Никуда не уйти от любви

— Да пошел ты со своей империей! — сказала она. — Плевать мне на ваших османов.
Таня замерла, почувствовав напряженность в салоне. За такие слова их могли вышвырнуть из машины, убить, изнасиловать, да все, что угодно сделать! Это ж надо сморозить такое, что оскорбляет национальную гордость турков! К счастью, Оксана снова задремала.
— Извините, она плохо переносит полет и поэтому не соображает, что говорит, — сказала Таня. — Пожалуйста, не обижайтесь на мою подругу.
Турок вежливо улыбнулся в ответ, но больше ничего не рассказывал. Хорошо хоть не выгнал из микроавтобуса.
За окошком виднелись невысокие горы вдалеке, а перед ними — чахлые поля с кукурузой и подсолнечником и какими-то овощами. Это она видела в детстве, когда ездила по Абхазии с отцом в черной «Волге».
— Очень похоже на нашу Абхазию, — с улыбкой сказала Таня, запоздало понимая, что Абхазия давно уже не «наша».
Турок согласно кивнул, снова улыбнулся и… ничего не сказал в ответ. Ну ладно, хорошо хоть улыбается, а то совсем было бы страшно. Оксана преспокойно спала.
Минут через сорок микроавтобус остановился у дорожного кафе, турок-гид сказал, что водителю необходимо перекусить, они тоже могут, если хотят, кухня здесь просто замечательная, и обслуживание на высшем уровне.
Таня разбудила Оксану. Кажется, на сей раз подруга проснулась окончательно.
— Кухня? — возмущенно сказала она. — Да какая тут, на хрен, кухня? Ребяткам платят, чтобы они лапшу на уши вешали туристам, вот они и останавливаются тут. Самим выгодно — клиенты разменяют баксы на мелкие, им же по доллару нужно вручить за заботу о нас.
— Это обязательно?
— Нет. Но так принято. Не бери дурного в голову, Танька. В отеле тоже нужно по доллару заплатить прислуге. Перебьются. Это не Франция и не Англия. Пусть спасибо скажут за то, что мы приехали сюда.
Они вышли из машины, прошли до детской площадки, присели на краю песочницы.
— Знаешь, Ксана, я пойду разменяю деньги, а то у меня по доллару нет ни одной бумажки, — сказала Таня.
— Зачем?
— Чтобы не выглядеть русскими дикобразами.
— Ну, как хочешь, — лениво махнула рукой Оксана.
Кафе действительно было самой заурядной забегаловкой, каких и в Москве, наверное, полно теперь, и водителя с гидом там не было. Оксана была права, но Таня все равно купила стакан пепси-колы, и сдачу с пяти долларов получила долларовыми купюрами. Оксана ждала ее на детской площадке.
— Разменяла?
— Просто выпила пепси-колы, — дипломатично ответила Таня.
— Не люблю, когда из меня наглым образом бабки выкачивают. Им платят за работу, и все дела.
— Нет, не все, — сказала Таня. — Мы же в чужой стране, и нужно уважать их традиции.
— Да эти традиции везде, и в Москве тоже. Все хотят хапнуть, вот и дурят туристов. Глупых. А нужно просто игнорировать их дешевые намеки, поняла?
Таня этого не понимала, но спорить не стала, тем более что турки, гид и водитель, вернулись к машине и они поехали дальше. Вскоре впереди показался большой город, но они миновали его, микроавтобус скользнул в сторону, проехал по тихой улочке и остановился у железных ворот. Они открылись, и Таня увидела клубный отель, в котором ей придется провести неделю. Четырехэтажные здания двумя рядами, похожими на бело-голубые ячеистые стены, спускались к морю. Вверху, где они были, оба ряда зданий соединялись с торца железными воротами, внизу стояли два двухэтажных куба, соединенных стеклянной галереей. А между домами, во дворе, если можно так сказать, был чудный тропический парк с пальмами, цветущими кустарниками, изумрудной, аккуратно подстриженной травой и дорожками, выложенными красной плиткой. Чудная картина?
Выходя из машины, она протянула гиду и водителю по доллару. Они взяли деньги совершенно невозмутимо, даже спасибо не сказали. В офисе отеля проверили их туристические карты, предупредили, что нельзя проносить на территорию отеля спиртные напитки, все нужно покупать здесь. Таня хотела было сказать, что они купили в «Дьюти фри», но Оксана толкнула ее локтем в бок — мол, молчи. Им выдали ключ от номера, и молодой турок взялся проводить, схватил сумки Тани и Оксаны, пошел вперед, показывая дорогу. Номер оказался на втором этаже и выходил лоджией на пальмы в центре гостиничного комплекса. Зеленая лиана с оранжевыми цветами оплетала угол лоджии.
 
