V – значит Вендетта (СИ)

— Как это куда? — изобразил удивление он. — В бар.
— Иногда складывается впечатление, будто ты не человек.
— Я оценил твоё чувство юмора, — усмехнулся темноволосый. — Располагайся.
Как по указке, я разложила все свои вещи и прочую ерундистику, после чего мы оба приняли душ и начали сборы.
Желания наряжаться не было. Я надела любимые чёрные джинсы и аналогичного цвета шёлковую рубашку.
Рассматривая собственное отражение в зеркале, я и вовсе не заметила появления приятеля. Стефано в своей манере подкрался тихо и незаметно, подмечая мою отрешённость.
— Женственность вовсе не чужда тебе, крошка, но почему-то ты не пользуешься собственной привлекательностью, — брюнет едва ощутимо собрал короткие прядки волос, демонстративно зафиксировав их на макушке, тем самым оголяя тонкую шею и всегда скрытное лицо. — У тебя потрясающий типаж, не скрывай его за чёрным «занавесом».
— Сочту за комплимент, — одобрительно кивнула я, призадумавшись над чужими словами.
Из-за нежелания возиться с длинным волосом я постригалась настолько коротко, насколько могла себе позволить. Да, прямое каре практично и к лицу. Единственный минус заключается в том, что некоторые прядки назойливо лезут в глаза, тем самым перекрывая большую часть обзора.
Не знаю почему, но я прислушалась и немного повозившись, сделала небрежный пучок. Скромно и мрачно. Как раз в моём стиле.
Стефано сказал, что будет ожидать в холле. Возможно, это ирония судьбы, но мы были идентичны. Мужчина был одет в такие же «грустные» тона.
— У тебя отличный вкус, — окинула оценивающим взглядом я.
— Чистого не было. Надел, что пришлось, — ехидно ухмыльнулся брюнет.
— Очень смешно, — состроила карикатуру я, прекрасно понимая, что он не оценил по достоинству мой стиль.
— Шучу, — подмигнул молодой человек, притягивая меня к себе. — Чёрный цвет предназначен для людей, которым нечего доказывать, так как они уже давно совершили это перед самими собой. Для меня чёрный цвет — это уверенность и сексуальность.
— Да ну? — расплылась в улыбке я.
Эспозито одарил меня довольной ухмылкой, после чего мы направились в неизвестном направлении.
Здесь было всё: от маленьких магазинчиков с сувенирами до величественных ресторанов, имелся даже магазин с одеждой. Чувствую, шопинг неминуем.
Очевидно, что Стефано ведёт меня в определённое место. Это видно по его глазам и уверенной походке. Он знает здешние места, как родной дом.
«Impulsion» — это название заведения, куда Эспозито так напористо шествовал всё это время.
В помещении царила интересная обстановка и не менее своеобразный интерьер. Видимо, мой друг выбрал его не случайно. Этот бар полностью отображает темперамент тех, кто в него приходит. Такой же странный, неординарный и в какой-то мере причудливый. Замысловатые завитки на входной двери, странные картины, не лишённые безумной задумки и странного строения мебель, говорили сами за себя.
Усевшись за один из столиков, я сама того не осознавая, закинула правую ногу на левую. Ровно так же, как делает это Стефано. За время общения с этим человеком я начала перенимать его привычки и некую манеру общения.
— Чего желает извращённая душа моей крошки? — ядовито притянул спутник, с интересом складывая руки домиком.
— Желаю вырезать твой непослушный язычок, малыш, — приняла вызов я, последовав его примеру. Молодой человек вопросительно вскинул тёмные брови вверх, после чего в полном молчании поднялся и направился в сторону бара, откуда благополучно вернулся с бутылкой и двумя бокалами.
— Закрой рот и пей, — Стефано протянул мне стакан абсента.
Я нахально выдернула тару из рук и прильнула к холодному стеклу, невзирая на горький вкус, от которого к глазам подступали неизбежные слёзы.
За выпивкой время тянулось быстро и незаметно. Мы сидели третий час, не намереваясь уходить. Я опьянела.
— Оу, решил напоить меня. Как интересно, — кокетливо повела бровью я. — На бурную ночь можешь даже не расчитывать.
— Если бы я хотел, то взял бы тебя силой, — усмехнулся мужчина, потягивая горьковатый напиток.
 
