Час расплаты (ЛП)

Дариус кивнул мне, и хотя я могла видеть только его глаза через визор, у меня сложилось впечатление, что он не был доволен тем, что я положила конец нашей маленькой беседе. Но чего, черт возьми, он хотел от меня? Я не собиралась раскрывать все свои секреты парню, который обращался со мной как с дерьмом с той секунды, как встретил, только потому, что внезапно решил проявить интерес к тому, кто я, а не к тому, кем я была.
Я завела двигатель и отпустила сцепление, рванув вперед и вверх по пандусу.
Дождь обрушился на меня в ту же секунду, как я выехала на подъездную дорожку, и я замедлила ход, ведя мотоцикл по гравию.
Дариус подъехал ко мне, и я позволила ему взять инициативу в свои руки, когда он направился вдоль фасада дома, прежде чем свернуть на асфальтированную дорогу, которая вилась в тени леса к западу от поместья.
Он остановился, поставив ногу на землю, и подождал, пока я займу свое место рядом с ним слева.
В небе над головой прогремел гром, за которым быстро последовала вспышка молнии, осветившая деревья вокруг нас и дорогу, которая вела прочь от меня.
«Я, должно быть, совсем спятила, если делаю это в такую погоду».
GPS в левом нижнем углу моего визора сказал, что первый поворот будет направо через полмили, что означало, что мне нужно будет максимально использовать прямую дорогу перед этим поворотом.
— Готова, Рокси? — Дариус замурлыкал.
— Приготовься проиграть, придурок, — мрачно ответила я, мой взгляд был прикован к трассе впереди меня, или, по крайней мере, к той ее части, которую я могла видеть в темноте.
— Три. Два. Один…
Я отпустила сцепление и нажала на газ, рванув вперед с силой ракеты, низко пригнувшись и помчавшись в шторм.
Дариус был прямо рядом со мной, и дикая ухмылка растянулась на моих губах, когда я увеличила скорость. Капли дождя испещрили мой козырек, но скорость, с которой мы ехали, означала, что они были сметены так же быстро, как и появились.
Дариус рассмеялся в моем наушнике, когда взял главенство, и моя улыбка стала шире, когда я увидела, как его выхлопная труба опережает меня.
В ту секунду, когда он оторвался от меня, я бросила свой вес вправо, развернула мотоцикл в сторону, сбросила передачу и снова открыла дроссельную заслонку, выруливая на внутреннюю полосу как раз в тот момент, когда мы достигли поворота.
Мое колено почти коснулось земли, и лужа воды брызнула на мою куртку, когда я полностью наклонилась под углом, прежде чем снова выпрямиться и широко открыть дроссельную заслонку в ту секунду, когда выехала на прямую. Я вылетела вперед, и Дариус выругался в мой наушник.
Трасса выходила из леса, и я следовала указаниям GPS с Дариусом прямо у меня на хвосте, когда трасса петляла по широкому лугу, пострадавшему от шторма.
Мое сердце бешено колотилось, и мотоцикл ревел от жадной энергии подо мной, разрывая трассу, пока я боролась за то, чтобы сохранить контроль над своим лидерством.
Мы повернули направо, затем налево, и мой локоть задел локоть Дариуса, когда он ускорился по внутренней полосе, изо всех сил пытаясь восстановить свое положение.
Я бросила на него быстрый взгляд, переключая передачу и низко наклоняясь, пытаясь удержать его. Он отступил на мгновение, затем снова догнал, сумев сохранить внутреннюю траекторию, когда мы достигли крутого поворота.
К тому времени, как я справилась с этим, он снова взял лидерство в свои руки, и я зарычала ему в спину, когда его возбужденный смех донесся до меня через динамики.
Над головой снова прогремел гром, и я вздрогнула, когда небо мгновенно осветилось. Шторм висел прямо над нами, и трасса была скользкой и смертельно опасной, когда мы разгоняли мотоциклы до предела.
Мы мчались по дороге, двигатели ревели, а мое сердце колотилось в такт чистой, безудержной радости. Это была свобода. В мире не было ничего, что могло бы сравниться с этим чувством.
Мы рванули обратно в лес, и я была так близко к мотоциклу Дариуса, что была уверена, что мое колесо чуть не коснулось его один или два раза. Он был хорош. Нужно было отдать ему должное. Но я была лучше.
