Обжигая льдом, замораживая огнем (СИ)

Какое счастье, что его стихия все же лед! Странный, имеющий вид огня, но все же лед! Пожара только для разнообразия досуга нам не хватало. А так — проморозил гостиную и доволен. Хотя как доволен — трясется будто в лихорадке. Вот где леденец на палочке, когда он так нужен? Меня в детстве только им после выброса могли в норму привести.
Я бочком пододвинулась к трясущемуся мужчине и тронула его за холодную ладонь:
— Эрик, ты кушать хочешь?
Из раскуроченного дверного проема выглянула тетушка Дора и покрутила пальцем у виска. А я не знаю, как мужчин отвлекать. Мама отцу, когда он сердился, всегда тарелку супа наливала. Пока он ел — успокаивался.
— Есть? — отмер Палмис. — Нет. Не хочу. Хочу согреться.
Пикнуть не успела, как оказалась в тесных объятиях. Посреди разгромленной комнаты.
— Жениться вам надо, — проворчала тетушка Дора, хлопая Фиону по щекам.
Энегу из-под куска штукатурки (хорошо так упал — ровненько) вытаскивал Яр.
Комментировать происходящее он не стал или не посчитал необходимым.
— Слушай, — я развернулась лицом к Эрику, и наша поза стала какой-то интимной, — есть же Диана. Может она найдет Лику?
— Это вряд ли, — промычал он мне куда-то в макушку. — Она еще не обученная и только чувствует людей, к которым испытывает большую симпатию. Как ты понимаешь, к моей сестре никаких добрых эмоций у нее нет.
Была мысль, что учительница после всего возьмет расчет, но Энега оказалась крепким орешком. Наоборот, заявила, будто теперь просто обязана сделать из дикарки леди. С таким приемным родителем ребенок должен быть сама смирение и такт. Я лишь тихонько фыркнула. Наивная она.
Меня привлекло копошение невозмутимого судмедэксперта в углу. Вот если на него рухнет потолок, он только пыль с плеч стряхнет и дальше пойдет.
— Яр, что там? — я попыталась выбраться из стального захвата, но пригревшийся Палмис не позволил и шевельнутся.
— Да тут какие-то приглашения вмерзли в стену, — Линт старательно чиркал огнивом.
— Да брось ты их, — вяло приказал Эрик. — Меня регулярно куда-то зовут. Только я не хожу.
— А зря, — он хитро улыбнулся нам через плечо. — Я вижу кое-что интересное.
— Да? — я старательно вытянула шею, но мою голову быстро вернули на место.
— Вы даже не представляете какой сегодня день, — Линт торжественно потряс мокрым листком. — Настоящий праздник. — Эффектная пауза. — Вечером состоится открытие новой галереи. Угадайте, кто ее владелец?
Палмис ожил:
— Неужели мой старинный друг Льюис Мортерш?
Яр довольно хмыкнул. А я насупилась и спросила у подбородка:
— А как ты сразу догадался?
— Он всегда любил картины, статуи и прочее искусство. Постоянно скупал. Сколько слухов было с его махинациями. Видимо, захотелось похвастаться коллекцией. Ну и Яр слишком довольным выглядел.
 Я задумалась. Повод бесспорно хороший, чтобы по-дружески, даже по-семейному пообщаться с заклятым конкурентом. Но не люблю я такие удачные стечения обстоятельств. За ними всегда следует какая-то подлянка.
— Это опасно, — разговаривать с подбородком было неудобно, пришлось задрать голову. — Там будет много народа. Мы просто не успеем заменить персонал безопасниками. Боюсь, мы с Яром только вдвоем твою охрану не потянем.
— Я сам большой мальчик, — самодовольно проговорил Палмис, и мне захотелось укусить его… за подбородок. Куда дотянусь.
— На которого охотиться киллер, — скромно напомнила мужчине обстоятельства наших обнимашек.
— Маг, — попробовал зайти с другой стороны Эрик.
— Не стабильный, — я обвела взглядом разрушенную комнату. — Я прекрасно понимаю твое желание насолить Мортершу, но там люди могут пострадать. Да и картины жалко. Будет лучше, если я туда одна схожу, а ты дома под присмотром Яра посидишь.
— Вот еще, — недовольно фыркнул Палмис. — Если уж так ставится вопрос, ты лучше дома со мной останься, а Яр сходит.
— Кха-кха, — влез в разговор упомянутый индивид. — Я ценю веру в меня, но как ты себе это представляешь? Господин Мортерш, не уделите ли вы мне минуточку наедине без охраны, где я вас малость покалечу? С какой стати он вообще захочет говорить с простым судмедэкспертом, которому даже не присылал приглашение? Вот если у нас было бы больше ресурсов, людей в смысле, я бы рискнул его выкрасть, а так… операция обречена на провал.
 
