Замок пепельной розы (СИ)
Такие беседы у нас случались за эти два года с завидной регулярностью, в них не было ничего из ряда вон. Ничего, что указывало бы на то, что у брата какие-то проблемы. Тем более, с герцогом. Да он о Морригане даже не заикался!..
Вру. Заикался. Но едва он о нём заговорил, я тут же попросила эту тему закрыть и никогда больше не вспоминать. Так что нет-нет — я вела себя в тот его визит в высшей степени разумно и рассудительно! И вообще, все эти два года я изо всех сил старалась не доставлять брату и его семье никаких неудобств и повода для беспокойства. Его проблемы и плохое настроение точно никак не могут быть связаны со мной.
Придётся искать дальше.
Но предположение, что Морриган как-то замешан во всей этой истории, всё больше обрастало деталями и аргументами, превращалось в уверенность. И это не могло не огорчать.
Грейс всё это время продолжала щебетать на тему того, планирую ли я в будущем ремонт особняка, и не считаю ли, что интерьер этой комнаты пора немного «освежить». Я прервала её, с трудом вынырнув из омута собственных мыслей:
— Честно говоря, мне хотелось бы из этой комнаты поскорей переселиться. Обратно в гостевую.
Служанка запнулась, в её глазах мелькнула растерянность.
— Но… это никак не возможно без приказа хозяина! Ведь по его распоряжению вы именно здесь.
Да что ж они все такие запуганные-то!
— Грейс, немедленно принесите мою одежду!
Её как ветром сдуло с края постели. Она принялась быстренько поправлять всё на подносе, накрыла его крышкой снова и подхватила.
— Простите великодушно, мисс, но это тоже невыполнимо! Молодой хозяин предвидел, и велел на такие просьбы не откликаться. Сказал, вы должны отдохнуть. И оставаться в этой комнате до его дальнейших приказаний.
Я надулась и сложила руки на груди.
— Кажется, у меня будет муж-тиран.
Грейс снова рассмеялась, уже на полпути к двери.
— Не поверите, но пожилой господин сказал ему что-то подобное! Мол, «совсем затиранишь будущую невесту, и она сбежит до свадьбы».
— А он что? — против воли мне стало интересно.
Служанка заговорщически мне подмигнула.
— Пожал плечами вот эдак, и сказал, что вот поэтому и приказал не давать ей одежду. Чтоб не сбежала. И не угодила снова в какие-нибудь неприятности. — Она хихикнула. — Как по мне, юная мисс, это всё так безумно…
— Романтично, я знаю!.. — буркнула я. Ничего романтичного в этом во всём как-то не наблюдалось.
— О да! И уж простите мне мою дерзость, но мы уж и не думали, что доживём до момента, когда увидим нашего герцога таким влюблённым.
— Глупости! И ничего он не… — я вовремя прикусила себе язык, вспомнив, что по условиям фиктивного брака мы должны будем изображать супружескую пару. Так что признаваться налево-направо в том, что в этом браке никакой обоюдной страсти и близко нет, не лучший способ поддерживать легенду.
Служанка посмотрела на меня снисходительно, а потом шепнула доверительным тоном:
— Вы когда спали, он несколько раз приходил на вас смотреть.
Я вспыхнула.
— Наверное, проверял, что не убежала!
— Как скажете, юная госпожа, как скажете…
— Но, по крайней мере, мне в уборную можно выходить? И ванную бы принять хотелось! Так что всё равно придётся…
— О, прямо отсюда есть выход в великолепную ванную комнату герцога! Я распоряжусь, чтоб принесли горячей воды. Не волнуйтесь, вам не придётся морозить ножки по коридорам! А нам не придётся вызывать неудовольствие хозяина.
Она была уже у самой двери, когда я бросила ей вслед ещё один вопрос, который тревожил моё любопытство.
— Э-э-э-э… Грейс!
— Да, миледи?
— Я ещё хотела узнать — зачем поменяли шторы в комнате?
— Вам не нравится цвет?
— Нравится, но… Не думаю, что хозяину этой комнаты по душе розовый! А я совершенно точно не собираюсь оставаться здесь надолго. Да и… зачем вообще было их менять?
Служанка вмиг посерьёзнела, сослалась на срочные дела и вышла, аккуратно прикрыв дверь за собою.
