Цветок под куполом. Возвращение (СИ)

Я подумала, плохо, что они не взяли Марка. Только он мог сейчас успокоить разбушевавшегося императора. А Ив стремительно сжал меня и, приподняв голову за подбородок властно поцеловал. Поцелуй длился недолго. Моя кожа была чувствительна, местами и волдыри не настраивали на романтический лад, он это понимал. Ив быстро меня отпустил, но видимо даже короткого поцелуя хватило, чтобы успокоить не в меру разошедшегося императора.
Высвободившись из объятий, я коротким заклинанием привела в порядок легкие. С ужасом осмотрела свои руки, покрытые волдырями и все в дырах платье, через эти дыры была видна красная кожа. Так. Сейчас не до этого. Я опустилась на колени рядом с Натом и, просканировав его, поняла, что его легкие пострадали существеннее, но меня и на него хватит. Я положила ему на грудь руки и влила в него остатки резерва, с радостью понимая, что не только вылечила его легкие, но и восстановила частично кожный покров, вернула сознание и силы. Они ему нужнее. Я могу уже и вырубиться, а вот он будет в этой кутерьме необходимее.
Я только и успела увидеть, как Нат открыл глаза. А сама в этот момент их закрывала, заваливаясь на него.
  
Глава 2
 
Главное, чтобы костюмчик сидел.
А вас, Штирлиц, я попрошу остаться.
«Семнадцать мгновений весны»
Проснулась я в незнакомом помещении на большой кровати. Над головой колыхался ярко вишнёвый балдахин с золотыми кистями. Обведя глазами спальню, поняла, что она соответствует богатой кровати и в кресле напротив увидела Сару, примостившуюся в кресле с книжкой в руках.
— Сара. — Тихонько позвала я.
— Ана, у меня вошло в привычку охранять твой сон после очередного приключения. Но на сей раз ты превзошла саму себя. — Она подошла и села на кровать, протягивая мне стакан с соком.
— Сара, ты не знаешь, все выжили, кто в шаре был? — Задала я главный вопрос.
— Да, Ана. Выжили все. Больше всех пострадали вы с Натом, так как два раза пересекали границы шара. Но на Ната ты вбухала остатки резерва, а там еще на самом деле много было. Поэтому он был бодр уже, когда ты вырубалась на площади. На тройку магов переход мало подействовал. У них и своя защита была. Стражники отделались ожогами, но местные аптекари справились.
— Ты не знаешь, они на меня сильно злятся? — поинтересовалась, принимая стакан.
— Сильно? Ива даже Марк не смог успокоить. А Нат при упоминании твоего имени картинно хватается за фляжку и вопит, что он не в том возрасте, чтобы столько пить и отпаивать других.
— Они опять напились? — Ужаснулась я.
— Опять? Они, по-моему, как ты ушла жить в госпиталь и не прекращали. — Хмыкнула орчанка.
— Понятно. Сильно шар город разворотил? — Проснулось любопытство.
— Нет. Как только тебя унесли, Ив вызвал Марка и развел бурную деятельность. У него как будто тормоза отпустило, и ему надо было что-то делать. Мы с Марком прибыли, они стали ставить на площади щиты на дома. Как потом Ян сказал, дешевле было бы их самим снести и заново построить. Они туда столько магии закачали, поэтому, когда шар рванул, дома не затронуло. Вот площадь разнесло всю, там огромная воронка. Но ее уже засыпают.
— Так это же хорошо? — Я с сомнением посмотрела на Сару.
— Хорошо? Ив и Марк спят уже вторые сутки. Ян отдувается за всех троих, и страшно злой по этому поводу. Грозится снести дома, которые они спасли от разрушений. Он ведь на всякий случай эвакуацию все-таки провел, и там никого не было.
— А что Нат? — Заволновалась я за покровителя.
— Ну как шар взорвался, они вшестером пошли пить. Марк, Ив, Нат и те три мага, что сначала спасли город от налета светлых, а потом ты их спасла из шара. Яна оставили разгребать убытки, компенсировать пострадавшим и вообще, как выразился Нат, «на хозяйстве».
— Он тоже спит?
— Нет. Он как раз уже оклемался. Просил, как только ты в себя придешь, сообщить ему. Ты есть хочешь?
— Да. Мне бы в ванну и платье какое раздобыть, а то мое, боюсь, сгорело? — поинтересовалась я.
— Одежду тебе принесли, ванна там. Я пойду, приглашу Ната на обед, там и поговорите.
 
