Смерть после жизни (СИ)

Огненный бич вновь щелкнул, заставив Уфтхака спрятаться за стол, и, столкнувшись с мечом Хозяина, отскочил назад. Все также пригибаясь, орк расстегнул удерживающие руки Госпожи стальные тиски. Она почти никак не отреагировала на освобождение, лишь слабо дернувшись. Уфтхак, с сомнением поглядев на недостаточно чистую ладонь, осторожно похлопал ее по щеке, вытерев все еще текущую из носа кровь.
Хозяин и Огненный Демон, не отрываясь, смотрели друг на друга, выжидая момент для решительного удара. Меч и пылающий скрученными огненными хвостами бич уже поднялись, готовясь столкнуться, как Хозяин вдруг замер, растерянно оглядываясь и беспомощно пошатнулся, разжав руку. Рукоять выскользнула из ладони, но звона упавшего на камень меча не последовало — оружие Хозяина истаяло, рассыпаясь прахом в воздухе.
Гораздо более сильный, чем после появления Демона толчок сотряс башню, заставив обвалиться несколько каменных глыб с потолка. Сеть извилистых трещин зазмеилась по полу и стенам, ветвясь и углубляясь.
***
— Фродо… Это… Это конец! Кольцо уничтожено!
Улыбка осветила забрызганное грязью и засохшими каплями крови лицо Арагорна, меч наконец скользнул вниз из до предела уставшей руки, утыкаясь в спасительную земную твердь. Орлы кружили в стремительно очищающемся небе, пикируя на и без того беспорядочно разбегающихся орков. Черные Врата рушились на глазах, проседая в расползающуюся трещину.
Пылающее Око на увенчанной огромным полумесяцем башне, судорожно дернувшись в последний раз, погасло. Двурогая вершина Барад-Дура медленно накренилась, заваливаясь набок, и, надломившись, провалилась внутрь, превращая всю бывшую цитадель Саурона в беспорядочную груду каменных обломков.
========== Часть 18 ==========
— Ты не могла бы… оставить меня с ним наедине, Галадриэль?
Элронд досадливо поморщился, потирая переносицу… раньше у него никогда не возникало подобных желаний. Волшебное Зеркало, повинуясь подливающей чистой воды в чашу хозяйке, являло гостю сокровенное, неизменно вселяющее в душу покой и уверенность. Ее присутствие делало очарование более реальным и осязаемым, благословенное волшебство тонким хрустальным ручейком из серебряного кувшина текло прямо в сердце, неся ласковый и мудрый свет Звёзд Запада, казалось, утонувших в глубине голубых глаз Владычицы.
Что же изменилось сейчас, и по чьей вине? Ответа Элронд не знал, и даже не был уверен, что хочет узнать. Удушливые сети Тьмы, неумолимо расползавшиеся все дальше по Волшебному лесу, заставляя засыхать мэллорны, схлынули, бледнея и рассыпаясь прахом. С падением горящего ненавистью ко всему неподвластному злу Ока с башни Барад-Дура, освобожденный от черной отравы мир облегченно вздохнул. Хотя и благословенного эльфийского волшебства лишился тоже — оно навсегда покинуло его вместе с кольцами, оставив просто человеческим.
Магия еще теплилась в Лотлориэне за счет сил Владычицы, так же, как и он не утратил их, но спасением от отныне властного над эльфами увядания мог стать лишь Валинор. Возможно, он зря приехал сюда — Лотлориэн и сама Галадриэль уже никогда не станут для него прежними. Из-за просочившегося из Мордора зла, успевшего необратимо отравить здесь что-то, или дело в нем самом? Зло отравило как раз его… отсюда все сомнения, тревожные мысли, странные сны непонятно о чем?
Спокойно взглянув на него - кристально-чистые голубые глаза Владычицы остались точь-в-точь такими же, как он их запомнил - Галадриэль мягко улыбнулась, словно его не вполне вежливая просьба на самом деле не была озвучена, и чуть наклонила узкое горлышко кувшина, позволив воде потечь едва различимой струйкой, лишь чуть поколебавшей зеркальную поверхность.
Пробивающиеся сквозь переплетенные ветви и зеленовато-золотистые молодые листья лучи солнца гасли, не касаясь Зеркала. Лучшего времени для общения с ним, лунной ночи, Элронд дожидаться не стал. Все усиливающееся смутное предчувствие гнало его… в странное место, где уже давно не было и не могло быть ничего хорошего для не принадлежащих Тьме.
