Цветок под куполом. Возвращение (СИ)

Зал был на удивление светлым. Когда мы с Ивом открыли дверь и первыми вошли, то тысячи магических светляков озарили залу. Вопреки моим ожиданиям она не была большой, и в ней не было сложного механизма. Но в ней был пол. И этот пол был поделен на белые и черные квадраты. Они располагались в хаотичном порядке, и казалось не имели никакого смысла, хотя я уверена, что он был. В центре комнаты располагались эти самые рычаги, один был на белом фоне другой на черном. Последним в залу зашел Ян, и как только это произошло, дверь с громким лязгом захлопнулась.
— Всё. Птичка в клетке. Это то, о чем я и говорил. Каверза древних. Мы не сможем выйти от сюда пока не сделаем попытку активации купола. Я читал об этом, — сказал Марк.
— Ну, мы ведь за этим сюда и вошли. Так что не вижу, чтобы это что-то меняло. Наверное, это чтобы отсеять сомнения, — пожал могучими плечами Ян.
— Ну что? Приступим? — обернулся к нам Нат и первым вошел в белый круг.
— Обещай, что ты останешься жива, — вдруг на полном серьезе сказал Ив. Он обнял меня и, приподняв мою голову за подбородок, вгляделся в мои глаза, пытаясь там что-то найти. — Обещай!
— Я обещаю, — и потянулась к его губам.
Мы целовались, пока Ян насмешливо не фыркнул. Это привело нас в чувство, и Ив подвел меня к белому кругу.
— Помни. Ты обещала, — бросил он и отошел к Марку и Яну.
Как только мы вступили каждый в свой круг, они вдруг засветились и образовали что-то наподобие шарика, а мы оказались внутри этого шара. Мы в белом, императоры в темном. Нам было видно их, а вот звуки пропали.
— Ну что, девочки? Давайте сделаем это? — улыбнулся Нат, так легко и беззаботно как будто предлагал пирожное в кондитерской.
Мы с Майкой кивнули и потянулись к рычагу. Нат взялся за него первым, я потянулась следом, а последней за рычаг ухватилась Майка. И светлая магия в него полилась. Я почувствовала, как стал опустошаться резерв.
Сначала стали загораться те самые хаотичные квадраты, что покрывали пол. А потом прямо напротив нас вдруг открылась ниша, в которой оказалась статуя богини Времени Пейто. В руке она держала весы, на которые падали белые и черные песчинки. И сразу стало понятно, что черных песчинок больше. Весы раскачивались, и уравновешиваться не собирались. И обведя глазами пол, я поняла, что почти все черные квадраты уже горят. А вот белые не зажглись и наполовину. Нат видимо тоже это понял, и по испуганному взгляду Майки я поняла, что и она догадалась.
— Девочки, я счастлив, что был знаком с вами. Если не хватит, просто отпустите этот проклятый рычаг, ни к чему вам погибать из-за него, — и он снова улыбнулся своей обаятельной улыбкой и протянул вторую руку к рычагу.
Белые квадраты замигали быстрее, белых песчинок на весах прибавилось, и весы стали раскачиваться не так хаотично. А потом вдруг и вовсе стабилизировались. Они наклонились в сторону черных, и черные песчинки перестали сыпаться. Черные квадраты все уже горели и переливались тьмой. А вот белых, не заполненных, еще было много. Шар вокруг императоров побледнел и исчез.
Ив первым выскочил из темного круга и бросился к нам. Он стал долбить в наш шар руками, пытаясь нам что-то прокричать, но звуки не доносились. Между тем из уголка губ Ната потекла струйка крови.
— Нат, хватит. Остановись. Отпусти его. Ты израсходовал резерв и сжигаешь магические каналы. Когда они сгорят, ты умрешь. Остановись.
— Ана, детка, уже слишком поздно. Они уже горят и это не восстановить. Вы вдвоем не справитесь. По-другому было нельзя. Придется Яну одному пить в «Кабаньей голове». Прощайте, девочки. Постарайтесь быть счастливыми.
— Нат! — Я закричала, но он меня уже не слышал. Кровь полилась сильнее, и вот он уже упал сначала на одно калено, а потом рухнул всем сильным телом на белые плитки проклятого пола. Кровь тонкой струйкой продолжала стекать из его рта, глаза оставались открытыми. Могучая грудь больше не поднималась в такт дыхания, а глаза смотрели в никуда. Нат умер. Сильный, добрый и отважный Нат умер. Умер мой лучший друг, человек, который всегда выручал и помогал. Без которого мы не дошли бы так далеко. Человек с огромным жизнелюбием, юмором и храбрость. Нат в первые же минуты нашего знакомства вытащил нас с Сарой из неприятностей. Еще вчера он делился с нами планами, а сейчас его нет. Нет.
 