Турок, проводивший их в номер, замешкался, объясняя, что электроэнергия включается только после того, как в специальную щель будет вставлен брелок ключа.
— Да знаем это и без тебя, — сказала Оксана.
Таня протянула турку доллар, он обрадованно закивал и удалился.
— Ну и дура, — сказала Оксана. — Могла бы и не давать.
Таня не обратила внимания на ее слова, вышла на лоджию, села на пластиковый стул но тут же вскочила на ноги, оперлась локтями о парапет, с восторгом глядя на тропический парк. Новые ароматы, пряные и сладкие, ажурная листва, непередаваемое ощущение волшебства и красоты… Она в сказке! Вдохнула всей грудью плотный горячий воздух, потом понюхала оранжевый колокольчик цветка, улыбнулась — очень приятный и нежный запах. Два белых здания кубической формы со стеклянной галереей закрывали море, но его мерный гул отчетливо слышался на лоджии.
— Я в таком красивом отеле ни разу не жила, — сказала Таня, заглядывая в номер. — Это сказка, фантастика. самое настоящее чудо! Ксана, я все бросаю и бегу к морю. Ты как?
— Жарко тут, надо кондишен включить.
— Ну так включай и пошли!
— Купальники хотя бы наденем?
— Конечно! Эх, Ксанка, неужели это случилось? Мы на берегу Средиземного моря?!
— А что тут такого? — сказала Оксана.
Как ни торопилась Таня, а пришлось разобраться, как включается маленький холодильник, похожий на тумбочку, переложить в него напитки, включить кондиционер — с этим разбираться не пришлось, Оксана была знакома с такими приборами. И одежду повесить в шкаф и разложить на кроватях, помялась в сумках. И позвонить в Москву — Бахову и Зинаиде Ивановне, сказать, что долетели нормально.
  
11
 
Таня нырнула, открыла глаза. Самый край берега был усыпан мелкой галькой, и дно метра на четыре тоже из гальки и тяжелых валунов, поросших мхом, а дальше песчаное. Серебристые рыбки плавали почти рядом, казалось, протяни руку — и ухватишь за хвост, ан нет, с виду такие медлительные, а на самом деле в мгновение ока уплывали далеко. Оранжевая сетка солнечных бликов покрывала желтый песок. Вынырнув, Таня легла на спину, раскинула руки, и море качало ее на волнах, просто чудесное море — теплое, ласковое, и лежать на воде можно долго. Таня подняла руку, помахала Оксане, крикнула:
— Ксана! Смотри, я лежу! Море держит!
— Потому что очень соленое, мне про это в Италии говорили! Давай вылезай уже! Час плескаешься там, для начала много, поняла?! — крикнула в ответ Оксана.
Наверное, она была права, нужно постепенно привыкать к новому климату, но очень уж добрым оказалось это море и очень давно Таня не купалась в море, вылезать не хотелось. Минут через пять она села на деревянный лежак, восторженно улыбаясь и качая головой, словно все еще не верила, что чудо свершилось.
Солнце уже садилось в голубые волны, народу на пляже было не много. Сам пляж выглядел вполне обычно — разноцветные зонтики, деревянные лежаки, накрытые махровыми полотенцами отдыхающих.
Полоска серого песка с галькой шириной метров пять, за ней асфальтовая дорожка, на которой стояли кабинки для переодевания, столбики, облицованные белым кафелем, над которыми торчали сифоны душа с пресной водой. А дальше, между пляжем и бассейном отеля, протянулась полоса изумрудно-зеленого газона с цветущими кустарниками и пальмами. Метров двадцать шириной и такая же обалденно красивая, как парк под окнами их номера.
— Довольна? — спросила Оксана.
— Не то слово! Просто счастлива.
— Ладно, Танюша, пошли переодеваться, скоро семь, пора на ужин. Посмотрим, чем тут кормят, в Турции.