Открытые сны. Раскаяние (СИ)

— Когда этот закончит, — кивнул Олег в сторону лабораторий. — Позвони, я подъеду.
— Так ты же в Израиль собрался, — весело подмигнул Игорь.
— Кому я там нужен. Просто спать хочу, устал. Помнится, подопытные у него часами сидят, прикрепленные к аппарату. Я за это время выспаться успею.
Они пожали друг другу руки, и Олег вышел на улицу.
  
Глава 47
 
Ярослава легла на кушетку и только сейчас обратила внимание на то, как одета. Утепленные штаны, в которых она каталась на лыжах, и колючий шерстяной свитер были натянуты поверх бежевой пижамы с начесом. Шерстяные носки выглядывали из ботинок. Пальцы ног были больно сжаты. Она скинула ботинки и вытянулась. Лежа было гораздо легче, голова не кружилась. Второй мужчина возился на полу, и Ярослава решила, что он убирает то, что на нее посыпалось при падении.
— Как вас зовут?
— Семен. Васнецов Семен Иванович, — он подошел и сел на стул возле кушетки.
— Красивая у вас фамилия, — сказала она и повернулась на бок. — Жаль, что досталась такому подлецу.
Ярослава с удовольствием наблюдала, как мужчина сначала оторопел, затем замахал руками и принялся оправдываться:
— Я не подлец! Мы ничего плохого вам не сделаем. Давайте я вам всё объясню.
— Не надо мне ничего объяснять, — прервала она и смерила презрительным взглядом. — Подослать ко мне уголовников, которые вломились в квартиру, вкололи какую-то гадость и притащили сюда, на это способен только подлец и негодяй.
— Это не я их подослал! Я сам был против этой затеи.
— Если вы против, то почему я до сих пор здесь? Отвезите меня домой, — заговорщически зашептала она, глядя на дверь. Он тоже повернул голову, чтобы убедиться, что никто не подслушивает, и вполголоса ответил:
— Не могу. Нас не выпустят. К тому же, вам нечего бояться. Это совершенно безболезненная процедура.
Испуганная Ярослава приподнялась на локтях.
— Какая еще процедура?
Семен еще раз посмотрел на дверь и ответил:
— Мы подключим вас к прибору, который изучит и запишет ритмы вашего мозга. Обычно на это уходит несколько часов. И все.
Он улыбнулся и добавил.
— К тому же избавитесь от нее.
— От кого? — напряглась Ярослава.
— От ненужной вам способности. Мы только недавно узнали, что «Купол» не только изучает, но и убирает нетипичные ритмы мозга. Вы еще нам «спасибо» скажете, — усмехнулся он и похлопал ошарашенную Ярославу по плечу. Она резко схватила его руку, крепко сжала и торопливо зашептала:
— Нельзя этого делать. Помогите мне выбраться отсюда.
— А вот и я, — послышался бас профессора. Оба вздрогнули и отодвинулись, будто делали что-то постыдное. — У меня все готово. Милая Ярослава, вам надо пройти в соседний кабинет.
Он улыбался и потирал сухие руки. Ярослава с мольбой посмотрела на Семена, и тот, решившись, возразил:
— Думаю, она еще не отошла. Нужно немного подождать.
Профессор помотал головой и подошел к кушетке.
— У меня нет времени ждать. Поднимайтесь, — велел он и схватил Ярославу за руку. — Если будет кружиться голова, мы поможем дойти.
— Нет, не встану, — твердо сказала она и выдернула руку.
Павел Федорович устало вздохнул и пригрозил:
— Тогда я позову Ванечку. Он церемониться не будет. Вы должны его помнить. У него черная борода.
Ярослава снова посмотрела на Семена, но тот встал рядом с профессором и отводил взгляд в сторону.
— Я должна вам кое-что сказать, — она села и свесила ноги. Голова закружилась, но через пару секунд все прошло. — Дело в том, что я спасаю людей.
Профессор опустился на стул и заинтересовано уставился на нее.
— Что вы имеете в виду?
Ярослава решила, что сможет уберечь свой дар, только если расскажет правду.
— Вчера вечером из комы проснулся Бирро Константин. Вы можете проверить. У него есть жена Наталья. Правда, они откажутся с вами говорить, потому что подписали договор. Пару дней назад из комы вышла Ира Верещагина, а до нее мальчик Миша. В октябре Максим проснулся. Фамилию не помню. Все они лежали в реанимации в нашей районной больнице. Я думаю, вам не составит труда проверить всех этих людей, — она говорила сбивчиво и активно жестикулировала. — Это я их вывела. Понимаете? С самого детства я видела чужие сны. Почти шесть лет назад я попала в больницу и во сне переместилась в кому. Я не могла проснуться. И пробыла в коме вместе с Леонидом Павловским. Знаете такого?
 
