Красная тетрадь
С моря подул ветер, соленый, свежий, прохладный. Андрюша чихнул, я сказал:
– Закрывай рот, пожалуйста. И будь здоров.
А Максим Сергеевич продолжал:
– Львенок и червенок жили в маленьком городке, почти в поселке. Там жили и разные другие животные.
– Как такие разные животные могут жить в мире? – спросил я.
– А наступил коммунизм, – сказал Максим Сергеевич. – И лев больше не был врагом агнцу.
Я нахмурился. Я явно чего-то не понимал, но Максим Сергеевич объяснять не хотел.
– Так вот, львенок и червенок стали искать причины всяких вещей. Почему мы чихаем? Откуда берутся наводнения? Куда скрывается солнце, когда мы его не видим?
– Разве в таком развитом мире, – сказал я, – при коммунизме, животные еще не знали этого?
– Нет, Жданов, – сказал Максим Сергеевич. – Они же животные.
– Тогда я совсем ничего не понимаю.
– Слушай дальше. Чтобы узнать причины появления всех вещей, львенок и червенок отправились в путешествие на край света. Туда, где, как говорят, можно было понять все законы мироздания. Там круги были по-настоящему круглыми, а треугольники треугольными. Ночи – темными, но не все, например, белые ночи были светлыми.
– Оттуда брались все вещи? – спросил Андрюша. – Но почему?
– Потому что я так придумал, вот почему, – сказал Максим Сергеевич. Я теперь совсем ничего не понимал.
– Так вот, – продолжал Максим Сергеевич. – Спустя много приключенческих глав, которые обязательно будут написаны, львенок и червенок добираются до горизонта и узнаю́т, что они не могут дружить.
– Почему?
– Ну, знаете, потому что они львенок и червенок.
Андрюша сказал:
– Эта история очень грустная. И бессмысленная.
Я аккуратно ткнул его в бок, покачал головой и осторожно добавил:
– Мне нравятся более логичные истории. И про войну.
– Это очень верно, – сказал Максим Сергеевич. – Более логичные истории. И про войну.
«И» он выделил как-то по-особому.
Я сказал:
– А почему все должно так плохо заканчиваться? Дружба – вечна.
– А вы с Арефьевым всегда будете друзьями?
– Да, – сказал я.
– А если окажется, что ты вырастешь львом, а он – червем? Или наоборот.
– Все равно, – сказал я. – Дружба – это что-то такое большое и серьезное. Нельзя дружить понарошку, понемножку, не насовсем.
– Запишу, – сказал Максим Сергеевич. – Но вы совсем ничего не понимаете в искусстве, глупые дети. Жизнь – это трагедия. Я так вовсе считаю, что лучше никогда не рождаться.
– Это упаднические настроения, – сказал я.
Светило солнце, песок блестел, Андрюша рисовал на нем свои недолговечные рисунки.
– Поди хорошо родиться с червем в голове и умереть молодым. Сколько там у тебя будет времени? Десять лет? Пятнадцать?
Я скажу честно, что не задумался ни на минуту. Я сказал:
– Это не важно. Важно, что есть что-то больше и лучше, чем я. Я за это умру, а значит, я проживу жизнь не просто так. Когда ты отдаешь, ты получаешь всегда намного больше.
Максим Сергеевич почему-то засмеялся и сказал:
– Обманули тебя, Жданов. Вообще-то говоря, в червивые времена ваши предки жили, как муравьи или пчелы. Это, наверное, у тебя оттуда. Идеи об общем благе, самоотречении.
Я сказал:
– Напишу на вас, куда следует.
– А у меня червя в голове нет, пиши куда угодно. Но так-то я, конечно, проверяю тебя. Мало ли ты какой неблагонадежный.
Я тут же подобрался, но не испугался совсем. Я сказал:
– Я очень верный. Я всем сердцем верю.
Максим Сергеевич снова свистнул в свой серебристый свисток. Боря с Володей наконец вышли.
– Вы свисток слышали? – спросил Максим Сергеевич.
– Нет, – сказал Боря. – А вы свистели?
– Надо же, – сказал Максим Сергеевич. – Не волшебный.
