Лоуренс Уотт-Эванс - За Василиском (ЛП)

- Ладно, хватит веселиться. Убейте зверя. И снова заговорил пеший человек, очевидно, лидер группы.
Троица подчинилась, но неохотно; Корос был таким же грозным противником, как и его хозяин. Первый поднял копьё и пустил скакуна в галоп. Боевой Зверь отбил атаку, как котёнок отбивает клубок пряжи, сбросив кричащего человека с лошади, его копьё ударило зверя в бок, не оставив и царапины.
Элмил уже проснулся и беспомощно наблюдал, как двое других приближаются более осторожно, ища возможность вонзить своё оружие в жизненно важные органы боевого зверя.
Они разделились, обходя монстра с противоположных направлений, лишая Короса возможности встретиться лицом к лицу с ними обоими; поняв, что происходит, зверь перешёл в наступление и бросился на одного из них, выпустив когти, сбив того с лошади на каменистый склон. Другой метнул копьё; оно вонзилось в плечо Короса, но не смогло замедлить зверя, вырвавшего горло у упавшего разбойника.
- Стой! - крикнул их главарь. - Оверман, отзови своего зверя, или я убью Элмила! Элмил умоляюще смотрел на своего похитителя; копьё разбойника нависло над его сердцем.
Гарту потребовалось полсекунды на раздумья, и за это время Корос снова набросился на оставшегося нападавшего, но не сбросил его с коня, оставил окровавленный труп медленно сползать с седла.
- Лежать! - крикнул Гарт, и боевой зверь внезапно остановился, послушный, как домашняя кошка, и принялся вылизывать раненое плечо, слизывая сочащуюся кровь с древка копья, не сводя при этом настороженных глаз с предводителя разбойников.
- Почему меня должно волновать, что Элмил умрёт? И разбойник, и Оверман проигнорировали панику, появившуюся на лице Элмила, и лёгкий тычок копьём не позволил ему протестовать.
- Видимо, тебе нужен пленник.
- Не теперь. Я держал его в качестве заложника, но, похоже, он тебе так же безразличен, как и мне.
Разбойник был сбит с толку и колебался; Он сказал: - Давай договоримся. Возможно, нам удастся избежать дальнейшего кровопролития.
- Как пожелаешь.
Неуверенно разбойник продолжил. - Боюсь, мы совершили ошибку, напав на тебя.
Гарт ничего не сказал.
- Поэтому, хотя мы и причинили вам зло, мы просим тебя простить нас, и мы уйдём с миром.
Гарт подождал, прежде чем ответить, но разбойник не мог придумать, что ещё добавить; тогда, наконец, Оверман сказал: - Вы больше не побеспокоите меня и не причините вреда моему зверю.
- Даю слово.
- Ты оставишь Элмила живым и под моей опекой и охотно примешь его обратно, когда я его освобожу.
- Как пожелаешь.
- Раз мы разобрались с этой помехой, - ответь на мои вопросы.
- Хорошо.
- Если ты нарушишь любое из этих обещаний, я выслежу вас и убью.
Теперь молчал разбойник.
- Сними этот барьер.
Разбойник нерешительно сказал: - Сначала я должен получить твоё слово, гарантирующее мою жизнь и жизнь моих спутников, если они ещё живы.
- Я даю вам слово, что ни я, ни мой зверь не убьём никого из вас, если не последует дальнейших провокаций.
- Очень хорошо. Разбойник отвернулся и стал возиться с чем-то под жилетом; Гарт ощупал воздух перед собой и обнаружил, что невидимая стена исчезла. Он подошёл к тому месту, где лежал Элмил и стоял главарь разбойников.
- Кто ты такой?
- Я Дансинг из Дербарока.
- Ты предводитель разбойников?
- Я был им с того момента, как ты убил Кханда, нашего прежнего предводителя, и до сих пор. Я не знаю, можно ли меня ещё так называть.
- Как ты создал этот барьер?
- Он управляется с помощью талисмана, подаренного мне магом Шангом.
- Зачем маг дал тебе этот талисман?
- Чтобы подчинить тебя.
- Откуда Шанг узнал обо мне?
- Мы обратились к нему за помощью, когда ты убил наших товарищей, и рассказали о битве, а также о том, что ты поскакал к Морморету.
- Вы не могли знать, куда я пойду.
