
Я оглядываюсь через плечо, Лив все еще сидит ко мне спиной, когда начинает отвечать на вопросы теста.
— Скажи что-нибудь, — тихо рычу.
Но она продолжает молчать. Словно меня здесь нет.
Точнее, что, по ее мнению, должно произойти? Меня окружили, и мы не встречаемся. Та пицца была первым разом, когда мы провели какое-то время вместе, не цепляясь друг к другу.
Я беру свой тест и карандаш и поворачиваюсь к ее столу, занимая место напротив нее. Это не мой лабораторный стол, ну да ладно.
— Я не извинюсь, — говорю ей. — Так что ты можешь с таким же успехом выдохнуть, потому что этого не произойдет. Мы обе уедем, никаких обязательств, и ты знала обо всем этом.
Лив не отрывает взгляда от своего теста, пишет, ставит галочки, будто я разговариваю не с ней.
Я прищуриваюсь. Что, черт возьми, она хочет от меня? Борись со мной. Сделай что-нибудь!
Но я не знаю, как биться с такой Оливией. Она не вымолвит ни слова.
Я смотрю на свой тест, учитель запускает таймер на проекторе и мигает экраном на доске.
— Я отдала тебе свою девственность, — шепчу я.
Она перестает писать.
— У меня были варианты, Лив. — Я сглатываю, подходя так близко к извинениям, как только могу. — Но с тобой я не раздумывала.
Я пытаюсь поймать ее взгляд, но она все еще не смотрит на меня.
— Я никогда не хотела, чтобы ты останавливалась, — продолжаю я.
Я хочу большего. Снова хочу этого.
Я хочу большего прямо сейчас.
У меня кружится голова от всех укромных уголков, которые мы могли бы найти в школе, но она не простит меня так быстро.
Рональд Бакстер садится рядом со мной, и Лив наконец поднимает глаза, встречаясь со мной взглядом. Она смотрит на мой рот, и я уже представляю, что она могла бы задеть мою ногу под столом или что-то в этом роде, но она берет мой тест, включает горелку Бунзена, и я с широко раскрытыми глазами наблюдаю, как она поджигает угол бумаги и появляется дым.