У Бори и Володи, у обоих, губы стали совсем синие от холода. А Валя нашла очень красивую ракушку – белую-белую, всю в полосках. Андрюша пообещал просверлить ей дырочку, и это почему-то вызвало неистовый приступ смеха у Володи и Бори.
Я, как ни старался, не смог найти в этом ничего смешного.
А сейчас мы пойдем опять купаться.
Запись 9: Жалоба
Останину Максиму Сергеевичу,
куратору первой пионерской группы планеты Аврора
от Жданова Арлена Георгиевича, пионера
Примерно в 16.30 мы с группой купались в море. Я решил совершить заплыв на дальнюю дистанцию (до косы). Для меня такой заплыв не составлял никакого труда, я плаваю довольно хорошо, и я выносливый. Довольно долго и сосредоточенно я плыл к своей цели, затем я услышал позади плеск.
По-видимому, я задумался, поэтому не понимал, что Шиманов Борис Александрович следует за мной.
Я подумал, что это Арефьев Андрей Романович, поэтому не забеспокоился. Я сказал преследователю, что не заметил присутствия попутчика, и ожидал услышать ответ друга, но вместо этого почувствовал давление на плечи. Я не успел вдохнуть достаточно воздуха и опустился под воду.
Мне стало очень страшно (не потому, что я трус, это был страх инстинктивный), я почувствовал, что задыхаюсь, очень испугался, но Б. А. Шиманов продолжал удерживать меня под водой. Место было довольно глубокое, и я попробовал подплыть под ним, чтобы освободиться, но не смог.
Мне вообще было сложно контролировать свои действия, в воде я запаниковал, и мне стало очень плохо. Б. А. Шиманов продолжал меня топить.
Я не знаю, чем я спровоцировал акт такой агрессии. Б. А. Шиманов часто ведет себя не по-товарищески, иногда нападает на меня без причины. Сегодня мы не ссорились, вернее, он конфликтовал со мной не больше обычного.
Акт бессмысленной агрессии продолжался довольно долго, в какой-то момент Б. А. Шиманов дал мне вырваться, чтобы я глотнул воздуха, а потом опять стал топить.
Так продолжалось некоторое время: когда я думал, что мне удалось вырваться, он снова меня топил. В конечном счете, я так сильно устал, что не смог продолжать бороться и у меня не осталось сил вырываться. Тогда Б. А. Шиманов вытащил меня из воды. Я не мог плыть к берегу, и он помог мне, но такая помощь не делает ему чести.
Я стал жертвой неспровоцированного нападения, мне неприятна подобная ситуация, и я требую принять меры в отношении Б. А. Шиманова как можно скорее.
Утверждаю, что у него случаются приступы немотивированной агрессии с самого детства (на которые я, кстати, неоднократно жаловался). По всей видимости, червь влияет на него дурно. Прошу рассмотреть вопрос о том, достоин ли он отправиться в Космос и достаточно ли покладистым характером обладает Б. А. Шиманов.
Также обращаю ваше внимание на то, что у Б. А. Шиманова хранится пистолет для забоя скота (пневматический пистолет с выдвигающимся ударным стержнем).
Еще раз настоятельно требую принять в отношении Б. А. Шиманова какие-нибудь меры.
Запись 10: Все разы, когда меня обидел Боря
Меня даже стошнило, и в желудке оказалось столько воды, меня никогда так не тошнило. И потом долго были спазмы в груди, и я не мог вдохнуть, мне становилось больно. Я совсем устал и сейчас чувствую себя уставшим, лежу в номере и смотрю в потолок. Мы с Андрюшей уже поговорили, я пожаловался ему, и теперь мне стыдно еще за это.
Андрюша сказал, что у Бори в любой компании одно стремление: просчитать, кто слабее, а кто сильнее, и что он – существо в высшей степени иерархичное. И что такие люди везде будут строить тюрьму, и будут стараться в этой тюрьме стать надзирателями.
Меня это не успокоило, а только расстроило. Я расстроился за себя: как же так? Я расстроился из-за того, что кто-то может так видеть мир.
Мне кажется, ни с кем нельзя обращаться подобным образом. Еще я растерялся, потому что осознал в какой-то момент, что не могу понять, откуда у нас с Борей такая вражда. Мне уже стало казаться, что так было всегда, но у всего должна иметься причина, как я считаю.