Невыносимая шестерка Тристы (ЛП)

Я пристально смотрю на нее.
— Мы можем иметь то, что хотим, — повторяет она. — Тайно.
— Что, если прятаться больно?
— О, Клэй, — Мими качает головой, словно сожалеет о моей наивности, но это не задевает меня. — Все прячутся. Поколения до вас посвятили свою жизнь созданию чего-то долговечного. Работая ради долга и наследия, которые им достались. Это было важно, — она ненадолго замолкает, а затем продолжает: — Но этот дюйм — те быстрые минуты, которые они выкраивали в тени, — вот для чего они жили.
Моя кровь теплеет под кожей, волоски на руках встают дыбом, и внезапно сегодня вечером возможности кажутся бесконечными. Дюйм… Я потираю внутреннюю сторону пальца. Я сделала эту татуировку на свой день рождения в декабре, чтобы напомнить, что есть особая частичка, которую я ненавижу и люблю в себе, и это сводит меня с ума, но мне это действительно нужно, потому что это единственное, чего я с нетерпением жду. То место, куда я могу убежать в своей голове, где у меня может быть то единственное, что я на данный момент желаю.
— До тех пор, пока это остается секретом, — вновь указывает бабушка.
Да.
— Боюсь, такова цена.
Я снова киваю. С этим я смогу жить. До тех пор, пока я могу обладать ей. Спасибо, Мими.
Она подставляет мне щеку, и я быстро чмокаю ее, прежде чем подняться на ноги и поспешить из зала, пока мама меня не увидела. Оказавшись на улице, я быстро отправляю ей сообщение, сообщая, что вернусь домой поздно, и прошу забрать мои вещи из раздевалки.
Собираюсь написать Каллуму, что уже готова и жду его, но замечаю парня с татуированной шеей в темно-серой футболке, оседлавшего старый «триумф». Я забываю про свой телефон и пялюсь на среднего брата из Шестерки Тристы, сигаретный дым плывет в воздухе над его головой.
Это он пялился на меня на прошлой неделе, когда подвез Лив до школы. Я улыбаюсь, убирая телефон обратно в сумку.
Ох, ей это не понравится. Я подхожу к нему.
— Привет!
Повернув голову, Айрон затягивается сигаретой, кончик которой горит оранжевым, а затем вынимает ее изо рта.
Он не здоровается в ответ. Он в курсе, кто я такая.
— Я Клэй, — все равно представляюсь я.
Айрон смотрит вперед и выдыхает дым.
— Да, я знаю.
Что ж, какой приятный парень. Может, он знает о видео. Да и как он может не знать?
Но я все равно решаю рискнуть.
— Я участвую в «Охоте за сокровищами». Мне нужно сделать селфи с незнакомцем.
Он бросает на меня взгляд, делая еще одну затяжку.
— И школа разрешила это? Звучит как-то странно.
Я снова достаю телефон.
— Позволишь сделать селфи с тобой?
— Нет, — он качает головой и снова отворачивается. — Как я уже сказал, я знаю, кто ты такая.
Хотя на самом деле он не кажется сердитым. Может быть, она не рассказала своей семье о видео. А может, он просто предвзят, потому что я Коллинз.
Я прохожу мимо его мотоцикла и ступаю на проезжую часть, вытащив большой палец из кармана и чувствуя, как мои свободные джинсовые шорты скользят по бедрам, когда я иду.
— Что ты делаешь? — слышу, как Айрон спрашивает резким голосом.
— Мне нужно пересечь рельсы, — проезжает машина, сигналя, и я вижу, что это какая-то старая ржавая хонда, набитая молодыми парнями. — У меня встреча с Лив.
— Почти уверен, что Лив — последний человек, который хочет встретиться с тобой.
— Эй! — кричит кто-то.
Я оборачиваюсь и вижу, как хонда останавливается и один из парней выглядывает из окна.
Я оборачиваюсь на Айрона.
— Тебя подвезти? — спрашивает он. — Автостоп опасен.
Я отступаю к хонде и одариваю его озорной улыбкой.
— О, ради Бога, остановись, — рявкает он, закатив при этом глаза, и садится на мотоцикл. — Я подброшу тебя.
Я улыбаюсь шире и бегу к нему, забираюсь на мотоцикл и беру шлем, который он предлагает.
Айрон заводит двигатель, мотоцикл начинает вибрировать подо мной, а хонда уезжает, когда я не сажусь в их машину.
— Молодец, — он оборачивается через плечо, в его голосе отчетливо слышится сарказм. — Жаль, что ты используешь мозги для худшего, а не лучшего.