Я встала с кровати, с удовлетворением отмечая, что кожа зажила, и боли в теле нет. Зашла в ванну, подивившись ее роскоши, и залезла в глубокий, на мой взгляд, бассейн, хотя я маленькая, с удовольствием нежась в воде, которая забирала все тревоги и невзгоды. Потом с сожалением выбралась, гадая, когда еще в моем распоряжении будет такая роскошь. Я огляделась в поисках обещанного платья и, не обнаружив его, осторожно завернувшись в халат, выглянула в спальню. Там обнаружила горничную, которая при виде меня низко наклонила голову в поклоне.
— Лана. Я буду счастлива услужить вам. — Произнесла она, не поднимая головы.
— Э-э-э… Нда… Ты случайно не знаешь, где моя одежда? Мне обещали ее доставить. — У меня очень давно не было горничной, я уже и не помню, как это.
— Разумеется, лана. Разрешите, я помогу вам одеться? — Она подошла к стоящему в углу шкафу и достав платье, двинулась ко мне.
— Нет. Я сама справлюсь. В столице у меня нет горничной, так что привыкать не надо. А что это? Это не мое платье. — И я ошарашенно уставилась на платье в руках горничной.
— Но как же не ваше? Здесь другого нет. Там еще нижнее белье чулки и обувь. Принести?
— Постой. А где Сара? Ну орчанка, что была здесь?
— Вы говорите о первой фаворитке императора лане Саре Мудрой?
— Лана Сара Мудрая? Свет велик, однако я отстала от жизни. Да, я говорю о ней. Где она?
— Она в соседней комнате, в императорской гостиной с ланом Бабидок. Позвать?
— Да, будь добра.
Когда Сара вошла вместе с горничной я продолжала задумчиво гладить платье. Оно было великолепно. Не только из зачарованного голубого бархата. Оно расшито серебром практически везде. Это было очень дорого. Такая ткань практически не портилась и не протиралась. Помимо этого платье было отделано белым кружевом и если я ничего не путаю, то и кружево было зачарованно, и сплетено вручную, и тоже стоило маленькое состояние. Две нижние юбки, начинающиеся от середины бедра, были из прозрачной невесомой ткани и придавали лёгкий объём внизу и приятные складки. Судя по задумке портного бархат должен плотно облегать фигуру, и только внизу, за счет дух нижних юбок, расходиться волнами. Лиф платья с украшенной вышивкой не нуждался в корсете, так как был плотным. Грудь скорее всего в таком платье у меня появится, а кружева даже придадут ей дополнительный объем. Да и цвет голубой с серебром идеально подходил к моим волосам и глазам. Вот только по самым скромным подсчётам, такое платье обошлось бы мне в полгода работы, может чуть больше.
— Ана, что случилось? — Сара подошла и с недоумением посмотрела не меня.
— Сара, что это? Я же просила мое платье? Ну, или похожее на мое. А это что?
— Твое платье. Там еще штук двадцать похожих нарядов, но я велела взять самое простое. Его и доставили. Что тебе не нравится? Красивое платье. Ты же еще не мерила, откуда ты знаешь, что ошиблись с размером?
— Сара? С каким размером? У меня в госпитале в шкафу это точно не водится.
— Ну, у тебя в госпитале может орк повеситься в шкафу, ему на это места хватит. Там же висит плащ и походное платье. А то, что на тебе обычно надето, ты на спинку кресла вешаешь, когда спишь. Зачем тебе в госпитале шкаф?
— Сара! Ты мне зубы не заговаривай! Мой шкаф, что хочу то и вешаю. Хочу платье, а хочу орка. Это что? И где это таких еще двадцать? — И я указала на платье.
— Фу, Ана. Как с тобой тяжело. И я понимаю, почему Нат стал так много пить. Хотя ты знаешь, по-моему, он притворяется. Он и без тебя столько пил. В том трактире, который они переименовывали…
— Сара!!!
— Ана, ну что ты как маленькая. Во дворце, конечно, у императоров. Там тебе покои выделили. Тебе и Нату. Они рядом расположены. У тебя там, кажется, комнат пять, включая детскую, а у Ната поскромнее, всего три, но ему и детская, согласись, не нужна. И вот там есть шкаф. А в шкафу висело это. Мне принесли его, когда я сюда бежала. Знала же что ты во что-то влипнешь, и платье не помешает.