Конец света по-эльфийски (СИ)

- Но передо мной-то зачем? Я что, примадонна какая, или еще хуже - истеричная дроуша?! - негодовала эльфийка.
- Дело не в том кто ты, дело в том кто я, - снова осторожно возразил Дэнэль.
- Глупые отговорки, - безапелляционно заявила Василиса. - Кем бы ты ни был, это не мешало тебе неделю общаться нормально.
- Это ненормально, особенно в первый дни, - покачал головой мужчина.
- Кстати о первых днях. Даже будучи в плену ты что-то не спешил падать в ноги, так зачем сейчас? - девушке явно казалось, что она привела достаточно убедительный аргумент.
Дроу сдержал тяжелый вздох.
- Не спешил. Ты для меня была никем, точнее даже хуже, и обращаться к тебе подобающим образом я не собирался, скорее уж наоборот, - признался Дэнэль. Он, конечно, постарался обойти острые углы, но прекрасно понимал, что смысл его слов от этого не менялся, и с опаской ожидал ответа. Но девушка отреагировала на его признание совершенно спокойно.
- То есть не стоять на коленях - это для тебя проявлять неуважение? - спросила она.
- Можно и так сказать, - согласился мужчина.
Вообще это было довольно грубое определение. Подобный вариант общения обозначал куда более глубокие взаимоотношения нежели просто выказывание уважения. Это было признание госпожи, подтверждением клятвы верности, беспрекословного подчинения. Это же было и особым расположением госпожи, позволяющее мужчине свободное приватное общение с ней, выделяющее его из общей массы. А так же это было и вверение своей жизни в ее руки. И только с ней наедине он мог себе позволить подобное.
- А стоя на ногах или сидя рядом ты уважение проявлять не умеешь? - огорошила его новым вопросом элле.
- На людях. Наедине я могу позволить себе больше, - вновь осторожно ответил дроу.
На самом деле, что он мог или не мог себе позволить, решала госпожа, но он рискнул предположить, что если ему было разрешено коснуться ее тела, то это и есть позволение. Правда, последовательность событий должна была быть обратной, но у него всегда все не так, как положено.
- Как с тобой сложно, - потирая переносицу, сообщила девушка, чем поставила дроу в тупик.
Что может быть с ним сложного? Он весь ее, от начала и до конца, причем не только по закону, но и по собственному выбору. Ей принадлежит и его тело, и его разум, он не в силах ей сопротивляться. Что бы она ни приказала ему, что бы ни сделала с ним, главное, чтобы это была она. Никогда и ни перед кем он не желал принимать коленопреклоненную позу, это была просто обязанность или необходимость. Но перед ней готов был опускаться на колени в любой подходящий момент, чтобы хоть так выразить все то, что он испытывал к ней. Иначе он чувствовал, что сорвется. Сорвется и наделает глупостей, которые уже не оправдаешь ее действиями и не спрячешь за этикетом.
А еще был небольшой шанс, что она коснется его, проведет по щеке или по волосам в знак расположения или поощрения, как иногда делали дроу. Хотя откуда ей, девушке из другого мира знать, что делают дроуские госпожи?
- А на равных у вас мужчины и женщины никогда не бывают? - тоскливо спросила она.
"Равные? Что значит равные, когда я схожу с ума от одного твоего прикосновения?.." - недоумевал дроу.
- Я не совсем понимаю, о чем ты.
- Будешь ли ты слугой, другом или мужем, ты всегда должен будешь стоять на коленях?
- Если ты позволишь, - опустив взгляд в пол, ответил Дэнэль.
- А я могу запретить? - заинтересовалась элле, чуть подавшись вперед.
- Разумеется, - подтвердил мужчина, не отрывая взгляд от ворса ковра.
Сердце его так и ухнуло вниз.
- И что это будет значить? - однако, наученная горьким опытом в постижении дроуской логики девушка делать поспешные выводы не стала.
- Что ты считаешь меня недостойным этого, - дроу старался, чтобы его голос звучал ровно.
- В качестве наказания значит, - по-своему, но в целом, верно поняла его Василиса. Хотя Дэнэль бы сказал, что это будет самая настоящая пытка для него. - Нет, это мне не подходит. А другого варианта поднять тебя с колен нет? Чтобы это была награда.
 
