Никуда не уйти от любви
Таня села на деревянный лежак у самой кромки прибоя и долго смотрела на море. Вспомнила свой сон, тоскливо усмехнулась. И вправду пророческий. Голая Оксана разлучила ее с любимым. Надо ж такому присниться!
Солнце пекло нещадно, а ласковые волны лизали ступни ее босых ног, словно хотели сказать — мы тут ни при чем, мы качали вас, держали вас двоих, нам было приятно, что вы так счастливы … Захотелось погладить их, поблагодарить. Волны, а добрее людей — по крайней мере к ней они были очень добры. А люди кругом злые и жестокие.
Прибежала запыхавшаяся Оксана, села рядом.
— Танюш, ну что мне было делать, если он привязался, как… не знаю кто? Я подумала, раз ты так слепо веришь ему, убедись сама. Я же всем рисковала, ты понимаешь? Не дай Бог узнает Бахов — это конец. Я сняла, как он шушукался со своей красоткой в море, чтобы никто не подслушал, посмотри.
— Не надо, — равнодушно сказала Таня.
— Нет, ты все же посмотри. — Оксана включила видеокамеру на просмотр.
Таня мельком взглянула на цветной дисплей, увидела, как Игорь по-приятельски беседует с русоволосой женщиной. Ну и что это меняет? Все уже решено.
А Оксане и вправду стало страшно. Желание разлучить подругу с любовником настолько завладело ее душой, что совсем забыла, какой опасности подвергает себя. Только сейчас, увидев стеклянные глаза Тани, испугалась сама. Она ведь бывает странной, может брякнуть Бахову…
— Тань, ну перестань дуться, — взмолилась Оксана. — Он просто гнилой парнишка? Ну не я, так другая была бы с ним. Ведь что получилось? Я специально увела его в наш номер, чтобы не пошел с другой… А он… Ты только представь, что узнаешь про это потом, когда к свадьбе будешь готовиться или успеешь выскочить за него… Я тебя от катастрофы спасла!
— Это уже никого не волнует.
— Тань, да ты чё? Думаешь, он мне нужен? Ты еще Бахову расскажи про это!
Таня достала из сумки кошелек, отсчитала пять купюр по десять долларов, бросила на лежак.
— Никому я ничего не скажу, можешь не беспокоиться. Пожалуйста, оставь меня в покое, хочу побыть одна.
Она встала, взяла сумки, босоножки и пошла вдоль линии прибоя. Куда глаза глядят.
— Танька! — крикнула Оксана, но идти за ней не решилась. Однако деньги взяла.
Подумала только — хорошо, что Бахову не скажет. А Игорь, даже если что-то заподозрит, пусть только попробует грубить ей! Она сама ему такое скажет!..
Игорь открыл глаза и снова закрыл их. Голова болела так, что радужные искры слепили глаза, невозможно было смотреть. Но думать и с закрытыми глазами немного получалось.
Итак, он в номере Тани. Ждал ее, выпил немного, совсем немного, пару бокалов, и уснул. Солнце, нервное напряжение… или Оксана что-то подмешала в виски? Зачем? Она весь день была так заботлива. словно хотела извиниться за Таню, которая так неожиданно уехала.
Даже если Оксана и хотела разлучить их, дело не в ней. Таня уехала, ни слова не сказав ему… Это факт. Вчера она была сама не своя, на все его вопросы отвечала — не хочу, не нравится. Это факт. Вечером сказала, что устала, и после ужина убежала в номер. Тоже факт. Что бы там ни задумывала Оксана, Таня могла спросить у него, в конце концов разозлиться, устроить истерику… Ничего подобного. Полное равнодушие. А причина его… В чем причина?
Он открыл глаза — это ее номер. Головная боль постепенно стихала, ее причина понятна — перегрелся на солнце, это тоже факт. Вот стаканы с остатками виски… А где Оксана? Да и Таня должна была уже вернуться. Никого. Сонная вялость сковывала тело, очень хотелось раздеться и снова уснуть. Игорь встал, прошел в ванную, открыл холодную воду, сунул голову под упругую струю и несколько минут стоял над раковиной, усиленно массируя виски. Хоть и была здесь вода не очень холодной, а все-таки помогла прийти в себя. Легче стало дышать, и сонная вялость понемногу исчезала из его мышц. Вытерев голову, Игорь вернулся в комнату, взял оба стакана, внимательно понюхал, ничего подозрительного не обнаружил. Оксана наливала и себе и ему из одной бутылки. Сполоснув на всякий случай стакан, Игорь плеснул в него виски, грамм сто, залпом выпил. Потом вышел из номера и пошел к морю. Не доходя до арки, ведущей к бассейну, встретил Оксану. Она торопливо шагала навстречу, низко опустив голову.
