Сердца войны (СИ)

Марк держал девушку под руку. Эльна вновь оделась в красное платье Катерины и с грустью отметила, что за прошедшее время успела похудеть еще сильнее. Прохладный шелк практически не касался кожи, а надетое сверху серое пальто можно было дважды обернуть вокруг излишне хрупкой девушки.
Марк довольно улыбался, когда Эльна с ребячьим восторгом рассматривала интерьеры, впивалась глазами в громадную люстру, искрящуюся, как алмаз, под самым потолком зрительного зала и с опаской проводила ладонью по красному бархату сидений.
Культурная программа была важной и неотъемлемой частью жизни города, но с каждым годом интерес к театру угасал. Интерес вообще пропадал из глаз людей, важным становилось пропитание, выживание, здоровье и желание наконец уже закончить эту войну, которая не давала расслабиться ни на минуту. А потому новых постановок ожидать не приходилось. Но на неискушенную колдунью «Лебединое озеро» произвело такое впечатление, что всю дорогу до дома Эльна восхищалась, не переставая.
Ее спутник посмеивался и молчал, все плотнее прижимая девушку к себе, пока, наконец, не поймал ее в узком коридоре Штаба и не прижал к стене всем телом, заставляя ее поплыть, как растопленное масло, под его напором.
— Марк, — сорвалось с губ Эльны, когда они ввалились в комнату, не прекращая целоваться. И в этом слове сквозили все чувства, доступные человеку или магу. Любовь и безграничная преданность, обида и злость, страсть и покорность, нежность и дерзость, игривость и вселенская печаль.
Утром Эльна вышла прогуляться. Ее еще колотило после почти бессонной ночи, а тело сохранило запах Марка. Она облачилась в привычный камуфляж, который нравился ей куда больше шелковых платьев, накинула на плечи пальто Катерины и отправилась здороваться с весенним солнцем.
По пыльным улицам стекали грязные ручьи талого снега, спускаясь под уклон в направлении границы города. Центральная улица еще спала. Из редких приоткрытых окон доносились голоса, звон посуды и недовольные крики детей, не желавших завтракать. И на душе вдруг стало так тепло. Неужели это возможно — она, Марк и их дети. На уютной кухне. И нет никакой войны. Никакой магии. Нужно только избавиться от Источника, любой ценой. Так просто.
Она улыбнулась, подставляя лицо свету, и вдохнула полной грудью. В нос ударил тот неповторимый аромат, который бывает только ранней весной. Талый снег, свежесть и надежда на счастье. Но тут к ароматам, пробуждающим любовь в каждой клеточке тела, примешался еще один. Странный, резкий, смутно знакомый. Как будто он явился из прошлого.
Солнце вдруг спряталось и перестало припекать разомлевшую колдунью. Эльна нехотя приоткрыла глаза и ахнула. Перед ней, словно из под земли, вырос Альтос.
Замечтавшись и поддавшись утреннему весеннему порыву и ночным воспоминаниям, Эльна не заметила, как дошла почти до самой окраины. И ни один патруль ей не встретился. Зато встретился маг, которого она точно не желала видеть этим утром. И не только этим утром, а вообще никогда в своей жизни. Хоть она и понимала, что встреча неминуемо состоится.
Колдунья задрожала, и нехороший холодок предчувствия пополз по позвоночнику. Она огляделась — Альтос был один. Ни ее братьев, ни других соратников поблизости не оказалось. И все же он был силен. Жалкое ранение, которое Эльна смогла нанести ему, убегая, не оставило и следа. Казалось, что он еще больше раздался в плечах и как будто вырос. И теперь этой человеческой скалы хватало, чтобы заслонить собой солнце и стереть все мечты, которые только что блуждали в голове Эльны.
— Привет, — хрипло произнесла колдунья, как будто это слово было уместно.
— Привет? — хохотнул в ответ Альтос, и голос его сорвался, как бывало всегда, стоило магу выйти из себя. — Ну, здравствуй, женушка.
— Ритуал не завершили, — холодно ответила Эльна, отступая на шаг. — Я не твоя жена.
Краем глаза она заметила вдалеке за спиной какое-то движение. Люди, других магов она не ощущала. Если быстро развернуться, можно ускориться и за пару секунд оказаться в укрытии. Там, куда Альтос не сунется в одиночку. Но маг, каким бы обозленным и чужим теперь он ни был, знал Эльну, как самого себя. Она не успела даже пошевелиться, как вокруг нее сомкнулись магические путы, парализовавшие и лишившие воздуха. Тело сдавило настолько, что захотелось выть от боли, но сил не было. «Марк!» — только и успела хрипло выдохнуть она, прежде чем в глазах потемнело, и сознание угасло.
 
