Конец света по-эльфийски (СИ)

Элле кивнула, подтверждая мои слова, а потом перевела тему.
- А как ты удерживала его в повиновении ночью?
- Обездвиживала и подпитывала магию всю ночь через тактильный контакт.
- То есть вы спали вместе, на одной кровати. Как думаешь, дроу бы такое позволила?
- Думаю у них в арсенале совсем другие методы.
- А после принесения клятвы?..
- Да я снова вела себя не как дроуша, - поняв, к чему клонит элле, я не дала ей задать еще один вопрос. - Но мне нет нужды вести себя так!
- Да, и думаю, он это оценил, - заметила элле. - Оценил то, что ты не выбираешь для него самый плохой вариант, оценил твое доброе отношение к нему.
- Вы хотите сказать, что он дал мне клятву, решив, что я буду хорошей госпожой? - озадаченно спросила я.
Мне вспомнился наш с Эфой разговор на эту тему, но тогда мы рассматривали мою возможную "хорошесть" в качестве госпожи как следствие примерного поведения дроу, а не как причину клятвы. Абсурд свободному давать рабскую клятву по доброй воле на том лишь основании, что кто-то там будет лучшим господином, чем другой.
- Нет, - покачала головой Ланэль. - Дело не в этом.
- А в чем? - совершенно растерянно спросила я, окончательно запутавшись в собственных попытках понять странную логику илис элле. Ну, что ей мешало сказать прямо?
- Он в тебя влюбился, - даже чересчур прямо и откровенно ответила женщина, чем, признаться, меня немного смутила, но желание докопаться до сути было все же сильнее.
- И что? - возразила я. - Я вижу, что я ему нравлюсь, но это еще более сомнительный повод давать такие серьезные клятвы.
- Только не для дроу! - совершенно серьезно сказала элле. - Я долго жила и работала в Арканзаларе и много общалась с дроу, прежде чем перейти в руководство пограничной службы. Для них влюбленность это серьезный повод опасаться за свою жизнь, причем они не столько боятся ее лишиться, что и так, скажем прямо, у них не редкое явление, сколько за ее качество. Я не буду приводить примеры, скажу только, что у них это очень жестоко наказуемо, и потому это скрывается. Скрывается как смертельно опасная тайна, даже если каким-то чудом окажется взаимной. Любовь среди дроу редкость.
- Эфа даже считает, что они не умеют любить вовсе, - задумчиво отозвалась я. Кажется, я, наконец, начала понимать, что творится в голове у моего дроу.
- Глупости, они такие же эльфы как и мы, только общество у них устроено иначе. Возможно даже рациональнее, - не смогла не отметить Ланэль, но меня на философию сейчас совершенно не тянуло.
- И он дал клятву, чтобы я перестала читать его и не узнала о его чувствах...
- У дроу от этого, разумеется, больше всего страдают мужчины, хотя и женщинам мало приятного в постоянных насмешках и подколках. Потому они и стараются это скрыть, например, за этикетом.
Я резко вынырнула из своих мыслей и взглянула Ланэль в глаза.
- Почитать и обожать свою госпожу - можно, любить - нельзя, а ты как-то проникла в его сердце, - продолжила она. - Не суди его строго. Он просто по-другому не умеет и боится.
- Но я же не дроуша! - запротестовала я.
- Зато он дроу, а ты женщина, - напомнила элле.
Я открыла было рот, чтобы снова возразить и поняла, что мне и сказать-то больше нечего. У меня даже вопросов не осталось, на которые я сама себе бы не смогла ответить.
- Я поняла... - тихо сказала я, опустив взгляд в свою чашку. Кофе кончился, - Спасибо, - поблагодарила я элле, поднимаясь.
- Не за что, - ответила Ланэль, снова беря в руки листы, которые отложила при моем появлении.
- Доброй ночи, - попрощалась я, подойдя к выходу из палатки.
- Доброй, - отозвалась она, улыбнувшись мне напоследок, и углубилась в чтение.
Я же, выйдя на улицу, не спешила добраться до своей палатки. Вдохнув полной грудью прохладный ночной воздух, я остановилась где-то на полдороги. Было как-то тягостно. Все эти подробности жизни дроу, их невероятно садистский как в физическом, так и в психологическом плане уклад жизни жег душу. Разумеется, я понимала, что не могу ничего с этим поделать, да и это явно не было нужно даже им самим, но в палатке меня ждал один далеко не абстрактный дроу... Разговор хоть и дал мне множество ответов на, казалось, неразрешимые вопросы, но так и не ответил мне на главный вопрос "Как поднять его с колен", так как ответ "никак" меня не устраивал.
 