 
Я стиснула зубы, когда мы вышли на длинную прямую, распрямляясь, насколько могла, чтобы мотоцикл мог рассекать ветер на максимальной скорости.
И когда приблизилась к Дариусу, мое переднее колесо оказалось на одной линии с его спиной.
Поместье было впереди нас, дисплей GPS говорил мне, что до конца трассы оставалось меньше трети мили. И я не могла позволить ему победить.
Я чувствовала, как вода под колесами угрожает вывести меня из равновесия, когда сильнее толкнула мотоцикл.
Гром эхом прокатился по небесам так сильно, что я могла бы поклясться, что земля задрожала. Огромная дуга молнии вырвалась из облаков, врезалась в деревья впереди справа от нас, и огонь ожил.
Я не могла уделить пылающему свечению никакого внимания, когда еще больше нажала на газ, мой мотоцикл, наконец, пронесся мимо Дариуса, когда он крикнул что-то, на чем я не могла сосредоточиться.
Финишная черта маячила на горизонте, гравийная подъездная дорожка звала меня вперёд за победой, когда сильный дождь забрызгал мой козырек так сильно, что я едва могла видеть.
Движение привлекло мое внимание справа от меня как раз в тот момент, когда огромное горящее дерево, в которое попала молния, рухнуло поперек трассы передо мной.
Я нажала на тормоза, потянув слишком сильно для влажных условий, и почувствовала, как заднее колесо мгновенно выскользнуло у меня за спиной.
Я закричала, когда мотоцикл развернулся, пригнув голову и изо всех сил вцепившись в руль.
И заметила, что мотоцикл Дариуса тоже вышел из-под контроля за полсекунды до того, как мой столкнулся с поваленным деревом, и меня подбросило в воздух.
Мое сердце ударилось о ребра, когда слепая паника поглотила меня, и я раскинула руки, магия хлынула из меня волной, которую я не могла контролировать. Я умоляла спасти нас.
Меня швырнуло вихрем ветра, который сумел несколько замедлить меня и выбросил на широкую лужайку перед поместьем Акрукс.
Я сильно ударилась о землю, но она казалась мягкой и губчатой подо мной, когда магия земли смягчила мое падение. Дариус врезался в меня секундой позже, удар его массивного тела о мое причинил больше боли, чем удар о землю. Его шлем ударился о мой, и в моем забрале появилась трещина.
Мы покатились по земле в переплетении конечностей, прежде чем резко остановиться, когда он оказался на мне.
Я застонала, когда боль пронзила мое тело, делая прерывистый вдох, на который мои ребра отреагировали ослепительной вспышкой боли, которая заставила половину крика сорваться с моих губ.
— Рокси? — Спросил Дариус, оттолкнувшись назад, когда снял свой шлем и бросил его на землю. — Ты в порядке?
Я застонала уклончиво. Я была жива, что было чертовски чудесно, учитывая все обстоятельства, и все же настаивала на своем. Я была в целом мире боли, и потребовалось все мое самообладание, чтобы не закричать, особенно когда я сделала еще один вдох, и ослепляющая агония снова пронзила мои ребра.
Дождь обрушился на Дариуса, заставив прилипнув его темные волосы ко лбу, но он проигнорировал это, потянувшись, чтобы снять мой шлем.
Я стиснула зубы, пытаясь не обращать внимания на боль в груди, но когда он коснулся моего бока, с моих губ сорвалась череда проклятий, достаточно сильных, чтобы заставить его поднять на меня брови.
— Подожди, — сказал он, протягивая руку, чтобы обхватить мою щеку своей грубой ладонью.
Тепло его магии проникло в мое тело, и напряжение, сковавшее мои конечности, ослабло, когда он снял агонию.
Я глубоко вздохнула, капли дождя стекали по моим щекам, когда я лежала лицом к бурным грозовым облакам наверху, тяжело дыша, когда боль утихла.
Дариус закончил исцелять меня и схватил за плечо, поднимая, чтобы я села лицом к нему. Я посмотрела ему в глаза, когда дождь обрушился на нас, и мы оба попытались отдышаться. Мой взгляд медленно скользнул к разбитым мотоциклам и упавшему дереву, которое должно было убить нас, и мои губы приоткрылись при виде искореженного металла.