— Но у него, возможно, моя сестра, — несколько рассеяно произнес Эрик. Не ожидал он такого сопротивления.
— Вместе пойдем, — решил за всех Линт. — Все-таки это галерея искусства. Там камер немерено и охраны. Нападать в подобных условиях глупо. Но бдительность терять нельзя. Так что никакого шампанского, Эйра! — Я возмущенно сморщила нос. — Не кривись. Командовать операцией буду я. — Логично. Мы хоть и не в холодной пустыне, но дикарей- каннибалов вокруг хватает. — Какой был шанс, что ты, Эрик, придешь на открытие?
— Нулевой. Я на такие мероприятия не хожу, но мне все равно присылают приглашения из вежливости.
— Вот и отлично, — Яр с довольной миной взмахнул листком. — Выдвигаемся через два часа. Форма одежды парадная.
— У тебя хотя бы одно платье осталось? — шепотом, вызывающим щекотку, спросил Палмис.
Я прикусила губу, чтобы не начать хихикать. Неправильно на меня действует Эрик. Совсем неправильно.
— Даже парочка, — я выбралась из его объятий.
— Отлично! — непонятно чему обрадовался мужчина. — Пошли в спальню. У меня для тебя подарок.
Я не наивная дурочка. Какие подарки дарят в спальне? Но пошла. Чего скрывать у самой низ живота приятно екал в предвкушении.
Но сначала Эрик решил занырнуть по пояс в шкаф. Я пожала плечами и принялась расстегивать блузку.
— Ты зачем раздеваешься? — удивился мужчина. А в руках он держал шубу с серебристым мехом.
— Да вот жарко что-то стало, — томно протянула я.
Полы блузки, расстегнутой до пупка, очень заинтересовали Палмиса. Настолько, что нить диалога ускользнула от него.
— А? — он тряхнул головой и повторил вопрос: — Ты зачем раздеваешься?
— Позагорать решила, — сладким тоном ответила я. Ну а чего он глупости спрашивает?
— Где? — он, нахмурившись, посмотрел на люстру.
— Эрик, — хрюкнула я, не выдержав, — ты меня зачем позвал? Я думала скрасим наше ожидание… — и выразительно посмотрела на постель.
— Я? — искренне удивился мужчина. Затем уставился на шубу: — Ах да, подарок. Раздевайся!
— Чего? — теперь логику происходящего потеряла я.
— Мерить будем, — Эрик взял за плечики и развернул перед собой короткую шубу. Именно такую, как я и хотела. Широкополой шляпы только не хватает.
— Кто носит ее на голове тело? — я заломила бровь и прикусила щеку, чтобы не начать смеяться в голос.
 — У нас же дома очень жарко, — он изобразил озабоченное выражение на лице. — Упреешь ненароком.
— Упрею, — согласилась я с Эриком и коварно скинула блузку.
Мы чуть не опоздали. В высокие сапоги на опасной шпильке я впрыгивала на ходу. Линт сначала неодобрительно взирал на наш спешный бег по лестнице, но после моего упражнения стал более добродушным, насколько это возможно при его характере.
— О, я смотрю мы все в одной цветовой гамме, — одобрительно заметил Яр. — Молодцы, прямо отряд.
— Хм, — я смущенно одернула подол платья цвета темной стали. Ну как платья — корсет и юбка на ладонь выше колена.
Как-то было дело: при задержании я навернулась с лестницы и сломала два ребра. Меня потом на неделю заковали в железную конструкцию — ни вздохнуть, ни повернуться. Вот сейчас ощущения точь-в-точь. Только груди завлекательными полушариями аппетитно выглядывают из корсета.
Когда я мерила платье мне показалась что ниже талии все очень прилично. Ан нет. Коварный шелк свободного кроя подола при ходьбе струился по бедрам.
 
А еще я пошла на преступление. Не против закона, а против себя. Чулки в сетку, какой разврат. Видела бы меня сестра.
Я не собиралась их надевать, но рука сама потянулась к сей вызывающей части одежды, потому что глубоко внутри спряталось робкое желание нравиться. С одной стороны, я понимала глупость соперничества с "моделями", которые окружают Эрика. Но, с другой — Палмис на них не больно-то и внимания обращает. А мне вот шубу подарил. Это можно считать заботой? Но все переживания несколько не вовремя. Сначала дело, а потом и подумаем.