Я запрокинула голову и взглянула на звезды, ярко сияющие в ночном небе над горами. Звезды были непривычными, но знакомыми. Память Эфы вслед за скользящим по небу взглядом давала небесным светилам названия, собирала их в созвездия, рисовала карту звездного неба. Вздохнув, я все-таки дошла до своей палатки и вошла внутрь. Темнота тут же озарилась светом, а из ванной донесся шум воды.
"В ванной. Это хорошо. Есть еще немного времени привести мысли в порядок", - порадовалась я, снимая нарис, а вслед за ним рубашку, и доставая пижаму.
Переодевшись, я взялась за гребень. Расплела волосы и принялась их расчесывать. Расслабляющее занятие, надо было признать, и думать не мешало. А мыслей было много самых разных. Начиная от попытки понять, как воспринимал мои поступки Дэнэль в самые первые дни и разнообразных представлений о жизни дроу (а фантазия у меня бедной никогда не была), до анализа поведения Дэнэля и очередных попыток придумать, как поднять его с колен.
"Он дроу и с этим надо считаться. Он не обычный парень, к которым я привыкла. У него совершенно другие мысли и приоритеты, другая культура, другой менталитет. И ведь это не плохо, только очень сложно... Сложно понять и увидеть ситуацию с его точки зрения, да еще и настолько вывернутую. Но разобраться нужно, иначе все это так и будет висеть неразрешимым грузом..."
За мыслями я не заметила, как расчесала волосы и заплела тугую ровную косу. Заплела сама, без каких либо проблем и с первого раза, и обратила внимание на это чудо, только когда мне понадобилась лента, чтобы закрепить конец. Я усмехнулась сама себе. Хотя, собственно чему было удивляться? Если уж мечом махать и из лука стрелять я научилась сразу, то чем коса хуже? Просто я вбила себе в голову, что не умею заплетать волосы и маялась все время с ними.
"А на самом деле я могу, ведь Эфа может!"
Одновременно с тем как я закончила закреплять косу, дверь в ванную открылась, и дроу зашел в комнату. Его взгляд тут же скользнул по идеальной косе, которую я только что выпустила из рук.
- Представляешь, задумалась, и руки сами заплели косу, - поспешила сказать я, представив, что он мог бы подумать, увидев меня с готовой прической. - Интересно, смогу ли я повторить это осознанно?
- Рано или поздно, - ответил Дэнэль, опуская взгляд.
Из ванны он снова вышел в одних брюках, влажные волосы были распущены и, конечно же, закрывали спину. Шрамы...
"Шрамы мужчину украшают, но вряд ли тем способом, которым он их получил, можно гордиться. Сможет ли он когда-нибудь относиться к ним спокойно?.. А я? - я еще раз взглянула на его широкую спину, занавешенную волосами, когда он подошел к сундуку, чтобы положить туда свои вещи. - Да мне они никогда не мешали. Мне рисунок только жаль, а шрамы меня не пугают и отвращения не вызывают. Только ему ведь не докажешь..."
Вздохнув, я поднялась, и, подобрав свою одежду с кровати, подошла к вешалке. Дэнэль копошился в своей сумке, а я поймала себя на мысли, что стараюсь, как можно медленнее вешать одежду, чтобы подольше не оборачиваться. Я боялась, что когда дела закончатся, он снова встанет на колени, а я до сих пор не знала, что делать.
 
"Бред какой-то, - досадовала я на себя. - Надо просто с этим разобраться!"
- Дэнэль, - оставив свои вещи в покое, я развернулась.
Он в этот момент, кажется, тоже закончил поиски и обернулся ко мне. Несколько мокрых прядей соскользнули с плеча, когда он наклонился к сундуку, и теперь лежали на обнаженной груди дроу, выделяясь на темной коже. Я заставила себя отвести от них взгляд и поспешно сказала: