Час расплаты (ЛП)

Я посмотрел на Дариуса, и мое сердце забилось быстрее, когда я заметил чертову Тори Вега, стоящую позади него.
Ее глаза встретились с моими, а лицо было бледным, как у призрака. Она уставилась на меня, затем посмотрела на Дариуса и мужчин за ним, выглядев совершенно сбитой с толку тем, почему она была здесь. «Это касается только нас двоих!»
— КАКОГО ХРЕНА!? — взревел я, заставив и ее, и Дариуса подпрыгнуть.
Воспоминание закружилось, как туман, затем что-то врезалось мне в щеку, посылая всплеск боли, расцветающий в моем черепе.
Последовал еще один удар, и я моргнул, резко вырвавшись из видения, обнаружив Дарси сверху, ее покрасневшая ладонь поднялась, чтобы снова дать мне пощечину.
— Черт — что? Что происходит?! — взревел я, хватая ее за руку, прежде чем она смогла ударить меня снова. Ее глаза блестели от слез, и некоторые из них скатились по щекам. Тысяча ужасающих тревог обрушилась на меня, когда я понял, что она оседлала меня в пещере, в которую у нее не было абсолютно никакой возможности попасть. Не без…
Мой рот приоткрылся в полном ужасе, когда я увидел его на земле. Кинжал. «Кинжал Дариуса». А рядом с ним Тори, ее рука, завернутая в куртку Дарси, была окружена огромной лужей крови.
— Помоги ей! — взмолилась Дарси, слезая с меня и таща к своей сестре. Я бросил взгляд на Дариуса, знак Льва на моей руке странно пульсировал, когда он очнулся от видения.
Его взгляд метнулся к Тори, и он выругался, бросившись вперед и притянув ее в свои объятия.
— Лэнс! — потребовал он.
Я упал на колени рядом с ним, ругаясь сквозь зубы, когда сорвал куртку Дарси и обнаружил глубокие раны на руке и предплечье.
— Как это произошло? — Я рявкнул на Дарси, положив руки на кожу ее сестры и исцеляя ее каждой унцией магии, которая у меня была.
«Королевская Наследница Вега не умрет у меня на руках. Не здесь. Не в этом гребаном месте. И не с раной, которую можно объяснить только одной чертовой вещью».
Дарси держала ее за другую руку, прижимая пальцы к шее, чтобы нащупать пульс. Она наклонилась вперед, когда почувствовала его, но я все равно слышал, как он барабанит все тише и тише с каждой секундой. Мой желудок скрутило и дернуло, когда я попытался заглушить отчаянную боль на лице Дарси и сосредоточиться на спасении ее сестры.
— Этот кинжал сделал это, — сказала Дарси, качая головой, глядя на меня. На. Меня.
— Она сделала это с собой. Ты хоть представляешь, насколько опасен этот кинжал? — огрызнулся я, и Дарси уставилась на меня в ответ, сжав челюсть.
— Совершенно точно, ты, мудак, — прорычала она, и я прикусил язык, чтобы не возразить. Когда Тори будет здорова, тогда они испытают всю силу моей ярости. И серьезно пожалеют, что прикоснулись пальцем к этой вещи.
«Если они были теми, кто его взял, это значит…»
— Сосредоточься! — Дариус закричал на меня, и я поднял глаза, чтобы увидеть отчетливую панику в его глазах, его мысли явно были заняты ничем другим, кроме девушки в его объятиях.
— Я сосредоточен, — пообещал я, исцеляющая магия лилась из меня волнами и выкапывала последние запасы моей силы.
Тори глубоко вздохнула, когда ее раны зажили под моей рукой. Я поднял глаза и встретился взглядом с Дарси.
— Где вы взяли кинжал, Голубок? — Мой голос был смертельно мягкой ловушкой, чтобы заманить ее, и она нервно избегала моего взгляда, наклоняясь, чтобы проверить свою сестру. Дариус прижал ее к груди, закрыв глаза и сосредоточившись на том, чтобы вернуть ее сознание, явно не осознавая, о чем мы говорили. — Где? — Я зарычал, и ее взгляд, наконец, поднялся, чтобы снова встретиться с моим, ее нижняя губа дрожала от гнева или страха. Может быть, и то, и другое.
— Ты знаешь, где, — прошептала она. — Но ты действительно в состоянии наказать нас после того, что мы только что видели, как ты делал, Лэнс?
Тори
 
Я была заперта в клетке такого всепоглощающего ужаса, что не могла дышать, думать или даже позвать на помощь.
Мое сердце колотилось о ребра, приближаясь к смертельному крещендо, когда я дрожала на краю пустоты.
Тьма звала меня, шепча мое имя на задворках прогорклого дыхания. Она хотела меня. Она тосковала по мне. И какая-то глубокая, скрытая часть меня тоже этого хотела. Это было зло, ужас и вечное пламя, но в глубине моей души была частичка меня, которая тоже хотела быть такой. В воздухе витало обещание силы, притягивающей меня, побуждающей двигаться дальше.
Я потянулась за ним, и моя рука вспыхнула от такой сильной боли, что ослепила. Это было так, как будто сама суть того, кем я была, вытягивалась через самый глубокий разрез на моей плоти.
Что-то ждало меня в тени. Нечто, знавшее мое имя. Что-то, что хотело владеть мной.
Агония нарастала по мере того, как я пыталась избавиться от нее, но когда я сделал паузу, она уменьшилась. Я придвинулась немного ближе к ужасу во тьме, и извивающаяся сила скользнула под мою кожу.
Я флиртовала с тенями, и какой-то низменной части меня это нравилось, хотелось этого… нуждалась в этом.
Я протянула руку, теряя всякое представление о том, почему я этого не сделала раньше, когда тени обвились вокруг моих пальцев, желая быть единым целым со мной, и нуждаясь в том, чтобы я присоединилась к ним, пошла к ним. И на мгновение я не могла понять, почему бы мне не ответить на их зов добровольно…
Когда я сделала движение, чтобы проскользнуть между краями тьмы, глубокий жар усилился у меня за спиной, и что-то заплясало на поверхности моего разума.
Я замерла, а тени извивались и выли, отчаянно желая заполучить меня. Но огонь притянул меня обратно.
Я повернулась, отрывая взгляд от темноты, пока не увидела пламя за спиной, яркое и яростное в форме огромного золотого Дракона.
Мои глаза расширились, когда я потянулась к нему, и глоток чистого, соленого воздуха сорвался с моих губ, когда мир снова обрушился на меня.
Я застонала от боли пронзившей меня, агония в моей руке усилилась, когда реальность приблизилась.
Дарси рыдала где-то рядом. Кто-то держал меня за руку и прижимал исцеляющую магию к моей плоти. Но почти все мое внимание было приковано к мужчине, держащему меня на руках.
Дариус смотрел на меня сверху вниз, его глаза были полны паники, когда он убирал мои волосы с лица.
Он что-то говорил, и мне потребовалось мгновение, чтобы отодвинуть эхо в ушах, дабы я могла его слушать.
— …сломало бы меня, черт возьми. Так что не смей им поддаваться. Я последую за тобой в тень, если придется, и оттащу тебя подальше от них, брыкающуюся и кричащую. Потому что они не могут заполучить тебя. Они, черт, не могут.
— Дариус? — спросила я в замешательстве, хмуро глядя на него, когда он, казалось, понял, что я проснулась, и его тирада подошла к концу.
— Ты вернулась? — спросил он, его голос дрогнул, когда он провел пальцами по линиям моего лица.
Я нахмурилась, глядя на него, пытаясь вспомнить, как сюда попала. И посмотрела мимо него, обнаружив, что Дарси и Орион смотрят на меня с беспокойством.
Прилив разбивался о берег за ними, и я лежала наполовину на мокром песке, наполовину в объятиях Дариуса.
— Что, черт возьми, это было? — потребовала Дарси паническим голосом.
Я попыталась вспомнить, как сюда попала, и внезапно вспомнила их двоих в пещере, слова, которые они произнесли, и то, как кинжал прошептал мне на ухо, умоляя использовать его. Я смутно припоминала, что видела в видении двух других людей, но это длилось всего мгновение.
— Почему Лайонел был с дядей Диего? — пробормотала я в замешательстве, и Дарси озабоченно нахмурилась.
Дариус и Орион обменялись взглядами, между ними состоялся какой-то безмолвный разговор, но мне они ничего не сказали.