- Я не могу заслужить большей милости, - дроу, обнадеженный отказом от прямого запрета, рискнул поднять на госпожу взгляд.
- Чудно, - заключила девушка, поджав губы, и резко вскочила на ноги и заходила по небольшому свободному пространству палатки. Дроу молча следил за ней вполоборота. - Дурдом! Это же надо до такого додуматься?! Самое лучшее - это поза покорности! Только дроу такое могло прийти в голову, - ужасалась девушка, расхаживая туда-сюда. Неожиданно она изменила траекторию и подошла к дроу почти вплотную. - Ты считаешь, что так нормально? - глядя на него сверху вниз спросила она. - Тебе не кажется это унизительным?
- Нет, - не колеблясь ни секунды, ответил Дэнэль. - Ты моя госпожа.
Девушка уже открыла было рот, чтобы сказать что-то еще, но мелодичный звон колокольчика не дал ей начать. Оба эльфа одновременно обернулись на полог, который был дверью в палатке.
- Это час прошел так быстро или Эфа с Костей по нам соскучились? - пробормотала Василиса, поворачиваясь к двери. Дроу немедленно поднялся с колен, так что обернувшаяся на его движение девушка, встретилась с ним взглядом, когда их глаза были практически на одном уровне. Говорить она, впрочем, ничего не стала, лишь покачала головой и подошла к двери.
***
Этот дроу все-таки сведет меня с ума! Я не могу понять, что творится у него в голове! Что за странные извращенные мысли и понятия? Стоять на коленях - наилучшее поощрение. Неужели реально можно так думать?! И как ему удается так отвечать, что мне просто не за что зацепиться? Со всех сторон выходит, что все правильно и логично! И нет никакой возможности поднять на ноги! Кроме стука в дверь... И кого еще черти принесли?
- Добрый день, - лучезарно поздоровался со мной совершенно незнакомый эльф, стоило мне отдернуть полог.
- Добрый, - довольно хмуро поздоровалась я, окидывая взглядом новый субъект.
Это был элле. Хотя кому бы еще быть в военном лагере светлых эльфов? Высокий, стройный, как и все элле, он был одет в простую одежду коричнево-зеленых тонов, которая скорее всего была форменной, хоть и никаких отличительных знаков, полный список которых мне услужливо предоставила память, я на ней не нашла. Похоже, это был простой служащий.
- Я по поручению этера Эдориэля, - сообщил тем временем он, не переставая улыбаться и заставляя меня сомневаться в его душевном здравии. - Он сообщил, что эдоноэль Эфйейль нашлась, и просил принести обед вам и вашим сопровождающим.
- Очень любезно с его стороны. Передайте ему мою искреннюю признательность за заботу, - ответила я, только сейчас обратив внимание, что у парня, а я все-таки определилась, что передо мной молодой эльф, в руках два подноса.
- Прошу, - он протянул мне один из них. - Счастлив, что вы нашлись и снова с нами, эдоноэль.
- Благодарю, - кивнула я, принимая поднос. - Но к Эфйейль вам в палатку напротив, - я указала направление и поспешила скрыться в своей палатке.
Память таки соблаговолила выдать мне досье на этого странно радостного эльфа. Его звали Жестэраль, и это был одним из слуг Илиэнкюров. Он действительно был молод, а еще безответно влюблен в Эфу уже несколько десятилетий. Причем как-то раз ни разница в возрасте, ни в положении ему не помешали признаться ей в этом! А Эфа, добрая душа, разумеется, и не подумала отшить его как положено. Так и возилась с ним все время, в сотый раз объясняя, что он ей совершенно не нравится. Чистейшая душа!
Я, было, шагнула с подносом к столику, но он уже был занят вещами из сундука.
 
- Переложи на кровать, - попросила я Дэнэля, опасливо косясь в его сторону.
Дроу освободил площадь, и я, наконец, поставила поднос. Там было две порции второго, салат в общей миске, пара сладких булочек и две чашки чая.
"Как Жестэраль два таких смог принести, ничего не расплескав и не уронив? Впрочем, тут же все эльфы", - подумала я, и снова покосилась на Дэнэля, ожидая очередной пакости с его стороны.