Не желаю быть королевой (СИ)

Вот это речь я загнула. Сама собой горжусь. Эх, мама меня не слышала…
– Вся ваша помощь будет не для нас. Мы так и останемся гнить здесь. Что нам от ваших обещаний? – высказался мужчина чуть позади ранее говорившего от них.
– Изменить ваш статус в Икерии не в моих силах. С этим разбираться вам. Но агрессией вы ничего не решите. На силу всегда отвечают силой. Вас не слушают и не слышат. Вам нужно сесть за стол переговоров с вашей властью, предъявить им свои требования. Только учтите, что они должны быть осуществимы. Пожелать по жене для каждого вы можете, только это невозможно в нашем мире. Здесь и сейчас присутствует ваш принц Понтер. Думаю, что он может выступить гарантом того, что ваши требования услышат короли. Используйте эту возможность.
– Он ничего не скажет королям. Зачем ему это?
– Я так же, как и вы, хочу разрешить эту ситуацию, – вступил в диалог Понтер, послав мне взгляд, который я посчитала благодарным.
– Зачем? Вам же выгодно наше положение бесправных тварей. Вы относитесь к нам так же, а иногда и хуже, чем к животным. Спасибо, что на мясо не пускаете.
Дальше мужчины стали рассказывать об ужасах своей жизни. Я даже не буду ничего перечислять, потому что на бесправии дело не заканчивалось, а только начиналось. Некоторые даже задирали свою одежду, показывая шрамы от пыток. Для меня так и осталось загадкой, почему катализатором такого положения всё-таки стало отсутствие женщин.
Пока шёл поток обвинений от рабов, я подошла ближе к Татинкору и вопреки безопасности взяла его за руку. Мне была просто необходима его поддержка. Одно касание, один взгляд, а мне уже легче. Хорошо, что не пришлось делать глупость. Может быть, они сейчас разойдутся миром?
– Давайте сейчас сделаем так. Вы составляете точный список ваших требований. Писать же вас учили? – донеслось до меня окончание беседы.
– Старшие – да, умеют, – кивнул мужчина. И по высказыванию я поняла, что себя к таким он не отнёс. И ведь нельзя сказать, что он совсем молод. На вид нему чуть больше, чем Татинкору.
Интересно, что Понтер на это лишь сквозь зубы что-то проговорил. Я не услышала слов.
– Хорошо, – сказал он уже громче, – вы составите список. Завтра отдадите его мне, мы его обговорим. Я сразу смогу вам сказать, что из вашего перечня обсуждаемо, а что невозможно. А потом я передам его королям.
– Ага, вы там будете годами что-то обсуждать, пока мы здесь гниём. Так не пойдёт. Нам нужны гарантии. И мы возьмём принцессу.
– Она не вещь, её нельзя взять. И вам же сказали, что если вы навредите ей, то ни о каких переговорах и речи идти не может, – встрепенулся Понтер.
Татинкор же мимолётно сжал мою кисть и отпустил. На его ладонях начинали формироваться заклинания. Я их видела, а вот остальные мужчины – нет.
– Мы не будем ей вредить, но никуда не отпустим. Она пообщается с нами, мы насладимся обществом женщины, а вы, если хотите быстрее получить принцессу назад, быстрее обсудите наши требования, – под конец речи мужчина улыбался, довольный собой. И в целом его решение было логичным. Если у них такое отношение к рабам, то пообещать им могли чего угодно, а вот исполнения этих обещаний не гарантировали. И именно меня выбрали в качестве гарантии.
– Это… – не мог подобрать слов Понтер.
– Я выступлю вашим гарантом, но одна я с вами не пойду, – высказалась я. Ибо этот разговор мог начаться сначала – и так до бесконечности.
– Конечно, ваши женихи могут пойти с вами. Только мы не видим браслетов ни на одном из них. Вы нас обманули? – опять улыбнулся тот.
– А у вас браслеты надевают не в храме? – нахмурилась я, переводя взгляд с предводителя рабов на Понтера и воинов.
– Нет, в храме обручальные браслеты сливаются с кожей, образуя брачные метки. А сами браслеты надевают во время помолвки, – ответил мне Понтер, прикусывая нижнюю губу. И это было нехорошо.
Брачные браслеты – это не просто кусок металла, украшенный камнями, это артефакт. Надев его однажды, снять не получится. То есть взять сейчас и надеть на любого мужчину мой браслет для отвода глаз не выйдет.
 
– То есть они вам ещё не женихи, раз браслетов нет. Тогда наше предложение в силе. Вы можете выбрать из нас. Шесть мужчин, шесть счастливчиков. Свободная женщина у нас в гостях.
И я думала, что после этих слов толпа опять будет ликовать, но нет. Повисла тишина. Они ждали моего ответа. И что нового они хотели услышать?
– Спасибо за столь щедрое предложение, но я вам уже назвала причину, по которой не могу выбирать из вас. И мои женихи здесь, пусть на них ещё и нет браслетов. В традициях Шамбуры браслеты надевают прямо в храме.
– Ерунда какая. Как же другие мужчины узнают, что женщина занята?
– Никак. До самого бракосочетания любой может передумать, – ответила я, ожидая закономерной реакции.
– Ненормальные. Кто же в своём уме может передумать? Ладно, – махнул он рукой, – прошу к нам в гости. И раз уж вы свободны… браслетов на руках ни у кого нет, не обессудьте.
И вот не нравилось мне его последнее высказывание.
– Вы не посмеете навредить принцессе, – рыкнул Понтер, подаваясь вперёд.
– И не думали. Но чем дольше вы будете обсуждать наши требования, тем меньше терпения у нас останется.
Он сделал приглашающий жест, и толпа расступилась, образовывая проход. Так мне давали понять, что не оставят в лесу. Только куда меня приведут и что меня там ждёт, я тоже не знала. И это пугало.
– Что вы задумали? – подал голос один из воинов.
– Мы соблазним свободную женщину. Среди нас есть и красивые мужчины, без шрамов и прочих увечий. Мы слышали, что женщины падки на ласку. Вот и проверим.
– Да как вы смеете! У меня уже есть женихи. И это… – задохнулась я, представив, как они все ко мне пристают. Бр-р.
– Нет браслетов – нет женихов, – отрезал этот тип, посматривая на меня страшным взглядом. И вот теперь я была уверена, что мне очень не понравится у них в гостях.
– Я могу надеть браслеты прямо сейчас. Тогда вы оставите меня в покое? – заявила я решительно. И можете считать меня трусихой. Но приставаний немытых мужчин, которые женщину увидели впервые, я не выдержу.
– Что? Все шестеро здесь? – напрягся уже этот тип. Не понравилось ему моё предложение. Ой, не все они бедные и угнетённые, возможно кое-кого всё устраивает. Здесь он предводитель рабов, дай ему свободу – и он станет никем, таким же, как остальные. Но моего решения этот вывод уже не мог изменить.
Я не хотела замуж? Да, признаю, была глупа и наивна. Сейчас мне придётся выбрать максимально допустимое число мужей, и ведь отменить уже ничего не получится. Богиня, я ведь даже не узнавала имён икерийских воинов, а тут… Не из рабов же мне мужей брать? А может быть, передумать? В отчаянной попытке не делать глупость я бросила взгляд на Понтера, но он тоже был растерян.
– Мы защитим тебя, захочешь – убьём всех, – прошептал Татинкор. Он надеялся меня так отговорить?
– Помнишь, ты посчитал появление браслетов благословением? А что, если это единственный путь к спасению? Четыре незнакомца, но я уверена, они достойные мужчины и лучше толпы обезумевших рабов.
– Фани, ты не должна этого делать, – шептал он, но я уже надела ему браслет. Лёгкое мерцание, и браслет стал сплошным, снять его невозможно.
– Как-то не торжественно вы это делаете, – прокомментировал мои действия этот странный тип. – Такое событие. А вы даже его согласия не спросили.
– Я спросила его ранее. Не переживайте. А торжественность... Кому она нужна? Пыль и мишура, – пожала я плечами, подходя к Понтеру.
– Принц Понтер, – начала я стандартную речь, – согласитесь ли вы разделить со мной жизнь со всеми её тяготами и радостями, любить и защищать меня, уважать и заботиться? Согласны ли вы стать моим мужем?
– Лефания, вы уверены? Назад пути не будет. Мы сможем вас защитить. Мы хорошие воины. Татинкор вообще маг, – шептал мне Понтер.
– Знаю, но их очень много. Или ты уверен, что они не убьют меня, как твою мать? – сглотнула я ком в горле, потому что даже не смерть меня страшила, а то, что было её предвестником. Не уверена, что переживу насилие даже одного, не то что целой толпы.