Высшая проба. Недуг мой, свет мой

– И много у него там ценностей? – с интересом рассматривал мрачного и злого негодяя Эмильен.
– Много. Я не проверял, полны ли сундуки, но самые крупные и чистые камни он никому не доверял. Хранил у себя. А в мешке у него вещи из нашего убежища. Это именно он, когда-то, еще в детстве, подглядывал за мастером ловчих птиц и позже придумал, как того убрать.
Рассказывая все это, отшельник связывал пленника живой лианой и засовывал в созданный мною багажник. Мешок он поставил рядом с собой.
– Нужно предупредить коменданта, – доставая амулет вызова решил Эмильен, и все с ним согласились.
Так намного быстрее и проще, чем искать мага по всей крепости, натыкаясь на едва живых, бледных шахтеров. Мы ни в чём перед ними не виновны, кто же мог знать, что у человека, сумевшего накопать себе камней на королевскую роскошь, хватит силы воли и терпения, чтобы много лет бегать в прислужниках у самоуверенных надзирателей над рабами?
Зиенс появился через пару минут, выслушал новости и тихо попросил оставить дворецкого тут.
– Мы его просто привяжем… пусть смотрит в глаза людям, которых приговорил.
– Его необходимо тщательно допросить, чтобы выяснить все подробности. – отказал Эмильен, – да и не проймут такого гада ничьи взгляды. Он по три года ел за одним столом с «купцами», делил с ними развлечения, вечерами выслушивал их планы и мечты. А потом бестрепетно отправлял в пропасть.
 
Глава восьмая
 
Альяна:
 
Возвращаться на скалу всей компанией мы не стали. Перелетели засыпанный осыпью перевал, и, минуя мост, сели на другом берегу в тенистой тутовой роще.
Там разделились, Эмильен остался со мной, помогать в полете, а все остальные устроились под деревьями, густо усыпанными разноцветными ягодами. Я не устояла, сорвала несколько штук, черных, как ежевика, и чей-то ветерок тотчас насыпал таких целую корзинку и втиснул мне в руки.
– Это мне? – изумилась неожиданной заботе, совсем позабыв, что больше не отношусь к мужественной части человечества, которой не принято дарить цветы и сладости. А припомнив, смущенно улыбнулась магам, – Спасибо.
И поспешно зашвырнула крылатый кокон в небо.
Нас встречали с явным нетерпением, но дождались, пока мы умоемся и сядем к стоявшему посредине накрытому столу.
– Мы уже пообедали, чтобы времени даром не терять, – сообщил дед, – садитесь, ешьте и рассказывайте.
Говорил глава ордена, а я торопливо ела и украдкой рассматривала сидевшего чуточку в сторонке худого мужчину. Узнать бывшего узника можно было лишь по глазам, тоскливым, как у брошенной собаки. Все остальное изменилось.
Вместе со спутанной, неопрятной гривой исчезли усы с длинной бородой, и без них Даор оказался намного моложе, чем казалось мне прежде. Ровесником Гарлу, если не Хирду. И лицо стало приятным, одухотворенным, однако ни одной фамильной черты, так хорошо прослеживавшейся в королевской портретной галерее, в нем не нашлось.
Значит опекунша ему все же лгала, и можно не сомневаться, что делалось это по плану и вовсе не без выгоды.
Оставалось понять, в чем она, если камней эта банда добыла намного более, чем они смогут потратить за десять жизней. Даже если станут расходовать золото с королевской роскошью.
– Яна, – шагнувший ко мне дед смотрел с сочувствием и тревогой, – Хирд прислал срочное сообщение. Над лесом, в стороне трактира, в небо поднимается столб черного дыма.
– Сначала летят водники, – мгновенно сориентировался Териан.
– И мы, – засуетились принцесса с другом, еще не понявшие что их просьбы запоздали.
Мы снова летели, и на этот раз я не успела даже устроить королям кресла. Так они и сидели кучкой прямо на полу, выдернутые из-за стола шустрыми лапками кокона. И похоже, это ничуть их не смущало. Даже наоборот, выглядели все весьма деловито.
– Давай сразу к трактиру, – едва определив где находится, скомандовал Териан. Затем оглядел сидящих рядом и слегка помрачнел, – Юнелию оставила?
– Там Имольт, Чендис и два магистра, – напомнила я, направляя крылатую повозку прямо на рвущиеся в небо клубы дыма, – если открою оконца, сможете отсюда тушить?
 