— Нет! — слезы застилали все, и я не сразу поняла, что проклятые белые квадраты стали заполняться сильней.
— Майка! Отпусти этот рычаг, что ты наделала?! — И я судорожно попыталась оторвать вторую её руку от рычага.
— Если я отпущу, значит, он умер зря. Все было зря. Я не могу этого допустить. Может тебе повезет и твоего резерва хватит. Прощай, Ана.
Я еще пыталась оторвать её руку. Я смотрела в мутнеющие прекрасные глаза не в силах поверить в происходящее, но вот её руки сами разжались, и Майка мягко опустилась на пол рядом с мертвым Натом. Она еще успела послать мне улыбку, прежде чем закрыть глаза навсегда.
Я обвела взглядом пол. Он весь светился. Больше не было квадратов, были сплошные переливы белого и темного света. Я крепко держалась за рычаг двумя руками и смотрела, как белые песчинки медленно заполняют чашу весов, выравнивая их. А потом я почувствовала на губах солоноватый привкус крови. Я перевела взгляд на Ива. Он больше не пытался докричаться до меня, а стоял и смотрел. Его бездонные штормовые глаза были полны муки и боли.
— Прости, любимый. Я не могла поступить иначе, — прошептала, глядя в любимые глаза.
И тут я услышала жуткий скрежет. Чаша весов уравновесилась, и механизм встал в точку невозврата. Я увидела, как шар вокруг меня потух, а земля задрожала. Как мощная волна, сметая все на своем пути, разнесла нас в разные стороны, отшвырнув тянувшегося ко мне Ива. Как Марк умудрился все-таки накинуть щит на себя и Яна, который крепко вцепился в него, прикрывая своим телом от полетевших сверху камней. Мы разрушали храм. Это последнее, о чем я подумала, прежде чем провалиться в темноту.
  
Глава 16
 
Время жить и время умирать
Да, сегодня позволено все,
Что крушишь себя так увлеченно.
Видишь, я над тобою кружу.
Это я фиолетово-черный.
Шклярский Э.М. группа «Пикник» Фиолетово — Черный.
Я лежал на холодной земле, прижимаясь к ней губами. Как? Это просто не возможно. Немыслимо. Образы и чувства метались в голове и не могли в ней поместиться. Но одна настойчиво стучала молотками о наковальню уставшего мозга. Я должен встать! Я должен принять решение. Я должен спасти то, что еще можно спасти.
В какой момент все пошло не так? Еще вчера мы сидели у костра. Марк привычно уткнулся в толстенный книжный том. Всегда удивлялся, откуда он умудряется их выуживать, ведь в рюкзак такое явно не влезло бы. Они и так забиты под завязку.
Майя, думая, что Марк не видит, аккуратно любовалась им. Ничего у нее не получится. У Марка все мысли только о молодой орчанке, оставшейся в столице. Марк из породы однолюбов и Майе с ним ничего не светит. Лид с Яном привычно целовались и переругивались одновременно. Надо бы выделить им отдельное крыло. А то так придется переезжать всем остальным, легче переселить эту парочку. Хотя, нет. Это уже не парочка, а целое шумное семейство.
Нат обманчиво спокойно лежал около костра. Но мне было видно, что этот воин не расслаблялся ни на минуту со времени нашего перехода на светлые земли. Сейчас я с трудом мог припомнить, почему он мне так не понравился при первой встрече. Ведь понятно, что к Ане он испытывает целую гамму чувств, но романтикой там и не пахнет. Все-таки я бываю непроходимым тупицей.
Я обнимал Ану. Она так естественно устроилась в моих руках, будто пребывала там всю жизнь. Я не смогу ее отпустить никогда. Вначале, надо признать, я руководствовался только интересами выгоды. Ну как же — высшая жрица света. Единственная на всю империю. Но постепенно, узнавая ее все ближе, выгода уходила на задний план. А теперь на нее было откровенно плевать. Я сделаю все, чтобы эта девушка была счастлива. Все. И пускай все катится в тролью задницу. Я буду беречь ее строже, чем гном свою сокровищницу. Мне не найти во всей темной, да пожалуй и светлой империи, второй такой девушки. Как она умудряется вечно попадать в неприятности? Просто уму непостижимо. И при этом оставаться сильной, искренней и смелой.