Никуда не уйти от любви
— Получилось быть хорошим человеком, мама. А я смотрела и хотела быть похожей на тебя.
Зинаида Ивановна обняла Таню, прижалась губами к ее щеке.
— У нас осталось вино… выпьем по рюмочке, Танюша?
— Конечно, мам.
* * *Бахов бодрым шагом вошел в предбанник своего кабинета, чмокнул в щеку пухленькую блондинку Дашу, секретаршу, попросил принести чашку кофе с молоком и решительно толкнул дверь, обитую черным кожзаменителем.
Когда Даша принесла кофе и доложила, что Пронин ждет за дверью. Бахов заговорщицки подмигнул ей и тихо сказал:
— Зануда он, верно?
Девушка испуганно кивнула и торопливо вышла. Она работала здесь недавно и боялась потерять хорошо оплачиваемое место в кожаном кресле за красивым полированным столом. Возразить Даша не могла, опасаясь перечить властному боссу, а согласиться — значит обидеть генерального менеджера, по сути — второго человека в банке. Вдруг он услышит? А потом, когда босс уедет в отпуск… Уж лучше поскорее удалиться.
От Пронина не ускользнуло, что Бахов сегодня был особенно бодр и энергичен. Давненько он не видел босса в таком состоянии утром, ибо знал, что молодая жена Бахова — стерва, каких свет не видывал. Пилит мужика, все ей что-то не нравится. Может, новую нашел? Поначалу — то они все ласковые и заботливые, а потом начинается!..
Пронин за последние пять лет дважды развелся, на третий развод решимости не хватало, и судил о женщинах исходя из собственного опыта.
— Приятные новости. Иннокентий Петрович? — осторожно спросил он.
— Ну-у… жена, понимаешь, молодая, игривая, как разойдется — не угомонишь. Приходится, так сказать, соответствовать, уровень держать.
Пронин раскрыл рот, но так и замер, не в силах слово вымолвить. Этого он никак не ожидал услышать от босса. О том, что она требует все больше и больше денег на шмотки, прямо какая-то маньячка вещевая, приходилось слышать от сослуживцев, водителя Миши, и сам Бахов нет-нет да и срывался в разговоре по телефону, который поневоле приходилось слышать, поскольку присутствовал в кабинете. Красивая баба, но дура. И вдруг прямо-таки цветущий босс в своем кабинете!
— Завидуешь, Илья? — усмехнулся Бахов. — Может, перестанешь думать о третьем разводе и расшевелишь в своей Ритке дополнительные ресурсы?
Пронин пожал плечами. Но не о супруге он думал, тоже молодой и красивой, правда, чересчур эмансипированной журналистке, а об Оксане. Что ж такое она сотворила, какие такие ресурсы у себя обнаружила? Они с Риткой все ресурсы уже использовали, а толку-то…
— Не знаю… Но я рад за вас, Иннокентий Петрович. Приятно видеть, что вы… в бодром расположении духа.
— Еще повоюем! — заверил его Бахов. — Что у тебя, есть подвижки с проблемой Верхнезеленки?
— Есть проблема с дальнейшим существованием банка. Крупные банкиры активно проталкивают новый закон, им это выгодно. Избавляются от мелких, но устойчивых конкурентов вроде нас. Если лишимся лицензии, как проводить операции? Тут мы многое можем потерять. И Верхнезеленка не понадобится, в «прозрачном» виде она малоэффективна. Но я говорил с нашими людьми в Минимущества, в комитете по собственности Госдумы, и они… советуют слиться с «Константой».
— Пойти под Топоренко никогда не поздно, Это так сказать, крайняя мера, — сказал Бахов. — Но не единственная. Потому как надо учитывать, что через месяц после слияния нас просто могут вышвырнуть из нашего же банка.
— Но можно обговорить условия сделки. Можно акции Верхнезеленки не продавать, а отдать во временное управление «Константе» и получать прибыль. При таком варианте решение всех социальных проблем они берут на себя.
Бахов усмехнулся, прихлебывая кофе.
— Нужный уставный фонд — миллион евро. А что такое миллион для нас. Илья? Добавим свои, продлим лицензию и будем работать.
Пронину показалось. что у босса после счастливой ночи с молодой красавицей женой поехала крыша.