— Ты хотел, — припомнила я.
— Хотел, — подтвердил Стефано.
— В чём проблема? — изогнула правую бровь я.
— И всё же внешним чувствам не дано —
Ни всем пяти, ни каждому отдельно —
Уверить сердце бедное одно,
Что это рабство для него смертельно.
В своём несчастье одному я рад,
Что ты — мой грех и ты — мой вечный ад. 15
— Давай ты повторишь это, но только завтра, — предложила я.
— Это разовая акция, крошка, — подмигнул сероглазый, одним заходом осушив весь бокал.
— Ты невыносим…
— Невыносим, но менее чем ты.
— Разве ты не хочешь меня? — выпалила я, ожидая услышать чёткое «да» или чёткое «нет».
Стефано умолк, не проронив ни слова. Обдумывает и строит баррикады у себя в голове, дабы не сболтнуть что-то глупое или лишнее? Скорее всего.
— Я не насильник, Вивьен, и никогда не стал бы принуждать девушку к близости без её на то согласия, — нахмурился мужчина. — Ты не имеешь ни малейшего понятия, насколько важна, насколько особенная для меня.
— Ты пьян, — заключила я.
— Угомонись, малышня, — усмехнулся сероглазый.
Не знаю зачем завела эту тему, но Эспозито как обычно ушёл от прямого ответа.
Мы пили и пили, а когда я достигла критической точки, Стефано не без труда, но дотолкал меня до номера.
Я удосужилась снять верхнюю одежду и рухнув на первую попавшуюся кровать, тихо засопела.
  
Глава 12
 
Меня разбудил манящий аромат кофе и свежие шипровые нотки альпийской фиалки. Распахнув глаза, я увидела перед собой умиротворённого Стефано, что бесстрастно рассматривал моё лицо, но заприметив пробуждение, натянул на угрюмую физиономию лучезарную улыбку. Нет, я конечно знала на что можно расчитывать, заселяясь в один номер с этим придурком, но чтобы он подолгу глазел на спящую меня, явно нет.
Приподнявшись и откинувшись на мягкую подушку, я коснулась разгорячённого лба, чувствуя едва ощутимую вялость. Алкогольная интоксикация весьма ожидаема. Напилась я вчера знатно. Даже не представляю, сколько понадобилось времени и сил, чтобы дотолкать меня в номер, при этом не разгромив половину гостиницы.
— Который час ты сидишь у меня над душой? — в полтона прохрипела я.
— Четвёртый, — беззаботно залепетал молодой человек, отставляя чашку на прикроватную тумбочку. — Ты словно ангел, дорогая.
— Думаешь я поплыву от этих нежностей? — изогнула правую бровь я. — Ошибаешься. Оставь любезности для своей подружки на ресепшене. Думаю, она оценит излишнюю вежливость с твоей стороны.
— Оу, да ты ревнивая, — заинтересованно повёл бровью он, увалившись в сантиметре от меня.
— Не говори ерунды, мне плевать на твой гарем, — отмахнулась я, стараясь не обращать внимания на развалившегося на всю кровать друга.
— Неужели действительно хочешь затащить меня в постель? — огорошил молодой человек, нависая над моим телом. — Не думал, что стаканчик абсента способен вывести тебя на подобные откровения, которые в конечном итоге окажутся явью.
— Не приближайся, невменяемый психопат! — завопила я и тут же оказалась зажата в крепких оковах.
— Угомонись, негодница, — укутав меня в белоснежную простыню, приказал Эспозито. — Я предпочитаю прилежных женщин. Улавливаешь разницу между покорностью и неповиновением?
— Улавливаю, — согласилась я в надежде, что Стефано всё же отпустит.
— Так вот, для тебя я сделаю первое и последнее исключение, — прошептал брюнет, опаляя шею горячим дыханием. — Ты просто дьявольски искусительна…
Я покраснела. Фарфоровая кожа залилась пунцовым румянцем, что свидетельствовало о видимом смущении.
Что он несёт?! Снова глупые, ни для кого непонятные шутки? Ну конечно, это же Стефано! Чего ещё можно ожидать от психически неуравновешенного имбецила?