 
И он поддастся ему, чтобы успокоить сердце и наконец провести хотя бы одну не омраченную тяжкими видениями ночь… хотя выспаться в дороге вряд ли удастся. Глупо пускаться в путь после полудня, когда солнце уже клонится к закату, но он более не хочет… наслаждаться обществом Владычицы Галадриэль. Как вообще можно было надеяться, что оно поможет вернуть душевный покой и порадует?
С состоявшейся через день после победы над Сауроном коронации Арагорна Элронд сразу поехал в Лотлориэн, не оставшись на празднование. Что было странно, необъяснимо и почти неприлично, но крепнущая в душе уверенность, что его место именно здесь, причем как можно скорее, заставила преступить законы гостеприимства.
Ощущение, что Тьма все же не окончательно ушла из Средиземья, не пугало и не огорчало его, непонятное неправильное чувство в глубине души он предпочитал никак не называть. Да и не могла полностью уйти, потому что материя Арды… ее кольцо, в это, чтобы не вспоминать вызывающие тяжесть в груди и головную боль слова Владычицы, лучше не углубляться. Главное, что она жива, он чувствовал это. Галадриэль не могла всерьез предлагать такое, в ней говорило черное отчаяние и парализующий страх перед побеждающим мраком.
Арагорн не стал допытываться о причинах скоропалительного отъезда, поговорить с ним обо всем возможности не представилось, и момент был неподходящий. На восстановленной от недавних разрушений Фонтанной площади под сенью Белого дерева собрались все уцелевшие жители и воины. Сияющее теплым золотистым светом солнце на безоблачном небе решило подарить всем надежду на грядущее счастье.
Арвен в светло-жемчужном платье и легком кружевном покрывале на украшенных прихотливо изогнутой диадемой волосах стояла рядом с женихом, выражения полускрытого раздуваемым ветром кружевом лица Элронд рассмотреть не сумел… вправе ли он что-то советовать другим, если не разобрался сам в себе и не знает, как правильно поступить?
— Не буду омрачать твою радость, Арагорн… ты слишком долго ее ждал, и дорого заплатил. И сегодня достоин сполна вкусить ее плодов, — только и смог сказать он.
Может, Волшебное Зеркало что-то подскажет ему… Надеяться на такое было сродни беззаветной детской и человеческой вере в чудо. Отражающая похожие на взмахи крыльев бабочек колебания света и тени от листьев мэллорна, вода в чаше потемнела и тут же осветилась изнутри ярким светом далекого солнечного дня.
Элронд невольно вздрогнул и подался вперед, широко открыв глаза от удивления. Спасибо, что хоть не рот — давно забытое чувство стало с недавних пор его почти постоянным спутником. Потребуется не одна сотня лет в свободном от душевных смут Валиноре, чтобы вылечить это.
Огромная черная башня с двурогой вершиной, как и прежде врезалась в синеву необычно чистого и ясного неба над Мордором. Ородруин, словно огненный выброс, порожденный расплавившимся в его жерле кольцом Всевластия не взорвал вершину вулкана, лишь слегка дымился. Таящееся в глубине пламя равномерно пульсировало, просвечивая сквозь покрытую темными потеками застывшей лавы поверхность.
Протянувшийся до самого горизонта вширь и вглубь - края Элронд разглядеть не смог - строй необычно опрятных с виду орков всколыхнул, казалось, навсегда оставшиеся в прошлом страх и отвращение перед возвратившейся из небытия Армией Тьмы. Руки самопроизвольно сжались в кулаки… и тут же опустились от растерянности и смятения. Никаких иных чувств и желаний не осталось, кроме трусливого и недостойного порыва стереть увиденное из памяти и закрыть глаза, чтобы проснуться уже в Валиноре.
Вдоль строя вытянувшихся в струнку воинов неторопливо шел их командир, откровенно неказистый на фоне бравых солдат, но преисполненный глубочайшей уверенности и самодовольства. Мелкого роста, с шаркающей походкой и свернутой набок переносицей. Сияющим и самодовольным мордорский военачальник был еще и потому, что шел, как равный, рядом с… назвать ее Темным Властелином нельзя, глупо звучит, а как же…