— Павловский? — задумчиво произнес он, затем ударил ладонью по лбу и воскликнул. — Я помню. Про аварию много писали. И что? Что было дальше?
Ярослава порадовалась тому, что заинтересовала профессора, но виду не подала.
— Он подумал, что скоро умрет, и решил исповедаться. Рассказал обо всем, что не давало ему покоя, и мы проснулись. С тех пор я занимаюсь тем, что вывожу людей из комы.
Павел Федорович закрыл рот и сглотнул слюну.
— Это невероятно, — прошептал Семен, и они с профессором посмотрели друг на друга. Ярослава напряглась, когда они весело рассмеялись и пожали руки.
— По поводу снов расскажите поподробнее, — попросил профессор, когда перестал смеяться и вытер уголки глаз. — Каким образом вы их видите?
Но Ярослава больше не хотела ничего о себе говорить. По сияющим лицам и довольному виду мужчин, она поняла, что ошиблась и теперь они ее точно не отпустят.
  
Глава 48
 
Дмитрий Сергеевич проснулся от того, что Рекс запрыгнул на кровать и положил голову ему на грудь.
— Проснулся я, проснулся, — сказал он, потрепал пса по макушке и сел. — Бр-р, холодно.
Он надел старый растянутый кардиган, тапочки и зашаркал на кухню. Сегодня, свой выходной день, он собирался провести дома. Но ему приснилась Ярослава. Она снова лежала рядом с Бирро и билась в конвульсиях.
«Хорошо, что все закончилось. Страшно, если она каждый раз испытывает такие мучения».
Ярослава понравилась ему сразу, как только вошла в больницу. Правильные черты лица, умный проницательный взгляд, длинные роскошные волосы. Обычно такие девушки проходили мимо, лишь вскользь взглянув на него. Дмитрий Сергеевич понимал, что он непривлекательный: толстый, вздернутый широкий нос, большие уши. А также неуверенный и нерешительный. Но мечтал он именно о таких, как Ярослава.
Позавтракав и накормив Рекса, он дождался восьми часов и вышел из дома. В машине было очень холодно, окна покрывал толстый слой инея. Включив печку на полную мощность, он вышел из машины и принялся сметать мелкие легкие снежинки, которые выпали ночью. Солнце еще пряталось за домами, но уже осветило голубое безоблачное небо.
Он взобрался в машину, в которой стало ненамного теплее.
«Жаль, что руль без подогрева», — подумал Дмитрий Сергеевич, выезжая с двора. В скользких шерстяных варежках было неудобно, но он даже не думал их снимать. Он вырулил в сторону дома Ярославы, щурясь от блестящего снега в лучах восходящего солнца.
Как только он вышел из машины и подошел к подъезду, понял, что не знает номер квартиры Ярославы. Но тут дверь пикнула, и вышла девочка с большим рюкзаком. Она подозрительно посмотрела на незнакомого мужчину, слоняющегося у двери, и строго спросила:
— Вы к кому?
— К Ярославе, — встрепенулся он. — Не знаю номер ее квартиры, чтобы позвонить.
Девочка распахнула дверь сильнее и ответила:
— Она живет на втором этаже. Дверь справа.
— Спасибо, — улыбнулся он и несмело зашел в подъезд. Дверь за ним плавно закрылась. Он поднялся на второй этаж и удивился мужчине, который спал, привалившись к стене возле обогревателя.
Дмитрий Сергеевич с волнением подошел к двери и постучал.
«Я пришел, чтобы убедиться, что с вами все хорошо, — повторил про себя и постучал еще раз. — Может, она еще спит?»
— Эй, ты кто? — послышался сзади грубый голос. Он повернулся и невольно съежился при виде великана, возвышающегося над ним. Это был тот самый мужчина, который спал на ступеньках. — Ты глухой, что ли?