  
Глава 33
 
Никогда прежде Эльна не ощущала себя такой жалкой, как теперь. Никогда прежде Альтос не позволял себе заковывать ее в путы в полную силу. Колдунья очнулась даже не от боли во всем теле, которая не отпускала ни на секунду, а от того, что лежать на холодном бетонному полу и не шевелиться было мучительно сложно.
Снова тот же бункер. Те же стены с подтеками воды. Озябшее тело и боль. Дежавю. Лучше бы это было именно дежавю. А не отвратительная реальность. Марк в другом конце полутемного помещения. Пятно света наверху. И Альтос, с самодовольной усмешкой, превратившей его в безумца, расхаживающий из стороны в сторону. Заметив очнувшуюся колдунью, он сделал шаг к ней. Опустился на колено, как уже делал раньше, снова небрежно схватил за подбородок и с отразившимся от стен звоном отвесил девушке пощечину. Она взвизгнула от новой волны боли и только теперь, услышав крик Марка, поняла, что он действительно здесь.
— Ты как сюда попал? — прохрипела Эльна, уставившись на любимого, словно не заметила ни бывшего жениха, ни боли. Только предательские слезы, стекавшие по щекам, выдавали реальное положение дел.
— Тебя спасал, — ответил Марк глухо и сплюнул кровь. Лицо мужчины опухло. Один глаз был залит кровью, а бровь рассечена. Надо же, Альтос пренебрег в этот раз магией. Видимо, был в бешенстве.
— Зачем?
— А ты зачем меня спасала? — усмехнулся он.
— Потому что люблю тебя.
— Вот и я поэтому.
— Потому что любишь себя? — с привычной при общении с Марком иронией попыталась спросить Эльна, но не успела. Нависавший над ней маг грубо толкнул девушку, и она захлебнулась словами.
— Какие нежности! Только посмотрите на этих голубков! — Альтос был вне себя от ярости.
Одним движением он прижал Эльну к холодному бетону. Все лицо его исказилось от ненависти и нечеловеческой ярости. Он сверлил девушку взглядом, как будто хотел испепелить на месте. Колдунья корчилась на земле, изнемогая от боли при каждом движении, а Альтос давил все сильнее, магией заставляя путы теснее стискивать хрупкое тело. Еще немного, и захрустели бы кости.
Но убивать Эльну так просто явно не входило в его планы. Альтос приподнялся, взглянул на Марка, который безуспешно боролся с невидимыми оковами, не дававшими ему пошевелиться. Это не был взгляд мага или человека. Это был взгляд самой мести во плоти. Хищно оскалившись, он рванул ремень на штанах колдуньи и резким движением спустил их до колен. Эльна оглушительно завизжала, превозмогая боль в каждой клеточке тела, и попыталась ногами отпихнуть мужчину. Но несостоявшийся муж был в два раза ее крупнее и гораздо сильнее, не только физически, но и магически.
Эльна рвалась и кусалась, пытаясь хотя бы отдалить неминуемую участь. Сердце бешено колотилось, животный страх застыл в горле, тело ныло и дрожало, а Альтос, не спеша, ухмыляясь, расстегивал ширинку. Колдунья забыла, кто она и где находится, и молила хоть кого-нибудь помочь ей. Забыла она и про Марка, почти обездвиженного, который не позволил бы себе просто наблюдать.
Магические путы даже дыхание делали болезненным, не говоря уже о малейшем движении. Поэтому увидеть Марка так близко Альтос не ожидал. Когда маг повернул голову на неожиданный звук за спиной и тут же получил слабый, обессиленный удар в лицо, то сначала растерялся. Руки сами приняли положение атакующего удара. Оранжевое свечение охватило кисть и в ту же секунду сорвалось с руки и огненным шаром угодило Марку прямо в живот.