— Ксюша! Ты где была? — спросил Игорь.
— Ох, надоели вы мне, сил больше нет? — простонала она. — То с тобой возишься, то с ней… Надоели!
— А где Таня? Она вернулась?
— Я начала беспокоиться, пошла на море искать ее и нашла. Она какая-то совсем невменяемая. И со мной разговаривать не хочет. Что ты ей сказал вчера, что сделал ей вчера?
— Я?
— Ну не я же!
— Где она?
— Гуляет по берегу моря.
— Я найду ее!
Игорь побежал… Странно видеть человека в белых брюках и синей тенниске, бегущего мимо праздно гуляющих туристов в шортах и купальниках. Но он бежал, и плевать ему было на то, что подумают люди. Выскочил на берег моря, огляделся, снял легкие туфли и помчался по самой кромке пляжа в сторону сосновой рощицы вдалеке. Миновал пляж своего отеля, потом соседнего (они разделялись до пляжа, а серый песок вдоль линии прибоя был как бы общим), потом выскочил на дикий пляж, там не было пальм и ухоженных газонов поблизости, только палатки со всякой всячиной — от сигарет до надувных матрасов и турецкого ширпотреба с марками самых известных фирм.
Таню он нашел чуть дальше, она сидела на берегу и задумчиво смотрела на море.
— Танюшка! — крикнул Игорь. — Так вот ты где спряталась!
Она подняла голову, холодно посмотрела на него. Он даже обнять ее не посмел, таким чужим был этот взгляд.
— Что ты хочешь от меня? — спросила Таня.
— Я? Только одного — тебя, и на всю оставшуюся жизнь. Тань, что случилось?
— Ничего, просто курортный роман кончился. Приятно было познакомиться. А теперь — всего доброго.
— Я не узнаю тебя Курортный роман? Кто это сказал?
— Я это сказала.
— Погоди, погоди. Я ждал тебя в вашем номере, мы с Ксюшей выпили, я даже вздремнул немного… А где ты была, Таня?
— Тебе какое дело?
— Тань, я люблю тебя! Нам же было хорошо вместе! Что ты такое говоришь, почему так смотришь? Если я чем-то обидел тебя — скажи. Да что с тобой происходит, Таня?!
Он присел рядом на корточки, ожидая ответа. Обнять ее не решался, чувствовал — ударит.
— Все очень просто. Я хотела немного поразвлечься за чужой счет, вот и развлеклась. Сэкономила немного денег. Но теперь нужно сказать об этом.
— Ложь! — крикнул Игорь. — Я знаю таких девчонок, я их за версту чую! Ты не такая.
— Ты мне не нравишься и никогда не нравился. И в постели ты не очень… Так себе. — Она сделала все. чтобы уязвить его как можно больнее. — У меня в Москве есть мужчина…
— Виталий?
— Нет, с ним покончено. Есть другой мужчина, он дал мне двести долларов, он… полностью меня устраивает. Так что извини, давай забудем об этом?
— Я… в постели?… Тань… я же говорил, что люблю тебя так сильно… Ты врешь?
— Нет, — презрительно усмехнулась она. — Извини, что так напучилось. Я прекрасно отдохнула…
— Да не строй из себя шлюху, не получается у тебя! — в отчаянии заорал он. — Ты же не такая, Таня! Да очнись, что с тобой? Это я, посмотри же, это я, твой Игорь!
— Да кто ты такой? Если бы такие, как ты, твари не убили моего отца, ты бы и близко ко мне не подошел! Устроили себе инфернальный мир, бесовской, сатанинский, вот и пляшете в нем! Соблазняйте, трахайтесь до потери памяти, путешествуйте по мирам — все равно вы дерьмо! Хозяева жизни! Я ненавижу тебя!
Ненависть в ее словах была неподдельной и настолько яростной, что Игорь отшатнулся.
— Ну ладно, извини, — сказал он.
Поднялся и пошел по берегу моря к отелю. И почти не сомневался, что Таня злорадно смеется, глядя ему вслед. А она плакала, опустив голову на колени.
Оксана была в номере и открыла ему дверь, испуганно глянула и отступила.