Я посидела немного на постели, досадуя на деспотические замашки будущего супруга. Сначала охранник на пепелище, теперь вот слуги… кажется, все они, при том, как уважают и пожалуй, любят своего господина, одновременно его боятся и трясутся как заячий хвост, лишь бы не вызвать малейшего неудовольствия. Судя по всему, характер у моего будущего супруга не сахар, мягко говоря! Может, и к лучшему, что брак будет фиктивный. Ещё не известно, была бы я в нём счастлива.
Навздыхавшись, я слезла с постели, и вспомнив, что осталось незаконченным одно дело, направилась к шкафу.
Где-то здесь я выронила камень. Было бы неловко лишить коллекцию Дорна важного экспоната. Так и вижу его лицо — оставил, называется, на пару дней в своей комнате, тут же умудрилась в замкнутом пространстве потерять ценную вещь. А нечего было оставлять! Я мысленно показала ему язык. Честно говоря, в этой напыщенной снобской комнате так и тянуло устроить какое-нибудь хулиганство.
Но смех смехом, а камешек не находился.
Еле-еле удалось его обнаружить — мелкий пакостник закатился под шкаф, в самый дальний и тёмный угол. Чтобы его достать, мне пришлось лечь и чуть ли не самой втиснуться в щель под нижней полкой.
В таком виде меня и застали две молоденькие служанки, которые принесли вёдра с водой. Я вылезла, вся в пыли, с добычей в руках и красная как помидор от стыда. Кажется, будущая герцогиня Морриган просто бьёт все рекорды — столько поводов языки почесать дала за какие-то несколько дней!
Пока наполняли ванну, я быстренько водрузила находку на место, украдкой ещё раз не неё посмотрев. Вроде совершенно обычный камень, ничего больше не мигает и не светится. На камни с развалин Замка пепельной розы он похож не был — я отчётливо помнила камушек, что тётя прятала в корсаж. Те камни были почти чёрные. А этот… серый с розовым. Так что, версия, первой пришедшая на ум, мимо. Наверное, герцог в своих изысканиях обнаружил какой-то новый минерал. А блеск мне почудился спросонья, ну или слюда бликовала.
Но самое обидное, что спросить у Дорна не получится. Я же ни за что не осмелюсь признаться, что рылась у него в шкафу!
Прошло три дня.
Я спала, ела, отдыхала, принимала ванну по несколько раз на дню, и всячески маялась от безделья. Меня часто навещал старый герцог — он просто светился от счастья, и его даже не омрачал тот факт, что его «компаньонка» попросила расчёт тут же, как только узнала о помолвке внука. Впрочем, как оказалось, старик и не питал особых иллюзий насчет того, на какую дичь на самом деле охотилась здесь девушка.
При новости о том, что она уехала, я испытала нелогичный прилив мстительной радости. А старому герцогу пообещала добыть новую компаньонку, в сто раз лучше. Он же любит актрис? Так вот, у меня была одна на примете, как раз лишившаяся работы в последнее время. Так что я написала письмо Бертильде, своей бывшей служанке, и ждала ответа. Я была уверена, что это отличное решение, и оба — жизнерадостный старик и моя не менее жизнерадостная подруга — отлично поладят.
Сама же я в промежутках между разговорами с дедом, врачом и слугами снимала маску и признавалась самой себе, что никакой особой радости не испытываю.
Скорее, напротив. Дорн всё не приезжал, и меня грызла тревога. Кажется, я стала слишком пугливой за последнее время. Всякий раз, когда дорогие мне люди уходили, я не могла отделаться от страха, что это навсегда.
А больше всего я испугалась, когда поняла, что несмотря ни на что, думаю о Морригане именно так.
И всё же к исходу третьего дня я была так зла на Дорна — а особенно за то, что оставил меня одну, — что, в конце концов, устроила в его комнате кое-какие перестановки.
Утром четвёртого в комнату ворвалась Грейс, держа на вытянутых платье. Наконец-то, платье!!! Одно из тех, что я взяла с собой на отбор.
Я немедленно вскочила с постели и выхватила его из рук служанки.
— Неужели наш великий и ужасный хозяин соизволил вернуться и отменить свои бредовые приказания? — съёрничала я, прижимая к себе долгожданный наряд.