— Как — добавим, Иннокентий Петрович? А мы платили налоги с наших прибылей? А с каких счетов будут переводиться средства? При нынешних порядках — погорим, уж «Константа» об этом позаботится!
— Вот и думай про то, как реализовать мою идею, — жестко сказал Бахов. — Сам не мажешь ни хрена предложить, думай над этим И в газетах заряди материалы насчет того, что «Константа» хочет передела собственности. Про уровень жизни в Верхнезеленке пусть покажут на всех каналах.
— Топоренко узнает…
— Ты работай, а не думай про Топоренко! — властно сказал Бахов. — Работай, думай! Да, кстати, двадцать первого у нас праздник, путч победили. Приглашаю к себе. Тебя с Ритой, Пупченко с женой, Степаняна тоже с супругой. И Валеру Моргачева. Надеюсь, не станешь отказываться?
Мог бы и не спрашивать, подобное приглашение — сродни приказу.
— А Валеру с кем? — спросил Пронин.
— Одного. Девушку для него найдем, хорошую. Ты его на себя возьми и растолкуй — должен прийти один. Остальных я на себя беру.
— А почему одного? Зачем подбирать, если у него своих до черта? — допытывался Пронин.
— Потому что так надо.
— Ну, если надо, сделаем, — кивнул Пронин. — Какой-то праздник этот странный. Мы же не защищали Белый дом от путчистов? А те, кто защищал, разочарованы.
— Потому что дураки. Кем бы ты был, Илья. без свободной России? Старшим научным сотрудником в НИИ экономики? То-то и оно. Валеру предупреди особенно. Чтоб никаких отговорок и один. Да, еще Перцева пригласи, тоже одного. Все. Ну, ступай, работай.
Озадачив менеджера, Бахов привычно откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. В памяти вспыхнуло невероятно красивое женское тело, дерзкие, развратные губы, нежные пальцы… Это было прекрасно. И вероятно, потому, что у Оксаны появилась бедная подруга. Могла сравнивать свой уровень жизни с другими, могла понимать, что он значит для нее. Это хорошо. И покупок за два дня новых не сделала. Тоже хорошо. А что дальше? Проверка подруги на вшивость. Если соответствует, то пусть будет. А если нет — вырвать с корнем. Но лучше бы не вырывать…
Оксана заехала в полдень на уже знакомом «БМВ» с водителем Мишей. Зинаида Ивановна была в школе. Таня ждала машину в условленном месте на Малой Филевской. Села в сверкающую иномарку, чмокнула подругу в щеку.
— Привет. Вчера все было замечательно.
— Привет. Сегодня тоже грустить не будем. Слушай, как я рада, что встретила тебя! Ты себе представить не можешь Миша, поехали на Манежную.
— Это где торговый центр под землей? Ни разу там не была. — сказала Таня. — А что тебя интересует?
— Ну вот и побываешь. Я решила, что мне просто необходима классная шляпка.
— Зачем? Ты и так отлично выглядишь.
— Да так. захотелось. Надоели все шляпы, которые есть. Сейчас лето, нужно прикрывать лицо от солнечных лучей. Вот я и решила купить шляпку. И тебе что-нибудь купим.
— Мне не надо. — воспротивилась Таня.
— Перестань кочевряжиться. Танька. Что понравится, то и купим. Все в наших руках!
Водитель Миша помалкивал, но Таня почему-то не сомневалась что он обязательно доложит обо всем Бахову. И возразила с большей решительностью:
— Вот что, Ксана! Я езжу с тобой, чтобы составить компанию, а не для того, чтобы выпрашивать какие-то подарки на деньги твоего мужа. Нет, и все тут.
— Ну, как скажешь, — пожала плечами Оксана. — Ты, между прочим, едешь со мной для того, чтобы подсказать подруге, посоветовать. А я в знак благодарности могу что-то купить и тебе. Что тут сложного?
— Я сама себе могу купить все, что надо. Оксана фыркнула, но ничего не сказала.
Обилие магазинов и магазинчиков, фантастическое изобилие товаров в них заворожило Таню, подхлестнуло воображение. Как всякой нормальной женщине, ей хотелось и косметику, о которой только слышала или имела, но давно, и белье с кружевами, и кожаные брюки, и брюки-стрейч, как у Оксаны, да, собственно, все, ибо по-настоящему хорошей одежды у нее уже не было.