– Конечно, – уверенно подтвердил дед, – а сможешь облететь вокруг?
– Да. Потом закрою вас коконами и высажу на лету.
– Очень хорошо, – магистр перегнулся через отверстие, вглядываясь в приближающееся строение и что-то резко в него швырнул.
Рассмотреть, что там происходит, мне не удалось. Сначала защищала магистров и аккуратно опускала в высокие сорняки, почти касавшиеся верхушками дна моего летуна, потом уводила его круто вверх, снова направляя на скалу. Тревога Териана заразила и меня, хотя интуиция подсказывала, что беспокоится он напрасно. Просто привык, что Юне угрожает беда.
– Не волнуйся, – тихо успокоил Эмильен, – все у них в порядке. Я сам первым делом надел на девчонку свой следящий амулет, и снять его не сможет никто, кроме меня.
– А раньше так сделать не могли? – выдохнув с облегчением, буркнула я.
– У Юнелии была хорошая защита, – пояснил он то, о чем знали уже все, – и Гизейдес умышленно не скрывала её статус бастарды. Зато они с Терианом тщательно прятали свою любовь к внучке. И все мы считали это достаточным. Ведь обычно ради выкупа воруют законных принцев.
На скале нас ожидали с тревожным нетерпением, и во всех взорах светился один вопрос:
– А кого вы теперь возьмете?
– Всех, – решительно ответила я, приводя в действие свой план.
Сжав кокон как можно сильнее, распределила багаж, которого стало намного больше, ровным слоем по брюху летающей повозки. Спящие злодеи тоже ушли в «подпол». Сверху в подушках сидели последние из спутников, во главе с задумчиво поглядывающим Чендисом.
– Уверена? – едва слышно осведомился Эмильен.
Я лишь молча кивнула. Хотя полной уверенности не было, зато имелся порядочный опыт прыжков с большой высоты. И надежда, что он не понадобится.
В этот раз мощная лапа швырнула летуна не просто вверх, а еще и наискосок, и едва мы оказались в небе, вокруг кокона веером раскрылись три пары огромных трепещущих крыльев. И сразу ударил снизу мощный порыв ветра, поднимая нас даже выше, чем в прежних летунах.
Но я не обольщалась, понимая, что постоянно такого ветра не создаст даже верховный магистр, и теперь благополучие нашего полета зависит лишь от моего умения летать.
– Отлично, – сдержанно похвалил Эмильен, следя как стремительно летун приближается к горному потоку, упорно держа при этом высоту, – как нужно будет, еще поддержу.
– Не нужно, так доберемся, – уверенно отказалась я, осознав, что падение в теснину нам уже не грозит. – Летим сразу к трактиру, но опустимся вниз немного заранее. Там может быть опасно.
А с нами дети и преступники, добавила про себя, и лучше их поберечь от любого нападения.
Огромный, необычный летун плавно скользнул над дорогой и, теряя крылья, мягко присел на отросшие лапы.
– Я тут послежу, а вы доедете до трактира, – деля кокон на две неравные части объявила главе ордена и отправила его в малую повозку вместе с остальными магистрами.
А свою кибитку медленно повела по дороге, подняв над крышей обзорную магическую трубу. Кроме детей и спящих преступников, в повозке остались лишь дикари конехо, да Даор, и тот лишь потому, что я еще ничего не знала о его способностях.
И особенно об умении в экстренных ситуациях действовать сообща с собратьями.
– Почему нам нельзя было поехать с ними? – недовольно надула губы любопытная принцесса.
– Хороший вопрос, – похвалила я, – и ты мне на него сейчас ответишь. Чтобы мне не совестно было представлять тебя королеве Изольде.
 
– А почему тебе будет стыдно? – вытаращила она красивые глазки.
– Ну представь, – пояснила ей с наигранным вздохом, наблюдая за открывающейся впереди картиной, – приезжаем мы в Одзиен, входим в тронный зал…
– Подожди, – нахмурилась Юнелия, – а зачем мы поедем в Дегронию, а не в Эргос?