 
Подъезжает машина, и я вижу, как Крисджен выглядывает из заднего окна. Майло сидит рядом с ней.
— Клэй, поехали! — в ее взгляде читается вопрос: «Какого черта ты делаешь?»
Каллум сидит на водительском сиденье, его губы изогнуты в легкой улыбке, будто он готов ко всему, что я запланировала.
— Меня подвезут, — говорю ей.
Я слышу, как стонет Айрон, вероятно, потому что теперь его видели, и я обнимаю его, черт возьми, почти смеясь, когда мое сердце начинает бешено колотиться.
— Клэй! — взывает ко мне Крисджен. — Какого черта?
Но я лишь шепчу брату Лив:
— Поехали.
Он качает головой, его каштановые волосы довольно красиво смотрятся на фоне загорелого лица.
— Чутье подсказывало мне, что от тебя одни неприятности, — ворчит он. — Держись крепче.
Айрон срывается с места, отчего я всхлипываю, когда сердце подскакивает к горлу. Мы летим вперед, облака висят так низко над землей, становится душно, и я бросаю взгляд назад: шины тачки Каллума вращаются и горят, когда он отправляется за нами.
Я сжимаю Айрона, ветер набирает скорость, и я заглядываю ему через плечо, наблюдая, как он ведет нас вниз по дороге, через складской район, на Фронтресс-Лейк-драйв, ускоряясь вдоль канала, к рельсам.
Басы из машины Каллума гремят позади нас, и я могу сказать, что он набирает скорость по тому, насколько громкой становится его песня группы Nine Inch Nails.
Но недолго.
Айрон хватает меня за руки, сцепленные перед ним, прижимает меня к себе, включает передачу, переднее колесо ловит воздух, и мы мчимся вперед быстрее. Я хихикаю — на самом деле, черт, хихикаю — ему в ухо и тоже замечаю легкую усмешку на его лице.
Прислонившись к спине парня, смотрю, как исчезают Сент-Кармен, пышные лужайки, бутики, многовековые церкви и роскошные здания особняков, глубоко спрятанные среди лысых кипарисов и фикусов-душителей.
Зеленая, великолепная земля лежит за ней, небо темнеет, а звезды закрываются облаками. Моя кожа гудит от того, что я почти никогда не чувствую.
Предвкушение.
Генри бы это понравилось. Вряд ли он хоть раз катался на мотоцикле.
— Айрон, сними ее со своего мотоцикла! — рявкает кто-то.
Парень резко останавливается у знака «стоп», и я прижимаюсь к его спине, оглядываюсь через плечо и вижу Лив.
Боль пронзает мою грудь. Я смотрю, как она подъезжает к нам, ее черный мотоцикл меньше и старше, но, боже… Мне редко удается увидеть ее без школьной одежды или формы для лакросса, и я не могу отвести от нее взгляд.
Лив ставит ноги на землю и хмуро смотрит на брата через свои авиаторы.
— Это не шутка! — кричит она ему.
И глядит назад на несущуюся к нам машину Каллума.
Мой язык, кажется, так сильно распух, что я им подавлюсь. Ее ноги в обтягивающих черных джинсах. Колени выглядывают сквозь дырки в них, белый топ с глубоким вырезом и выцветшая кожаная куртка… Ее растрепанные волосы ниспадают по спине, без шлема, а на шее висят солдатские жетоны. Замечаю, что ключ, которым она блеснула на поле для лакросса в прошлые выходные, висит между ними.
Я ослабляю хватку на Айроне, думая о том, чтобы вместо этого ухватиться за нее. Она бы идеально подошла.
— О, боже, — Оливия переводит взгляд на меня. — Ты когда-нибудь сталкивалась с кубинским темпераментом? Скоро столкнешься.
Снова оборачиваюсь и замечаю тойоту, мчащуюся бок о бок с Каллумом, где в кабине сидят три длинноволосых девушки.
Я перевожу взгляд на Айрона.
— Твоя девушка?
— Бывшая, — уточняет он.
О, боже. Я спрыгиваю с мотоцикла и забираюсь к Лив.
— Слезь! — кричит она, пытаясь столкнуть меня.
Но я обвиваю ее руками, чувствуя, как складной нож торчит у нее из кармана.
— Боишься меня?
Она усмехается в ответ.
— Меня тошнит от того, что ты добиваешься своего, — бормочет Лив, ругаясь скорее сама с собой, чем со мной. — Какое мне вообще дело, если Арасели вырвет у тебя все волосы?