- Дорога, по которой вы пошли, ведёт только туда; тракты на Лагур и Илнан заброшены, и всё движение туда идёт по другим дорогам.
- Итак, вы рассказали Шангу о моём приближении; и что потом?
- Мы попросили у него мощное оружие, магию, чтобы убить тебя, чтобы отомстить за наших товарищей и защитить Морморет. Он отказался, сказав, что такое оружие не нужно, чтобы остановить одинокого искателя приключений, и что он не может рисковать, позволяя таким, как мы, использовать его. Вместо этого он дал нам амулет невидимой стены.
 
- Я хотел бы увидеть этот амулет.
- Это не было частью нашей сделки… Разбойник отступил назад.
- Как хочешь. Оверман на мгновение задумался, но не стал задавать других вопросов, а затем сказал: - Давайте посмотрим на ваших товарищей. Он не заметил удивления Дансинга, когда с такой готовностью отказался от своих притязаний на магический барьер.
И они пошли смотреть. Дансинг, Гарт и Элмил обнаружили, что из трёх других разбойников первый был без сознания после падения, но в остальном выглядел невредимым, а двое других были безусловно мертвы.
Затем Гарт извлёк копье из плеча боевого зверя и обработал рану, насколько смог. Она была неглубокой, поскольку остриё вонзилось в складку шкуры, а не в мышцу или кость. Зверь, казалось, был равнодушен к своей ране, только пару раз лизнул её.
Гарт сказал: - Ты можешь забрать своего товарища и идти с миром. Однако я прошу вас одолжить мне и Элмилу двух лишних лошадей, поскольку они вам больше не нужны. Я верну их Элмилу, когда освобожу его.
- Очень хорошо. Таким образом, всё было улажено, и несколько минут спустя Дансинг исчез в темноте, оседлав свою собственную лошадь и ведя за собой другую с перекинутым через неё бесчувственным разбойником, оставив позади Гарта, Элмила, Короса, двух лошадей и два трупа у слабо тлеющих остатков костра.
Через несколько минут Гарт и Элмил уже спали, а Корос обгладывал один из трупов.
ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
На следующий день они проснулись поздно, уже после рассвета, из-за прерванного сна, и тронулись в путь только ближе к полудню. Теперь Элмил ехал на одной лошади, другая несла часть припасов Гарта, а сам Гарт снова ехал с комфортом верхом на Коросе.
День прошёл без происшествий, и следующий лагерь они разбили на закате на краю долины Морморета. Башни города сверкали на горизонте, высокие шпили из белого камня ярко выделялись на фоне синевы восточного неба. По эту сторону гор воздух был теплее, а долина зеленела и благоухала весной. Деревьев было очень мало, так как вся местность представляла собой сельскохозяйственные угодья; вместо них в тени гор, подобно густому зелёному ковру, лежали посевы и травы. Будучи горожанином, Гарт редко видел фермы, и никогда - такие богатые; они были прекрасны, он и не знал что такие бывают, ведь на его родине красивыми были только холёные животные, гранитные пики и сверкающий лёд. Даже летом земли были унылы и бесплодны, покрытые редкой травой, лишь там, где усилия Оверманов не могли принести даже колоска пшеницы. Никогда прежде он не видел столько зелени, да ещё такого насыщенного оттенка.
Однако даже на его нетренированный взгляд что-то было не так: молодая кукуруза и пшеница не стояли аккуратными рядами, а были разбросаны повсюду, и среди посевов бесконтрольно росли трава и сорняки. Эти фермы были неухоженными и заброшенными. Он задумался, почему.
Он также удивлялся башням Морморета. Для чего они нужны? Над гаванью Ордунина возвышалась единственная башня, с которой велось постоянное наблюдение как за торговыми судами, перевозящими меха, лёд, резную кость и золото из шахт, так и за самим портом; пираты этого региона не раз нападали на Ордунин, когда были недовольны добычей на море. Другие здания порта были высотой в один-два этажа, максимум - три; дальше лестницы становились слишком утомительными. Но здесь, среди обширной мирной долины, где земли было в достатке, люди построили город с дюжиной башен, каждая из которых была высотой в добрую сотню футов. Конечно, башни были очень красивы, сияя в лучах заходящего солнца; архитекторы были просто великолепны. Но строить только ради красоты - об этом Ордунин и мечтать не мог; простое выживание отнимало слишком много сил.